Страница 6 из 11
– Я думал, у тебя гости.
– А разве нет? – тон и выражение лица человека говорили о беспокойстве.
– Да нет, я не собираюсь уходить, – угадав, ответил Серж, – я в твоем полном распоряжении, и хочу попросить переночевать у тебя, если ты не против?
– Против чего?
– Моего присутствия!
– Так ты решил только поприсутствовать?
– Не передергивай, ты прекрасно понял меня!
– Может, я разучился понимать?
– Только не ты! – при этом Серж обеспокоено посмотрел другу в глаза, но, ударившись взглядом об этот серо-голубой лед, вздохнул.
Напряжение в комнате, росло. Казалось, все звенело от желания вспыхнуть и причинить боль.
Трудно сказать, сколько прошло времени, только Серж очнулся вдруг от легкости, которая пробудила ясность мысли и бодрость тела. Он увидел друга, сидевшего, напротив и с улыбкой разглядывая его.
– Про…, – попытался сказать Серж.
– Я и не думал обижаться!
– …сти. Но…
– Не возражай!
– Зачем ты делаешь это со мной?
– Только ты можешь это изменить
– Нет, не могу.
– Но ведь ты нашел в себе силы…
– Ты же сильней меня!
– Я? В чем? Я никогда не сделал бы этого?
– Ты простил.
– Я был не вправе обижаться. Ты не волен!
– Но я мог проявить настойчивость!
– И все потерять?
– И все потерять…, – это было сказано с такой задумчивостью, что вновь встретившихся взглядов было понятно, что они ходят по замкнутому кругу, выходом из которого пока может служить только терпение, а в дальнейшем…
– Спасибо за торт, ты, вижу, не забыл, что я люблю.
– Конечно нет, но извини, что только торт, – и, видя готовое возмущение на лице друга, поспешно добавил, – это большее, что я могу, и мы оба это знаем.
Друзья улыбнулись, отдавшись на волю красноречивому молчанию.
День, и так старавшийся не мешать им, лишь добавил сумерек, набросив на город кружевную вуаль из крупного пушистого снега, мягко и неслышно падающего в напоминание о зыблемом существовании наблюдающего за ним населения этого скромного городка.
Пока Серж готовился ко сну, человек прибрал со стола и помыл посуду. На кухонном столе все еще стоял бокал молока, оставленный на вечер, и в беспорядке лежали газеты. Неловко убирая газеты, человек опрокинул бокал. Молоко жирной белой лужей медленно растеклось по столу. Прежде чем убрать он попытался рассмотреть в этой лужице какой-нибудь рисунок. Машинально поднеся руку к белой кляксе, с удивлением на лице остановил ее и обошел стол с другой стороны. Он нахмурился, но рисунок (случайно ли?) изображал всадника, мчавшегося на лошади. Тряпка вмиг впитала неприятное откровение судьбы и заставила человека вздохнуть. «Я буду молиться за тебя», – проговорил он еле слышно…
Отворив дверь спальни и, убедившись, что Серж, во всяком случае лежит с закрытыми глазами, подошел к окну и тихонько задернул шторы. Пройдя в ванную комнату, приготовил масла и повесил халат. Достал мягкие махровые тапочки и, поставив их рядом с кроватью, удалился в гостиную, тихо закрыв за собою дверь. Серж улыбнулся и, зарывшись в ароматные подушки, крепко уснул.
ГЛАВА 6
Удобно устроившись на диване в гостиной, хозяин дома вновь взял в руки книгу. Немного поискал место, на котором остановился, так как в беспокойстве быстро бросил роман. Спать ему не хотелось.
Часы в прихожей пробили четыре часа утра, когда сквозь строки о дворцовых переворотах он услышал равномерный жужжащий звук на камине. Заложив на этот раз страницу, он встал и подошел к телефону, нарушающему тишину. Кто мог беспокоить так рано? По привычке, не взглянув на номер, откинул флип и заговорил первый:
– Я слушаю?
– Надеюсь, Вы не спали? – раздался заспанный, но уважительный голос, – прошу прощения за беспокойство.
– А, это Вы канцлер. Что на этот раз?
– Сбежал! Вы были правы! Ведь Вы говорили, Вы предупреждали, а мы не послушали. Горе мне, – запричитал вдруг чиновник, всхлипывая, – сбежал!
