Страница 13 из 23
– А ты вроде и не из наших, – заметил коротышка, внимательно его разглядывая.
– Из каких это «ваших»?
– Не из нашего города, я хотел сказать. У нас такой маленький городок, что все друг друга знают, хотя бы в лицо.
– И какая разница? – буркнул Кайтен еще более неприветливо. Этот парень отвлекал его от размышлений.
– Да никакой. Просто подумал, что лучше представиться. Меня зовут Кавазо.
– Кайтен.
– Надолго сюда?
– Нет, – проворчал страж. – Завтра меня на военном поезде отвезут в столицу, там премьер непременно опознает мою физиономию, и тогда меня расстреляют.
– Да, неприятно, – сочувственно сказал Кавазо. Кажется, он был вполне серьезен.
– Угу, небольшая такая неприятность, – фыркнул Кайтен раздраженно.
– Я бы тоже предпочел выбраться отсюда, – признался Кавазо. – Завтра меня должны отправить на север. На какие-нибудь дурацкие рудники, почти наверняка. Что там еще делать, на севере?
– Не хочется на каторгу? – съязвил Кайтен. Свое положение он считал куда как серьезнее.
– При чем тут каторга? Это мелочи! – Арестант снова разволновался, заметался из угла в угол. – Я сделал самолет! Понимаешь? Настоящий! Я только что его закончил.
– Из фанеры? – ехидно уточнил Кайтен, имея в виду макет. Кавазо обиделся.
– Между прочим, фанера – отличный материал для обшивки самолета. Легкий и прочный. То, что надо. Да, почти вся обшивка сделана из фанеры, не вижу тут ничего особенного.
Кайтену стало любопытно.
– И что, он у тебя летает?
– Так я о чем и толкую! Это первый настоящий самолет. Он отлично летает. Но ведь эти бестолочи не понимают, что это такое! Неучи деревенские! Они его разберут и продадут двигатель на металлолом. А я его сам собирал, каждый кусочек на заводе заказывал, за бешеные деньги.
Кавазо в отчаянии запустил пальцы в волосы. Становилась понятной его прическа: если он все время так ерошит волосы, неудивительно, что они стоят столбом. Этот нескладный человечек вызвал у Кайтена что-то вроде интереса, насколько это было вообще возможно в столь бедственном положении. Казалось невероятным, чтобы такой человек совершил какое-то преступление.
– А за что ты здесь оказался?
– Понимаешь, самолет – он же не сразу полетел, – принялся взволнованно объяснять Кавазо. – Сначала были неудачные модели. Они не взлетали. А некоторые взлетали и сразу падали. Так я одну уронил на чужой коровник. Разрушил стену и корову одну придавил. В общем, я теперь должен кучу денег. А у меня совсем ничего нет, никакого имущества, даже продать нечего. Точнее, я собирался продать чертежи. Только не успел довести их до ума. Я думал, у меня еще есть время. Мне дали отсрочку на год… И я был уверен, что успею скопить нужную сумму. Но ведь самолет! Его нужно было строить. Я немного накапливал и тут же покупал какие-то детали. Времени было много впереди. И я просто увлекся, понимаешь? Я забыл о сроке. Я хотел уговорить их еще немного подождать, но они и слушать ничего не захотели.
– Понятно, – хмыкнул Кайтен. – А я думал, такие типы только в анекдотах бывают.
– Такие – это какие?
– Такие рассеянные.
– Эх, если бы выбраться отсюда! – снова забегал по камере Кавазо, не обратив внимания на нелестную характеристику. – Все бы ничего, но жалко трудов. Да что там, ведь это же прорыв! Технический прорыв, новое слово в машиностроении! Никто еще такого не публиковал. Я выписываю все технические журналы, ни в одном не было. А они сломают. Им что? Чертежи мои фермер выбросит. Он же не понимает, что они кучу денег стоят. Хотя можно попробовать объяснить, – он приостановился, задумался. – Не поверят поди. Может, поверят? Отправят хоть в журнал. Тогда себе присвоят открытие, вот что обидно!
– А куда бы ты, допустим, полетел, если бы выбрался отсюда? – полюбопытствовал Кайтен.
– Куда угодно! – с горячностью воскликнул Кавазо. – На край света!
И тут он приуныл.
– Да, ты прав, особо и некуда. Далеко самолет не улетит. Даже если оставить его, забрать только чертежи… Так просто не скрыться, поймают. Я не умею скрываться. Мне всегда говорили, что я растяпа. Меня непременно поймают.
