Страница 17 из 57
Но Ренджи ему почему-то не поверил. Ему показалось, что Кучики просто придумывает нелепые оправдания. Ну, и что сказать? Поблагодарить еще раз и снова нарваться на резкость? Ладно, наплевать. Пусть говорит и думает, что хочет, главное, что они сейчас идут на помощь.
Они взобрались на крышу и оттуда разглядели врага. Его местонахождение несложно было определить по разбегающимся в разные стороны синигами. Определившись с направлением, Кучики и Абарай поспешили навстречу Пустому.
Пустой был похож на огромную тощую лягушку высотой в два человеческих роста. Его плоская жабья морда оскалилась в довольной усмешке при виде появившихся перед ним синигами. Ренджи, согласно плану, выскочил вперед и замахал перед этой мордой мечом.
– Ну что, тварь? Подраться захотел? Ну-ка, попробуй!
Пустой неожиданно резко выбросил вперед лапу, и Ренджи не успел увернуться. Сильнейший удар швырнул его в сторону, он покатился по земле, задыхаясь от боли. С трудом приподняв голову, сквозь выступившие слезы, он сумел разглядеть капитана.
Кучики успел обойти врага сзади. Когда лейтенант полетел на мостовую, он, не медля, прыгнул на спину Пустого, пробежал по ней вверх и с силой всадил клинок в середину маски. Пустой отмахнулся, ладонью снес Бьякую, словно муху. Однако в следующий миг повалился вперед, ткнулся носом в землю и медленно распался. Ренджи наблюдал, как его капитан, словно тряпичная кукла, неловко катится по камням. А из разрушившегося тела Пустого, звякнув, выпал обломок Сенбонзакуры.
Немного справившись с болью, Ренджи поднялся на ноги и, шатаясь, побрел к капитану. Кучики лежал навзничь и не шевелился. Его занпакто был сломан пополам: одна половина была у него в руках, другую Ренджи подобрал по пути. Добравшись до капитана, Абарай опустился на колени рядом с ним. Бьякуя смотрел в небо, но, когда лейтенант появился рядом с ним, медленно перевел взгляд на него.
– Кучики-тайчо, как вы? – спросил Ренджи.
– Все в порядке, – ровным голосом отозвался тот. – Сейчас встану.
Однако взгляд у него был несколько ошалевший. Похоже, он хорошо приложился затылком, подумал Абарай.
– Может быть, вам не стоит сейчас вставать? – предложил он. – Полежите. Здесь четвертый отряд рядом, они скоро появятся.
– Глупости, – Кучики немедленно начал подниматься.
Ренджи только вздохнул. Ну почему капитан считает себя раненым, только когда уже не может держаться на ногах?
Кучики сел и удивленно хмыкнул. Абарай сдвинулся в сторону, чтобы вопросительно заглянуть ему в лицо.
– Кажется, я сломал руку, – сказал Бьякуя. Он осторожно ощупывал правое предплечье.
Ренджи тоже казалось, что у него что-то сломано. Например, ребра. Как же больно! Хочется свернуться в комок и так замереть.
– Здорово он нас потрепал, – недовольно проворчал он. – С предыдущим и то легче было, хотя он был в три раза больше. Тайчо, и ваш занпакто сломан!
– Ничего страшного. Завтра он восстановится.
Да, действительно. Они победили. Теперь всего лишь дотерпеть до утра. А там их раны заживут очень быстро. Им повезло куда больше, чем Сой Фонг, которая валяется в госпитале с самого первого дня!
С трудом они оба поднялись на ноги. Капитана ощутимо покачивало, лейтенант скорчился, прижимая руки к животу. И вдруг за их спинами раздался утробный рык. Они, холодея, обернулись.
Сзади стоял еще один Пустой, точная копия первого.
– Т-тайчо? – жалобно окликнул Абарай. Как же так? Еще один? Их было двое?!!
Принимать бой бессмысленно. Они не могут даже двинуться с места. Но Ренджи знал, что, если капитан решит драться, пусть даже и сломанным мечом, то он, лейтенант, никуда не сбежит. Он останется со своим капитаном. И тогда они оба погибнут здесь.
– Бежим, – вполголоса отозвался Кучики.
Однако и убежать они не успели. Пустой прыгнул вперед. Первый удар страшной лапы обрушился на Бьякую, сплющил его, вдавил в землю, а затем Пустой схватил его и отшвырнул в сторону. Ренджи, заорав от ужаса и ярости, рубанул мечом другую лапу, и та небрежным взмахом припечатала к стене и его.
