Страница 27 из 68
Моё окружение говорит о том, что понял я многое, даже больше чем нужно. Главное осознать кто такие люди вокруг тебя и что их жизни, действия, мысли — пусты. Из десяти девятерых в топку (10% это даже слишком большой процент, наверное, во мне взыграл гуманизм). Без жалости, пощады, сожаления. Каждый может измениться, но только под воздействием определённого фактора. Фактор страха вполне подойдёт, только бояться все разного. Кого-то достаточно припугнуть, пару раз ударить, сломать что-нибудь, другого же не остановит даже смотрящее на него дуло заряженного пистолета.
Мне порой кажется, что читать людей я научился не хуже Давида. Видеть насквозь не так уж и сложно, но… меня опять унесло…
Вечер с Сандрой прошёл идеально. Лучшего и пожелать невозможно. Мы гуляли по городу, делясь друг с другом самым сокровенны. Рассказывали разные тайны, детские страхи, всякие глупости о которых когда-то думали, чего боялись или стеснялись. Незабываемая ночь.
Вернулся домой около часу дня. Когда уезжал от Сандры она ещё спала. Так не хватало тепла, а она, такая маленькая, нежная смогла наполнить и зажечь меня изнутри.
Я сидел на кухне перед тетрадью с «Покаянием». Изучал свои записи, чему-то умилялся, над чем-то смеялся, отдельные строки заставляли задуматься. Неожиданно в дверь постучали, к тому же так настырно. Я, разумеется, никого не ждал. Дебильный гости. Встав, медленно направился к двери. Стук, смешанный с трелью не прекращался.
— Открою, разобью ебало! — сразу крикнул я, входя в коридор.
— Открой! — голос за дверью казался безумным, уродливым, визгливым.
Неузнаваемый, но знакомый. Поначалу я даже растерялся, но вовремя спохватившись, кинулся к щеколде. Распахнул железную махину так резко, что казалось, она слетит с петель. Дверь с грохотом шибанулась о стену, проломив гипсокартон. Странно, раньше она до стены не доставала.
— Саша! Какого…? — только и успел выкрикнуть я, перед тем как хрупкая красавица ввалилась в квартиру.
За доли секунды успел подхватить её на руки, перед тем как она коснулась пола. Стремглав бросился в комнату. Положил сотрясаемое ознобом тельце на кровать и застыл в бездействии. Со мной подобного нечасто случалось.
Что делать? У кого спросить? Казалось, жизнь покидает Сандру. Она дрожала как осиновый лист. Испарина выступила на маленьком лбу. Теперь она ещё больше походила на куклу с фарфоровым личиком.
Начался бред. Её губы содрогались в попытке что-то сказать, но с воздухом срывались только бессмысленные стоны.
— Что? Что? Что случилось? — в панике затараторил я, упав перед ней на колени. — Воды? Пить? Саша, я не понимаю…
Мне всегда казалось, что в экстремальных ситуациях я умею чётко реагировать, холодно действовать, не давая воли эмоциям. Но это совсем другое! Я не растеряюсь при нападении. Сорвавшись с карьера, по которым раньше бесконечно лазил без страховки, мгновенно среагирую, чтобы не разбиться. Всё это не то. После перемены я понял, что все мои хвалёные навыки могут идти корове в трещину.
У неё «солнечный удар». Сомнений нет, но что делать? Со мной такого не бывало. Я максимум мог рухнуть ослабленным и изнеможенным, обессиленным проваляться в ознобе несколько часов. Сандру же лихорадило. Она теряла сознание, бредила, явно видя галлюцинации. Дело дрянь!
Сколько она провела на солнце? Полчаса минимум! Для неё это смертельно. А если дольше? Неужели так умирают вампиры? Какого чёрта она вообще куда-то пыпёрлась посреди беда дня? Что случилась? От чего (или кого) она бежала?
С этими потом разберёмся. Для начала надо понять, что делать с Сандрой. Ничего лучше не придумал, чем положить на голову влажное полотенце и залить в горло жаропонижающую микстуру. Что смешного? Я чё — вампиролог? Откуда я знаю, как вампиров лечить?
Через минут двадцать озноб прекратился, бредить Саша перестала, но дышала по-прежнему тяжело. Она обессиленная заснула крепким (жуткое сравнение) мертвецким сном. Раздев, я укутал её несколькими одеялами и вышел из комнаты. Самое страшное уже позади. Если организм успокоился, значит, жить будет.
