Страница 45 из 57
– Ну да. Но после этого…
– Что-то поменялось? – подтолкнул его Бьякуя.
– Слушай, – Укитаке обезоруживающе улыбнулся. – Ты же не станешь поднимать шум из-за обычной драки!
– Обычной драки? – недоуменно повторил Кучики. – Теперь это так называется?
– Подумаешь, поссорились два офицера, – продолжал улыбаться Укитаке. – Ну, подрались немного. Это не повод доводить дело до высших инстанций.
– Если не считать того, что теперь весь Готэй-13 ждет моей реакции, – заметил Бьякуя.
– Ну и представь, что подумают все, если ты отдашь своего лейтенанта под суд! Решат, что ты просто не смог сам надрать ему задницу!
– Не надо меня подначивать, я на провокации не ведусь. Лучше объясни толком, что решил главнокомандующий.
– Он готов считать это обычной бытовой ссорой, – сказал Укитаке. – Неприятность из тех, наказание за которые обычно назначает капитан. То есть ты. Унохана претензий предъявлять не станет, я с ней уже говорил. Так что теперь все будет зависеть от твоего решения.
– Ясно. Благодарю за информацию.
– И что ты намерен делать?
– Это мое дело.
– Бьякуя, я понимаю, ты очень зол, – вздохнул Укитаке. – Но признайся, он ведь не просто так на тебя набросился. Зачем из-за глупой ссоры портить парню карьеру? Может быть, поступим проще: переведем его в мой отряд?
– Что? – Кучики подумал, что ослышался.
– Это был бы лучший вариант, – невинно продолжал Укитаке. – Вы же постоянно цапаетесь. Ты найдешь себе другого, более подходящего.
– Укитаке, запомни, – сказал Бьякуя с нажимом, – Абарай – мой лейтенант. Я сам буду решать, что с ним делать.
– Ну ладно, тебе наплевать на Ренджи, это я понимаю. Но подумай хотя бы о Готэй! Такими бойцами просто так не разбрасываются. А нарушения дисциплины – они у всех бывают. Ты же простил его в прошлый раз, так почему бы сейчас…
– Ренджи – мой лейтенант, – прервал его Кучики. – Не заставляй меня повторять это еще раз. А о переводе его в тринадцатый и думать забудь.
Не говоря более ни слова, Бьякуя обогнул Укитаке и вошел, наконец, в штаб шестого отряда.
Третий офицер уже смылся, оставив на столе кучу недоделанных бумаг. Бьякуя только вздохнул. Конечно, к этому нужна привычка. Ренджи поначалу тоже зашивался. Но если он не сможет отыскать лейтенанта в ближайшие несколько дней, придется вернуться к бумажной работе, иначе потом эта гора накопившихся бумаг просто погребет под собой капитана шестого отряда.
Было жарко, кожа под повязками начинала чесаться. Ужасно хотелось размотать бинты, но вернуть их обратно Бьякуя сам не смог бы, значит, пришлось бы идти в четвертый отряд, рискуя наткнуться на Унохану или еще кого-нибудь из капитанов. Расспросы о том, что он обо всем этом думает, изрядно его достали. Тем более что он и сам не знал, что думать.
Раздражало и то, что никто из капитанов даже не удивился. Да, возможно, со стороны их взаимоотношения выглядят довольно необычно. Давняя ссора, сражение, – если можно назвать сражением то, как капитан со скучающим лицом покрошил в капусту лейтенанта! Бьякуе самому казалось, что между ними осталась какая-то затаенная ненависть, со стороны Ренджи, во всяком случае. И это его вечное стремление перегнать капитана тоже уже ни для кого не секрет. К тому же, все, кажется, уверены, что Бьякуя сам спровоцировал нападение. И теперь пытаются защитить несчастного, доведенного до отчаяния лейтенанта от тирана капитана.
И только сам Бьякуя понимает, что этого просто не могло быть. То, что произошло, совершенно немыслимо. Ренджи не мог напасть на него, не мог, и все! Даже если не принимать во внимание то, что между ними в последнее время просто не было никаких конфликтов, Абарай слишком ценит их совместные тренировки, чтобы вот так, запросто, все разрушить. Плюс ко всему, Бьякуе казалось, что Ренджи неумело пытается с ним подружиться. Насмотрелся, должно быть, на другие отряды, и считает, что между капитаном и лейтенантом должны быть более доверительные отношения. Кучики не готов к доверительным отношениям. Он вообще старается никого близко не подпускать. Видимо, Ренджи это здорово злит. Но ведь не настолько, чтобы вот так напасть! У него всегда была отличная возможность вымещать свою злость на тренировках. Словом, того, что случилось, быть не могло.