Когда Комамура с лейтенантом вывернули из-за угла, их взглядам предстала жуткая картина. Жабообразный Пустой, обхватив своей лапищей какого-то синигами поперек тела, уже готовился откусить ему голову. По необычным медным волосам Комамура узнал Абарая. Тогда второй, тот, который неподвижно лежит в конце переулка, – Кучики? Невероятно, как эти двое ухитрились даже не ранить врага?
Раздумывать было некогда. Комамура устремился вперед, и Пустой, отшвырнув свою добычу, ударил его лапой сверху вниз. Капитан, выставив меч, удержал удар: большим ростом его было не напугать. Но все же и он не удержался на ногах, упал на одно колено. Иба немедленно воспользовался возникшей паузой. Он прыгнул на плечо командиру и, оттолкнувшись от него, достал до маски. Этого удара Пустому вполне хватило.
– Отлично, Тецудзаэмон! – похвалил Комамура. – Теперь взгляни, что с ним, – он указал на Абарая, а сам бросился к Кучики.
Когда Кучики и Абарая доставили в госпиталь, они еще дышали. Но по озабоченным лицам медиков было ясно, что их дела плохи. Комамура, который все никак не мог оттереть с шерсти кровь Бьякуи, упрямо торчал в дверях больничной палаты. Он наблюдал, как медики накладывают раненым повязки, вправляют кости. Унохана и Котэцу тоже были здесь. Наконец, со всем было покончено, и Комамура остался наедине с капитаном и лейтенантом четвертого отряда.
– Как они, капитан Унохана?
– Очень плохо, – покачала головой Рецу. – Раны, полученные ими, смертельны. Они держатся сейчас на одном упрямстве.
– Неужели вы ничего не можете сделать?
– Сейчас – ничего. Спасти их мы можем только с помощью кидо, а это значит, что раньше четырех часов утра мы не сможем приступить к лечению. Если они доживут до утра…
– Но это почти невозможно, правильно я понял? – вздохнул Комамура.
– Нам остается только надеяться, что они оба достаточно упрямы. И все же не стоит недооценивать их волю к жизни. Я останусь здесь. Как только наша реяцу восстановится, я немедленно приступлю к лечению.
– Унохана-тайчо, я останусь с вами! – подала голос Котэцу. – Тогда мы успеем спасти обоих.
– Я справлюсь с этим и одна, – отказалась капитан. – Я определю, кому из них помощь будет нужнее, и начну с него. А тебе лучше заняться всеми остальными. Ведь здесь полно людей, которые ждут того же самого.
Ренджи открыл глаза, когда было уже светло. Сначала это было единственное, что он разобрал. Потом, сфокусировав взгляд, смог увидеть потолок. Какое-то время он смотрел туда, но на потолке ничего интересного не было. Тогда Ренджи попытался поднять руку, но тут же понял, что этого делать ему не хочется. Вместо этого он слегка повернул голову набок.
В окно било утреннее солнце. У окна стоял стол; сидя за этим столом, крепко спала капитан Унохана. А на соседней кровати лежал капитан Кучики, забинтованный, как мумия.
– Кучики-тайчо, – позвал Ренджи. – Вы не спите?
Думал, что не отзовется, однако тот ответил:
– Не сплю. Уже довольно давно.
– А что тут происходит?
– Что? Похоже, мы с тобой будем жить.
Ренджи растерянно захлопал глазами. Что за «мы с тобой»? Чего это он? Хотя, может, просто оговорился. В подобном состоянии еще и не такое ляпнешь.
– А знаете, тайчо, – неожиданно для самого себя сказал Ренджи, – по-моему, это было хорошее приключение!
– Пожалуй, – флегматично согласился капитан. – Если выжили, значит, неплохое.
* Именно такую стратегию Кучики использовал против Абарая. Конечно, теперь Ренджи будет говорить, что он всегда так делает!
** Меня, например, глубоко поразила его фраза: «Я все понимаю, Рукия, он действительно был очень похож на него». И это называется «ни разу за сорок лет не взглянул»!
*** Казалось бы, чего это они? Но по ходу манги они дважды цапались чуть не до драки. И правда, чего это они?
========== ЗАНПАКТО ==========
История третья. Все же владение занпакто – важнейший из четырех навыков синигами. Недаром же достижение банкая почти всегда является необходимым условием, чтобы стать капитаном. Именно силой своего занпакто синигами гордятся больше всего.