Страница 14 из 26
– Нет, не был.
– Ясно. Видимо, поэтому бабочка тебя до сих пор и не нашла. Йоруичи должна была тебе сообщить.
– О чем же?
– Да нет, уже все в порядке, не беспокойся! – Кьораку замахал рукой. – Просто на твое поместье только что напал Кенпачи.
– Как это – напал? – Опешил Бьякуя.
– Свидетели утверждают, что он искал тебя. И был совершенно невменяем. Успел причинить некоторые разрушения, но потом его скрутили. Йоруичи как раз гостила у твоей жены, так что ее помощь пришлась кстати. Больше подробностей не знаю, с бабочкой много не передашь. Да некуда уже торопиться-то!
Этот призыв пропал втуне. Кучики исчез в сюнпо.
Целое крыло дома было смято, разрушения лишь чуть-чуть не дотянулись до комнат хозяина. Среди обломков бродили растерянные люди. Все это Бьякуя разглядел едва-едва, торопливо пролетая через сад. Он сбавил скорость только у самого дома, поскольку нашел, кого искал. Йоруичи что-то говорила Хисане, видимо, пыталась ее успокоить, а та согласно кивала головой, хотя и потирала плечи нервными движениями. Услышав шаги, женщины обернулись… и Хисана немедленно бросилась на шею мужу, нейтрализовав тем самым всю возможную его активность.
– Ты в порядке? – Спросил Бьякуя, крепко прижимая жену к себе.
– В порядке, – шепнула она ему в самое ухо. – Испугалась только.
А может, и не только, подумал Бьякуя, ободряюще поглаживая Хисану по спине. Тут реяцу Зараки хлестала во все стороны, до сих пор фонит, как после ядерного взрыва. А ей, не имеющей собственной силы, даже защититься нечем. От таких выплесков слабый человек может и в обморок упасть.
– Где Кентаро?
– Его здесь не было. Убежал куда-то с самого утра.
Бьякуя медленно выдохнул. Самые важные люди целы, в остальном же…
– Где он? – Грозно спросил Кучики у Шихоинь.
– Остынь, Бьякуя, – быстро сказала Йоруичи. – Не кипятись. Жертв нет, разрушения… ну, сам видишь. Не так уж все страшно.
– Где он? – Повторил Бьякуя еще более свирепо.
– Погоди ты! Я понимаю, что ты в ярости, но дай нам хотя бы разобраться.
– Шихоинь! Не заставляй меня повторять в третий раз.
– У меня он, в штабе отряда. Я уже сообщила Унохане и Куроцучи, думаю, они им займутся в самое ближайшее время. А тебя я к нему все равно не допущу, пока его не обследуют специалисты, так что остынь. Лучше бы налил своей жене чаю, а то и чего-нибудь покрепче.
Бьякуя бросил еще один недовольный взгляд на Шихоинь и сдался. Ничего сделать он не мог. На территории второго отряда она – верховная власть, и без нее не попасть к камерам предварительного заключения. Придется ждать, пока она соблаговолит дать свою санкцию. А пока можно было бы, в самом деле, успокоить Хисану и заодно узнать, что же здесь произошло.
– Пойдемте в дом, – сказал он.
Уже потом, когда Бьякуя отвел жену в комнату, устроил ее поудобнее, накинул на плечи теплую шаль (ее все еще трясло, и явно не только от страха), вручил чашку чая с несколькими каплями лечебной настойки, словом, после того, как были приняты все неотложные меры, Кучики спросил:
– Так что тут случилось?
– Зараки взбесился, – Йоруичи невесело усмехнулась. – Приперся и начал орать, что ему нужен ты, и что он прямо сейчас, не сходя с места, намерен с тобой драться. Мы с Хисаной были в саду, и то вопли услышали. Сперва его попытались урезонить словами, но он явно ничего не слышал. Выхватил меч и принялся крушить все подряд. Близко к нему соваться никто не решился, атаковали кидо. Ну а потом я вмешалась, и мы его совместными усилиями скрутили. Но стоило нам связать его бакудо, он немедленно вырубился. Так что твои же слуги его потом и утащили, как бревно, на плечах. Но то, как он сражался… – Йоруичи досадливо передернула плечами. – Так пьянчужки в кабаках кулаками машут. Он явно чем-то накачался. Или же его накачали…
– Что ты хочешь этим сказать? – Нахмурился Бьякуя, хотя и сам прекрасно понимал, что.
