Страница 15 из 17
Словно мышиный писк.
- Сильнее! - раздалось. - Подумай обо всем, что мучает тебя.
Я непроизвольно подчинилась серьезному голосу и ударила сильнее, несколько раз.
Бам! Бам! Бам!
Вибрации от палочек расходятся по кисти.
Бам! Бам! Бам!
Бело-розовые фотографии с лучами солнца на одежде...
Бам! Бам! Бам!
Испытанный страх ночью...
Бам! Бам! Бам!
Затрагивающий душу вопрос Бриана и отсутствие выбора в моей жизни...
А теперь меня уже оглушила тишина.
Палочки выпали из пальцев и я заплакала, закрывая лицо руками. Или зарыдала.
Санму подошел и молча прижал меня к себе, обнимая одной рукой за плечи. Продолжая плакать, я уткнулась в его футболку. Он молчал и просто был рядом. Мой неожиданный друг.
Мне надо уехать - мелькнула мысль в голове.
Эта сцена стала нашим секретом.
Зато теперь я отчетливо понимала, что больше ничего не понимаю и мне необходимо время для себя. Мне надо остаться одной. Поэтому на следующий день, я подошла к Хэзлу и попросила у него отпуск с открытой датой возвращения. Он обеспокоено на меня взглянул и спросил:
- Но... ты ведь вернешься?
Я прямо посмотрела в ответ:
- Я не знаю. Сейчас - не знаю.
Менеджер заметно помрачнел и вздохнул:
- Я вижу, что отговаривать тебя бесполезно, но как всем объяснить и ...
- Нет. Не надо ничего объяснять. Я им напишу, хорошо? А потом на какое-то время буду вне доступа. Я больше не могу... так.
- Хорошо, отдохни, восстановись и возвращайся. Пожалуйста, Хлоя!
Я улыбнулась, но не ответила.
А вечером заказала билет на поезд в родной город и собрала сумку. Только самое необходимое. Утром отвезла Юджина на репетицию, помахала всем рукой и вроде как обычно отправилась на учебу. Для всех.
Но, быстро вернувшись в квартиру, я взяла сумку и поспешила на вокзал, чтобы уже сидя в вагоне отправить всем сообщение о том, что уезжаю ненадолго отдохнуть и просила их вести себя хорошо, особенно Юджина, а затем вынула сим-карту из телефона.
Вот и все.
В ближайшее время Хэзл берет на себя обязанности курицы-наседки. А я скоро увижу родных, дом и перестану обо всем думать. Я надеюсь на это.
Родители были и бесконечно рады и шокированы моим появлением. Мы обнимались на пороге и не могли ничего сказать от переполнявших эмоций. Затем мама с гордостью и нежностью продемонстрировала, как папа с тростью и, держась второй рукой за стену, осторожно и медленно выходит из своей комнаты. Вы-хо-дит!
Могли ли мы мечтать об этом? Смели ли надеяться?
Все понимали, что до конца он, скорее всего, не восстановится, но достигнутый результат терапии был удивителен. Мы долго сидели на кухне в этот вечер, разговаривая, смеясь, не вспоминая ничего плохого. Конечно, была затронута тема моей работы. Я рассказывала родителям, что теперь являюсь ассистентом музыкальной группы.
Мама призналась, что посмотрела их клипы и что они все "очень милые мальчики".
Смех какой, надо будет ребятам рассказать, подумала я и тут же себя остановила. Ты же сама сбежала. С чего тогда желание поговорить?
Не знаю.
За следующие дни мы провели с мамой масштабную генеральную уборку, шутливо ругаясь с папой и отбирая у него "ценный" мусор. Купили немного новых вещей для дома: заменили старые шторы, уже не слишком привлекательную посуду, пушистые полотенца в ванную и, несмотря на мамины возражения, купили ей теплое одеяло.
Пока я гуляла по знакомым улицам, Фоксы не оставляли меня. Они смотрела с обложек журналов, звучали по радио, а их клипы показывали по телевизорам в магазинах и в витринах.