Бьякуя не настолько туп, как представляется его старшим коллегам. Ему хватило одного раза, с Рукией, когда, безоговорочно встав на сторону закона, он оказался настолько неправ. Он не собирался повторять прежних ошибок. И сейчас он намеревался в первую очередь выслушать Ренджи, прежде чем принимать решение. Он уже решил для себя, что, если Абарай даст хоть сколь-нибудь приемлемое объяснение своему поведению, он приложит все усилия и все свое влияние, чтобы замять эту историю. Потому что, как справедливо заметил Укитаке, такими бойцами не разбрасываются. А уж то, что он вытворял прошлой ночью, заслуживало отдельного внимания. Теперь же выходило, что Бьякуе даже хлопотать не нужно, Укитаке уже сам все уладил. Тем лучше.
Нет, но каков капитан тринадцатого отряда! И этот нацелился на Абарая! Стоит только воспитать в своих рядах стоящего бойца, как всем его становится надо. Того и гляди, еще кто-нибудь придет с предложением поменяться. Нет уж! Ренджи отлично справляется со своими обязанностями. А если немного вправить ему мозги, получится вполне сносный заместитель капитана Кучики. У него достаточно гордости, упорства и целеустремленности. Пожалуй, стоит уделить ему немного того внимания, которого он так жаждет. Тогда, может быть, удастся окончательно его приручить. Но это, конечно, только в том случае, если у Абарая найдется достойное объяснение.
Бьякуя верил в то, что оно есть. Потому он и разыскивал его сегодня весь день. Он хотел найти его раньше лейтенантов, чтобы точно знать, должен ли принимать меры к его спасению. Утром Ямамото был настроен весьма решительно. Теперь, когда он изменил свое мнение, можно не торопиться. Но все равно лучше бы найти его первым. Неизвестно, что с ним случилось, и в каком он состоянии. Если затеет драку с лейтенантами, будет много ненужных увечий. Бьякуя намеревался наутро продолжить поиски.
– Не вышло, – покаялся Укитаке. – Он намерен сам разобраться с Ренджи. Ничего слушать не хочет.
– Мальчишка! – вздохнул Кьораку. – Ну, ничего не поделаешь, его право. Жаль, конечно. Опять ты остался без лейтенанта.
– Ну что, Мацумото, есть новости? – жадно спросил Иккаку.
– Нет, – та сокрушенно покачала головой. – Как сквозь землю провалился. Ребята! – с жаром добавила она. – Я не могла перепутать препараты! Я его своими глазами видела, мне Нему показывала.
– А с чего ты так заинтересовалась этим наркотиком? – проворчал Мадараме.
– Не твое дело! – возмутилась Мацумото, краснея.
– А что тогда, по-твоему, случилось с Абараем? – ехидно спросил Юмичика.
– Ну, есть разные версии, – Рангику пожала плечами. – Основная – что он поссорился с капитаном, просто Кучики-тайчо об этом не хочет рассказывать.
– Ты в это веришь?
– Нет, – призналась Мацумото. – Но я как представлю, что со мной сделает капитан, если я расскажу…
– Да, – согласился Иккаку. – Хицугая – пацан строгий. Нам проще: Зараки-тайчо понимает толк в грубых шутках. У нас, наверное, даже неприятностей особых не будет. Давай-ка, Юмичика, мы с тобой все расскажем капитану Кучики. А Мацумото не будем впутывать, в конце концов, я все это затеял.
– Поздно уже, – неохотно откликнулся тот. – Давай с утра.
– Ладно. Мацумото, на ночь поиски прекращены?
– Конечно! Нам ведь тоже надо спать.
– Тогда ладно. Утром пойдем к Кучики.
– Свинство с моей стороны, – вздохнула Рангику. – Я вам, конечно, благодарна, парни, но…
– Да ну тебя! – Отмахнулся Иккаку. – У тебя действительно будут неприятности. Давай просто договоримся, что, если начнут припирать к стенке, разрешишь назвать твое имя.
– Согласна. Спасибо, Мадараме. Правда…
Утром в штаб шестого отряда явились третий и пятый офицеры одиннадцатого отряда. Бьякуя уже намеревался отправиться на поиски лейтенанта, и потому не имел ни малейшего желания с ними беседовать. Но, поскольку эти двое все равно заблокировали выход, пришлось пустить, предупредив, что у них на все ровно одна минута.