– Кто-то его натравил, – кивнула Шихоинь. – Поэтому я и предлагаю подождать с выводами до тех пор, пока наши эксперты не вынесут свое заключение.
– Я уже давно ни с кем не ссорился, – задумчиво проговорил Кучики.
– Ну, ты повспоминай, – предложила Йоруичи. – А вдруг вспомнишь.
Бьякуя всерьез задумался. Но решительно ничего в голову не приходило. Вспоминался только один незначительный эпизод, когда он поучаствовал в розыгрыше, который учинил своему капитану лейтенант Кирихара. Каноги, разумеется, обиделась… но это не ее метод. Она скорее постаралась бы найти у Кучики какое-нибудь нарушение в отряде и донести об этом командиру. На большее у нее не хватит фантазии.
– Нет, – Бьякуя решительно покачал головой. – Ничего не было.
И снова задумался. Не обязательно что-то делать, чтобы случайно оказаться у кого-то на пути.
– Ладно, что гадать, – Йоруичи махнула рукой. – Сперва допросим Зараки, потом будем думать. Юми, ничего, если я пойду?
Хисана слабо улыбнулась и кивнула.
– Конечно.
– Я должен присутствовать при допросе, – встрепенулся Бьякуя.
– Я-то не против, но как же твоя жена?
– Все нормально, – Хисана тронула руку Бьякуи. – Мне уже не страшно. Я же не маленькая девочка, чтобы прятаться от монстра под одеялом, – она усмехнулась. – И нянчиться со мной не нужно.
– Дело не только в испуге, – нахмурился Бьякуя. – Еще и в воздействии сильной реяцу. В глазах не рябит?
– Нет, я в порядке. Только небольшая слабость.
– Тебе лучше лечь и отдохнуть. Не вставай и ни на кого не обращай внимания. Там без тебя справятся.
– Ладно, я обещаю, что лягу и буду лежать, – Хисана улыбалась уже увереннее. – А ты иди. Разберись со всем этим, чтобы мне больше не нужно было волноваться.
– Да. Я во всем разберусь.
***
До расположения второго отряда добрались на удивление мирно. Йоруичи не расточала свои ехидные насмешки, а Бьякуя вовсе забыл думать о том, что терпеть ее не может. Оба были сосредоточены на предстоящем допросе.
Зараки Кенпачи устроился в камере предварительного заключения на узком жестком ложе. Что здесь побывала Унохана, легко можно было заключить из того, что возле койки была установлена капельница. Кроме того, пленника окружал добротно сработанный кидо-барьер, похвальная мера предосторожности. Впрочем, сам Зараки не выглядел сейчас опасным арестантом. Насколько он сам был бледен, настолько же бледной казалась его реяцу. При появлении визитеров он лишь слегка приподнял голову и тут же уронил ее обратно.
– А, Кучики, – вяло, без интереса, проговорил он. – Так и знал, что ты скоро припрешься.
– Что все это значит? – Ледяным тоном осведомился Бьякуя.
– Понятия не имею, – все так же безразлично отозвался Зараки.
– Ты был пьян?
– Не знаю.
– Может быть, тебе подсунули что-то еще?
– Не помню.
– Ты что-то ел или пил?
– Говорю же, не помню.
– Но кого-то ты видел последним!
– Слушай, Кучики, – Кенпачи явно потерял терпение. – Мне все эти вопросы уже десять раз задали. Хочешь, поговори с Уноханой, а от меня отвяжись.
– В самом деле, Бьякуя, – Йоруичи тронула его за плечо. – Вряд ли он нам что-то скажет. Пойдем лучше, поговорим с Уноханой и Куроцучи, заодно узнаем экспертное мнение.
И они отправились в кабинет Шихоинь, где уже дожидались ее означенные эксперты. Принимающий гостей Тамура, как всегда, слегка тушевался и появлению капитана явно обрадовался.
– У капитана Зараки имеются признаки сильнейшего похмелья, – сообщила Унохана. – Или, если хотите, отравления. Нам удалось нейтрализовать действие этого вещества, так что теперь я уверена, что капитан Зараки больше не опасен.
Бьякуя про себя отметил, что Унохана, пожалуй, впервые на его памяти говорила не об опасности для здоровья пациента, а о его, пациента, опасности для окружающих.
– Но он до сих пор ничего не может вспомнить, – сокрушенно продолжала Унохана. – Возможно, после того, как мы полностью избавимся от последствий, он сумеет сказать хоть что-то. Но сам этот наркотик мне незнаком.