Я остановилась около одного монитора и вспомнила, как раньше снисходительно называла подобные группы "поющими трусами". А теперь полностью окунулась в незнакомый мир и узнала, что это тоже тяжелый труд. И долгие репетиции, и переезды, и муки рождения новых песен и концерты, на которых ты должен отдать зрителю часть своего сердца.
Я действительно уважала все это.
И нельзя отрицать, что мне было интересно вариться в подобном "компоте". А люди? Каких необычных людей я встретила!
Я не жалела о проведенном времени со всеми. Но, все же, изменения должны произойти.
Да.
Когда я, наконец, честно поговорила с собой, мне стало легче, спокойнее и я уже с улыбкой провела две недели с родными, чтобы потом снова собрать сумку и, поцеловав их в щеки, уехать обратно, в свой странный, забавный и не всегда простой "компот".
13.
По приезду я сразу позвонила Хэзлу, и мне показалось, что он искренне рад был меня слышать. На мой вопрос о том, как у всех дела, менеджер рассказал, что все прошло не так страшно, как он думал. И более того, когда он в первый раз приехал за Юджином утром, уже морально готовясь к долгим и выматывающим препинаниям, солист открыл ему дверь полностью собранным и одетым и спокойно прошел вниз в машину. Для Хэзла это событие стало подобно схождению священного огня в Иерусалиме. Я посмеялась вместе с ним и попросила его и Юджина встретиться со мной для обсуждения нашей дальнейшей жизни.
Мы пересеклись у Хэзла в офисе, где я когда-то подписывала с ним рабочий контракт. Когда я вошла, они оба занимались своими делами. Мы поздоровались, я и Хэзл довольно эмоционально, Юджин несколько тихо. Он вообще, на протяжении всей беседы вел себя очень тихо и только в конце, когда я озвучила, как я все это вижу и спросила его, согласен ли он на такие условия, певец спокойно ответил:
- Хорошо. Пусть будет так.
И больше уже ничего не говорил. Было немного странно не знать, о чем он думает.
Вот на чем мы остановились: я съезжаю с квартиры Юджина, потому что мне была нужна своя, отдельная жизнь, свое пространство, но я продолжала оставаться его помощником и ассистентом, чтобы помогать, координировать его расписание и передвижения за день.
Я хотела провести некие границы.
О том, где я собиралась жить. Нет, в старую квартиру я не буду возвращаться, к стенам, которые помнили многое и к тому же, у меня теперь есть финансовая возможность найти что-то более симпатичное.
Хэзл помог мне и дал координаты надежного риэлтора. И спустя два дня, я уже полностью забирала свои вещи из квартиры Юджина, чтобы перевести их в мой новый дом. Это был достаточно тихий район, без каких либо изысков, но располагавшийся недалеко от парка, где можно было бы совершать прогулки или даже приходить с учебниками на скамейку.
Квартира была однокомнатная, светлая и с яркими цветочными шторами на окнах. Наверное, они то меня и привлекли. А на широкие подоконники прекрасно встали горшки с цветами. Я купила желтый обаятельный абажур, накинула на диван-кровать лоскутный плед.
Как же я была счастлива, стоя посерединке своей комнаты. И очень горда.
Словно утка - посмеялась я над собой.
Раздался телефонный звонок и я ответила, даже не посмотрев на номер:
- Хлоя, ты ведь не дура? - прозвучал в ухе голос Бриана.
- Эээ... - немного опешила я. - Судя по твоему тону и вопросу, ты собираешься утверждать обратное.
Мужчина засмеялся:
- Если нет, то быстро собирайся, через полчаса я заеду за тобой, и мы поедем к Вацлаву. Мне сказали, у тебя новый адрес. Называй!
Решив зря не удивляться, я продиктовала адрес и прикинула, надо ли мне сильно озаботиться своим внешним видом, но потом осталась как обычно.
Ай, все равно!
Мы приехали к университету Бриана. Вокруг здания и по всем этажам носилась забавная молодежь. Кто-то пел, кто-то играл на гитарах или репетировал сцены из спектакля. Было весело, шумно. Такие яркие, звонкие, открытые.