«Что заставило Сандру так рисковать своей жизнью?» — этот вопрос меня не на шутку взволновал. Говорят: «Демоны склонны к саморазрушению». Это ещё раз доказывает, что вампир никакой не сатанинский прихвостень.
Обшарил её сумочку — ничего. Телефон заряжен, денег полный кошелёк, никаких зацепок. Устроил настоящее расследование. Пусто.
Я просидел возле Саши несколько часов, постоянно меня компрессы. Она вся горела. Для вампира 36.6 уже край, а тут реально жар, притом не спадающий.
Саша начала ворочаться, а через пару минут с трудом открыла красные глаза.
— Ты как? — тревожно спросил я.
— Жива, — натужно ответила она и попыталась приподняться.
— Лежи, — остановил Сашу я.
Голос её был очень слабым и всё же попыток встать она не прекращала.
— Ты что делаешь? — моему возмущению не было предела.
Сандра совершив ещё несколько потугов бессильно опустилась на подушку, произнеся:
— Давно обо мне никто не заботился.
— Что случилось? Почему ты приехала? Почему не позвонила?
Она, робея, отвела взгляд и замолчала.
— Чего молчишь? Саш, что стряслось?
Ответила не сразу, долго мялась:
— Я… я… просто соскучилась.
Вот это новость, вот это неожиданность. Чего угодно, только не этого. Что за нах…? Как это — соскучилась? Она же чуть не умерла у меня на руках?
— Но… ты… могла позвонить… я бы приехал.
И тут она ошарашила меня снова.
— Я хотела сделать тебе сюрприз.
— Он удался! — рыкнул я.
Осознав, что грубость моя реально не к месту, бросив что-то вроде: «Извини», вышел из комнаты.
Зря сорвался, не стоило, но одному Богу известно как я переживал. Может, не ясно что-то излагаю? Детали особого значения не имеют. Разве в них суть?
«Неужели ты ей поверил? Это же голимый развод! Дружище, она тебя имеет! Юзает не снимая штанов!» — проскрежетал разум.
«Открой глаза, придурок!» — возмутилось сердце. — «Она рисковала жизнью просто ради того чтобы увидеть тебя! Чтоб сделать тебе, мудаку, сюрприз!»
«Кого ты слушаешь?» — возразил мозг. — «Будь хитрее. Эмоции для слабоумных. Ты хоть это понимаешь?»
«Начни ещё заповеди разведчика цитировать, недоносок» — не унималось сердце. — «Просто подойди к ней, обними её, поцелуй…»
«Давай полоумок, иди, лобызайся!» — отмахнулся разум.
«Разуй глаза! Она же любит тебя!»
«Оттаивай, олух!!!»
— Заткнитесь оба! — не выдержал я. — Надоели уже. Сам как-нибудь разберусь!
Уже через несколько минут тишины, понял, что окончательно запутался. Мне хотелось верить Сандре, ведь она для меня стала больше чем… больше… чем… Саша стала для меня практически ВСЕМ! Она, мой хрупкий ангел, моя нимфа, муза, но она и демон.
— А чего хочется мне? Всё ведь зависит от веры.
В умных философских книгах написано: «Если хочешь отыскать ответ — прислушайся к себе, к своему внутреннему голосу».
Ну, прислушался, охренел от гула. Дальше то чего делать? Вешаться? Снова звонить Давиду? Не… лучше вешаться!
Вернулся в комнату где отлёживалась Сандра. На цыпочках подошёл к кровати, погладил её по спутавшимся волосам. Она тут же открыла глаза и, посмотрев на меня, смущенно произнесла:
— Извини.
— За что? — удивился я.
— Я вломилась к тебе… вот так…
— А-а-а, ты про это? — отмахнулся я. — Ко мне постоянно кто-то вламывается. Я уже не обращаю внимания…
— Я… напугала тебя, — вымолвила Саша. — Ты волновался.
В точку, в самое сердце. Какой же я — мудак?! Саша говорила так искренне. Её волновала не смерть, которая было близка как никогда, а то, что я — гандон штопанный, кретин бесчувственный, волновался. Мои переживания, против её гибели!
Захотелось плакать. Разреветься как ребёнку. Я крепко прижал обессиленную Сашу к себе, начав нежно и робко целовать.
— Глупенькая, глупенькая, маленькая. Ты что? Что ты такое говоришь? Зачем?