– Стоп, стоп, стоп! – человек попытался остановить этот поток, – Давайте все по порядку, кто сбежал, откуда и почему?
– Главарь этой секты! Мы как раз перевозили его в тюрьму после суда.
– А! Так уже был суд, ну и каков приговор?
– Конечно же, все единогласно вынесли – смертная казнь!
– Хм, это все очень интересно, но причем тут я?
– Вы меня убиваете, но только Вы можете его поймать!
– Я не собираюсь его ловить! Вот еще. Не хватало, чтобы я гонялся по всей Европе за беглым каторжником!
– Это не простой заключенный, это главарь опаснейшей секты, убивавшей младенцев! А вы у нас, смею напомнить, взяли на себя обязательства их ловить!
– Э, нет, так дело не пойдет! Вы не хуже меня помните условия договора, и никак не могли забыть, что специально оговаривалось о том, что после их поимки ответственность несете только Вы, а, следовательно, только на Вас лежит и забота о его побеге!
– Но.. но, – канцлер задыхался в своем возмущении, – но ведь он снова начнет свои кровавые бойни! О, как вы бесчувственны!
– Не начинайте, друг мой, я не забыл, что на носу предвыборная гонка, и его побег очень некстати, особенно если такое просочится в прессу.
– От Вас ничего не скроешь, – это было сказано так жалостливо, что должно было вызвать положительную реакцию слушающего.
– Не пройдет, дорогой мой, оставьте ваши вздохи парламенту!
– Если снова начнутся убийства, я пропал!
– В таком случае, следуя моему контракту, я снова поймаю его, и на этот раз, вы, надеюсь, будете придерживаться тех «глупых» капризов начинающего «зарываться» в своих страхах и фантазиях «нервозного типа», – это было процитировано с такой иронией в голосе, что добило бедного канцлера.
– Что вы хотите? – был тихий и умоляющий ответ.
– Я? Ничего! Вы сделаете небольшую услугу одному моему другу! – эта идея внезапно пришла ему в голову, заставив широко улыбнуться, – Вы отдадите ему в постоянное пользование без арендной уплаты дом под ресторан или любой другой бизнес с отсрочкой выплаты налогов на пять лет!
– Это грабеж! Вы же знаете, что я должен буду обратиться к парламенту, и сразу же получу отказ, если не отставку! Как я им это представлю!
– Так же, как представляете ежемесячные многомиллионные выплаты. Вы понимаете, о чем я?
– Это шантаж! – видимо удар был действительно сильный, – Я не ожидал от Вас такого! Это низко!
– Ну, как хотите! – улыбка победителя играла на его лице, а глаза светились странным огнем, возникавшим каждый раз, когда он смотрел на картину, висевшую над камином. А ведь смотрел человек на нее не отрываясь, будто бы зная какой-то закон в беспорядочности разбросанных по холсту цветных линий.
Возникла пауза. По взволнованному дыханию канцлера чувствовалось, что он принимает действительно не легкое для него решение. На карту поставлено слишком много чтобы отступать.
– Хорошо, – нетвердым голосом проговорил чиновник, и затем добавил тверже и увереннее, – Хорошо, вы получите, что просите, даже больше, только найдите его! Заклинаю Вас!!!
– Уже нашел, – спокойно, но с усмешкой в голосе ответил хозяин серо-ледяных глаз, которые уже обычно смотрели на тлеющие в камине угли, – уже нашел, – повторил он, заикающемуся от волнения канцлеру.
– Как, и Вы молчали? Вы…Вы!..Вы!!!…Да Вы просто ….
– Спасибо за комплимент!
– Что Вы тянете, скажите где он?! Немедленно!!! – задыхающимся от волнения голосом пытался кричать в трубку этот, казалось, сильный человек.
– Он мертв, – спокойно и с еще большей усмешкой в голосе ответил наш контрактник.
– Как мертв? Вы вздумали шутить надо мной?!
– Вот еще! Я? Шутить над Вами?! И не думал даже, – пытаясь придать серьезные интонации голосу, человек продолжил, – Он мертв, говорю я Вам!
– Это невероятно! Продолжайте же! Я не верю Вам!
– Как хотите, – с наигранной обидой сказал наш «герой», – Как Вам будет угодно!
– Хватит! Прекратите сарказм! Говорите, как это случилось!