Страница 37 из 62
– А что ты чувствуешь?
– Все! – Нич раскинул руки, словно пытаясь обнять весь мир. Быстро понял, что с этой задачей ему не справиться, и заключил в объятия одну Эрну. Та только невнятно пискнула и вытаращила глаза.
– Ладно, домой, домой, – Нич смеялся, и теперь этот смех был совсем не таким, как прежде. Раньше в нем то и дело проскальзывала злая насмешка, не то над собой, не то над миром, а теперь звучало только удивление.
– Удачно поохотились, – саркастически прокомментировала Эрна, желая хоть как-то вернуть почву под ногами. Кажется, хорошо знакомого напарника здесь больше не было.
***
Нич переменился разительно. Эрна только теперь, в сравнении, начала понимать, насколько неестественной была его прежняя, наигранно-легкомысленная веселость. Теперь смех из него просто переливался через край. И его восхищало буквально все. Как внезапно прозревший слепец, он смотрел на все другими глазами. Истории, которые он непрерывно рассказывал Эрне, приобрели новое звучание. Все чаще он употреблял фразу: «Я раньше никогда не замечал…» Слова сами собой вдруг складывались в рифмованные строчки, и тогда Нич от души веселился над этим.
О том, что с ним произошло, он рассказал остальным коллегам, изрядно тех ошеломив. Никому ни разу не приходило в голову, что этот парень – просто гениальный притворщик. Но, посмотрев на него теперь, все вынуждены были согласиться: да, изменился. И даже сложно было сказать, в чем именно это выражалось. Все та же усмешка, те же вольные манеры, те же бесконечные истории. Но что-то во взгляде, в интонациях, в жестах, в словах…
– Я уйду отсюда, – заявил он однажды. – Вот только Кайс вернется на службу, так сразу и уйду.
– Как это? Почему? – всполошилась Эрна.
– Да мне никогда это по-настоящему не нравилось, – Нич пожал плечами. – То есть, мне вообще ничего не нравилось, конечно, поэтому было все равно. На самом деле, я пошел в охотники в надежде, что меня это как-то взбодрит. Все-таки опасность и тайна. Только не помогало. Но теперь-то мир передо мной снова открыт. Я снова могу чувствовать, и когда я задаю себе вопрос, что доставит мне в этой жизни удовольствие, я чувствую: нет, не это.
А вот Гарр, похоже, нисколько не удивился. Только задумчиво кивнул и спросил:
– Уже решил, чем займешься?
– По правде, нет, – Нич легкомысленно улыбался. – Но у меня есть некоторые сбережения, первое время переживу. А там… Есть у меня некоторые идейки.
***
Однажды вечером, как раз во время пересменки, когда Эрна, Нич, Гарр, Сиэннэ и Айдеранэн собрались за столом, дверь дежурки неожиданно отворилась.
– Кайс! – воскликнула обрадованная Эрна. – Ты вернулся! – И тут же ляпнула совсем не то, что хотела: – Ну вот, теперь Нич уйдет.
– Как это? – Кайс так и замер в дверях. Паер заглядывал в комнату из-под его локтя.
– Ну да, – немного смущенно подтвердил Нич. – Собрался. Тебя только ждал, не хотел оставлять нашу малышку одну.
– Вот это да!
Кайс, спохватившись, присоединился, наконец, к коллегам, а Паер, который в чаепитиях участвовал редко, тут же принялся рыться на полке в поисках новой книги. Нич снова рассказал о том, что с ним произошло, и сообщил в конце, что твердо решил уйти и попробовать что-нибудь новенькое.
– Ну и сюрприз, – Кайс качал головой. – Тебя, конечно, можно только поздравить. А вот нам сложновато придется.
– Вы же взяли в штат это чудовище, – Нич кивнул в сторону зарывшегося в книгу айзё.
– И то верно, – Гарр посмотрел на Паера с каким-то новым интересом.
А у Эрны вдруг екнуло внутри. Ее такой расклад совершенно не устраивал. Ясно, как день, что Паера поставят дежурить в пару с Кайсом, других вариантов просто нет. А она тогда останется с Гарром, который, конечно, славный, но… Но она не хочет дежурить с ним, вот что. Гарр намного старше ее, у него другие темы для разговоров, и еще он вечно пропадает на Башне. Эрна нервно заерзала на месте, понимая, что обоснованно возразить не сумеет. Сиэннэ покосилась на нее изучающе, а потом негромко и неторопливо заговорила:
– Если подумать, все это дело изначально было организовано неправильно. Намного логичнее было бы поселить айзё прямо здесь, в дежурке. В конце концов, именно здесь постоянно находятся охотники, что немаловажно, бодрствующие охотники. А мы определили Паера в дом Кайса, и что получилось? Стоило Кайсу заснуть, и айзё оставался фактически без присмотра. В общем, это большая удача, что он ничего не вытворил.