Кайтену начинало казаться, что его вот-вот посетит какая-то неплохая идея. Ведь у него были сходные проблемы: ему нужно было пробраться через оцепление, чтобы его не схватили. До сих пор он не вполне представлял, как это вообще возможно, но теперь…
– Вообще-то, есть одно место, где можно скрыться, – вкрадчиво начал он.
– Далеко отсюда? – навострил уши изобретатель. – Самолет больше сотни вряд ли пролетит. Ну, чуть больше – возможно.
– Тут вроде меньше ста километров по прямой, – успокоил его Кайтен. – Только насчет посадки… Вроде самолетам надо куда-то приземляться?
– Да, нужно свободное пространство, но очень немного. У меня довольно неприхотливый самолет.
– У нас там есть какие-то поля… Этого хватит?
– Вполне! Так… где это?
– На юг отсюда.
Кавазо некоторое время хлопал глазами, соображая, потом воскликнул в ужасе:
– Но там же лес!
– Ну да, – пожал плечами Кайтен. – Что тебя смущает?
– Там же монстры! Или… – Кавазо хитро прищурился. – Или нет? Ты что-то знаешь?
– Я знаю все, – сообщил Кайтен гордо. – Монстров там полно.
– Но как тогда? – совершенно растерялся Кавазо.
– Мы же полетим по небу. А когда прилетим, окажемся в безопасном месте. Там живут люди. Хорошие люди. Они не откажут тебе в убежище. Там ты сможешь спрятать свой самолет и чертежи, пока не придумаешь, как с ними поступить.
Кавазо невероятно оживился. Он снова забегал, но в его жестах больше не было отчаяния, скорее нетерпение.
– Но ты это точно знаешь? Что за люди такие? Почему ты думаешь, что они меня примут?
– Меня же приняли. Я ведь отсюда родом, разве не видно?
– Да, я еще подумал… Ладно, раз ты так говоришь, я верю. Так что, как будем выбираться отсюда?
И вот на этом этапе все и застопорилось. Они исследовали каждый сантиметр своего узилища, обшарили стены, потолок, окно и дверь. Слабых мест не наблюдалось. Попытку взломать замок, даже если бы у них было чем ломать, непременно засек бы дежурный. Попытка как-то выломать решетку на окне тоже ни к чему бы не привела: проем был слишком узким. Пленники постепенно приходили в отчаяние.
Уже совсем стемнело. Узники, устав от своих бесплодных метаний, уныло сидели на соломе, когда вдруг их заставил вздрогнуть резкий, гневный окрик:
– Кавазо! Бездельник! Растяпа! Я же тебе говорила!
– Майфа! – Кавазо подпрыгнул от неожиданности, лицо его приобрело виноватое выражение, и он немедленно засеменил к окну. В него, сидя на корточках, заглядывала молодая женщина, с виду постарше изобретателя. На лице ее выражалось раздражение, и казалось, что это выражение для нее привычно.
– Ну и что мне теперь с тобой делать? – сердито продолжала женщина. В ее голосе мерещились интонации строгой мамочки, чей ребенок опять влез, куда не следовало. Понятно, что она и отмоет, и заштопает одежду, и даже простит, но отругать следует непременно.
– Слушай, Майфа, – забормотал Кавазо, – я не знаю, но мне бы как-то выбраться…
– И куда же ты пойдешь? Не вздумай прибежать ко мне, я не намерена укрывать преступника.
– Нет-нет, я уже знаю, куда мне надо. Вон, с ним убежим, – он махнул рукой в сторону Кайтена.
– Ох, горюшко, – вздохнула Майфа, смягчаясь. – Вечно с тобой беда. Ладно, ждите здесь.
Она поднялась и скрылась из виду. Кайтен хмыкнул.
– Жена?
– Сестра, – махнул рукой Кавазо. – Кто же пойдет за меня замуж? Но как она узнала так скоро? Она живет в другом городе. Рядом, но все же… Может, кто-то из мальчишек сбегал и доложил?
Ждать пришлось с полчаса. Арестанты только переглядывались и пожимали плечами, не в силах представить, что задумала Майфа. Но наконец загремел замок, дверь отворилась.
– Выходите уже, преступники, – снисходительно предложила Майфа.
Кайтен и Кавазо переглянулись еще раз, уже совершенно ошалело, и выбрались из полуподвала по коротенькой лесенке наверх. Дежурный полицейский мирно похрапывал, уронив голову на стол. Перед ним стояли пустые стаканы, нарезанная колбаса на блюдечке, корзинка с фруктами.