– Я и не собирался, – рассеянно вставил из своего угла Паер.
– Да, только поэтому все и обошлось, – согласилась Сиэннэ.
– Сирайэны всегда знают, как надо делать, но никогда не скажут, – прокомментировал Гарр. – Хотя сейчас поздновато, уже и так ясно, что Паер не собирался никого жрать. Но мне нравится сама идея: дежурный айзё.
Некоторое время все с энтузиазмом обсуждали эту мысль. Завести айзё в дежурке выглядело несложным трюком. Ему не нужно есть и спать, мыться и менять одежду, которая суть видимость, как и все остальное. Знай только, таскай ему книжки, чтобы он не изголодался по новым впечатлениям. Читал он, к счастью, не слишком быстро. Тогда остальные охотники могли дежурить хоть по одному: случись что, хватай айзё и вперед. Паер тихонько ворчал, что всю Службу охотников вообще можно распускать, поскольку он и один, без помощников, с чем угодно справится.
Еще некоторое время обсуждали график дежурств. Гарр сетовал, что предпочел бы вовсе перейти на ночное расписание, но ему жена не разрешает. Решили, что Кайс будет дежурить ночью, а Гарр днем, но иногда они будут меняться. Оставалось определить куда-то Эрну, и Гарр еще поворчал, но больше для вида, что Кайсу и так во всем слишком везет, чтобы еще и отдавать ему сотрудницу с таким носом. Еще немного поторговавшись, охотники решили, что Гарр станет иногда вызывать Эрну, если ему покажется, что ее нюх будет необходим на охоте, а она взамен сможет пропускать некоторые ночные дежурства с Кайсом, поскольку тот вместе со своим айзё и сам обойдется.
Покончив с делами, начали расходиться. Нич вылетел первым, помчавшись прямиком в кабинет начальника. Гарр еще немного помешкал, но Сиэннэ не спешила, и он ушел один. Айдеранэн встал из-за стола и собрался уже подняться в Башню, но тут поймал взгляд Сиэннэ. Очень выразительный взгляд. Эрне, заметившей его, показалось даже, что сирайэны обменялись какой-то информацией, в смысле, по-настоящему что-то обсудили, а не так, как делают люди, только догадываясь о намерениях друг друга. И тут же Айдеранэн громко сказал:
– Слушай, Паер, а тебя экскурсия на Башню не интересует?
Глаза мальчишки загорелись. Да и Кайс обернулся с искренним любопытством.
– Я тут подумал, ты же у нас любитель новых впечатлений, – невозмутимо продолжал Айдеранэн. – Ну вот, и даже Башни не видел.
– И я бы не отказался, – оживился Кайс. – Представляете, меня там, в Каросойне, так ни разу наверх и не пустили. Но они вообще почти никого не пускали.
– Тогда идем, пока я добрый, – усмехнулся Айдеранэн. – И пока делом не занялся.
Мальчишка тут же вприпрыжку помчался за сирайэном, а за ним устремился и Кайс. Эрна не сдвинулась с места. Если ей не померещилось, то все это неспроста. И точно.
– У тебя с Кайсом серьезно? – спросила ее Сиэннэ.
Эрна ощутила жар на щеках. У нее? С Кайсом? Что это значит? Что у нее может быть общего с Кайсом?
– В каком смысле? – Ее голос оказался странно охрипшим.
– Я сейчас только заметила, – Сиэннэ понимающе улыбнулась. – Ты здорово разволновалась, когда речь зашла об этом айзё. Ты ведь тоже поделила всех охотников на пары, верно? Я подумала о том же. Потому и решила вовсе вывести его из этих расчетов.
– Так вот почему… – Эрна уставилась на нее изумленно. Все-таки сирайэны здорово соображают: так быстро найти выход из положения. – Спасибо, Сиэннэ.
– На самом деле, я сама на него глаз положила, – призналась та без всякого смущения. – Потому и спрашиваю, ты всерьез или как? Потому что мне-то для баловства.