Страница 91 из 107
– Ей бы не удалось и шагу ступить, – мрачно подтвердил Гарион.
– Значит, ты во все это не веришь? – продолжала Сенедра.
– Я не полный фаталист, если ты это имеешь в виду. Но я слишком часто видел, что все происходит именно так, как говорилось в пророчествах, поэтому нельзя их полностью игнорировать.
– Иногда мне кажется, что я больше не увижу моего малыша, – тихо произнесла она усталым голосом.
– Не смей даже думать об этом, – откликнулся Гарион. – Мы обязательно догоним Зандрамас и вернемся домой вместе с Гэраном.
– Домой, – вздохнула Сенедра. – Я так давно там не была, что уже забыла, как выглядит наш дом.
Он обнял ее и, крепко прижав к себе, спрятал лицо в ее волосах. Вскоре она заснула. Несмотря на смертельную усталость, Гарион не сразу погрузился в сон.
Утро следующего дня было ясным и теплым. Вернувшись к дороге, они продолжали свой путь на восток – туда, куда указывал меч Гариона.
Незадолго до полудня Польгара подозвала к себе Бельгарата.
– Отец, смотри, там, впереди, у дороги кто-то прячется...
Он придержал коня.
– Чандим? – кратко спросил он дочь.
– Нет.Это ангараканец из Маллореи. Он очень напуган и немного не в своем уме.
– Что-то замышляет? – встревожился Бельгарат.
– Он не в состоянии что-либо замышлять, отец. Все его мысли перепутались.
– Шелк, пойди разберись с ним, – попросил старик. – Не люблю, когда за мной следуют по пятам, даже если это сумасшедший.
– Где приблизительно он находится? – спросил маленький человечек у Польгары.
– Около вон того высохшего дерева, – указала она.
– Пойду поговорю с ним, – кивнул Шелк. Пришпорив коня, он приблизился к засохшему дереву и остановился.
– Мы знаем, что ты здесь прячешься, дружок, – доброжелательно произнес он. – И не желаем тебе зла. Но перестань прятаться, выйди из-за дерева, чтобы мы могли тебя видеть.
В ответ – молчание.
– Ну, выходи! – крикнул Шелк. – Не робей.
– При вас есть демоны? – В голосе слышался смертельный испуг.
– Разве я похож на человека, который способен иметь дело с демонами? – заулыбался Шелк.
– Вы ведь меня не убьете?
– Конечно нет. Мы только хотим поговорить с тобой, вот и все.
Опять долгое, напряженное молчание.
– А какая-нибудь еда у вас есть? – спросил голос, полный отчаяния и надежды.
– Думаю, мы сможем с тобой поделиться, – заверил его Шелк.
Укрывшийся за огромным деревом человек раздумывал.
– Хорошо, – произнес он наконец. – Я выхожу. Но вы обещали не убивать меня.
Затем хрустнули ветки и на дорогу, спотыкаясь, вышел солдат-маллореец. Одежда висела на нем лохмотьями, шлема не было, а остатки сапог держались на его ногах, привязанные кожаными ремнями. Было видно, что человек не брился и не мылся по крайней мере месяц. Глаза его были безумны. Он испуганно уставился на Шелка: его голова бесконтрольно подергивалась, широко распахнутые глаза смотрели не мигая.
– Ты немного не в форме, дружок, – доброжелательно обратился к нему Шелк.
– Где твоя часть?
– Они умерли, все умерли, – залепетал солдат-маллореец. – Или же их съели демоны. – В его глазах застыл смертельный ужас. – Вы были в Аккаде? – дрожащим голосом спросил он. – Вы были там, когда пришли демоны?
– Нет, дружок. Мы только что из Венны.
– Вы сказали, что можете меня накормить.
– Дарник, – крикнул Шелк, – принеси этому бедняге что-нибудь поесть!
Дарник подъехал к вьючной лошади, которая везла их припасы, и достал хлеб и ветчину. Затем направился к Шелку и обезумевшему от страха солдату и протянул бедолаге ломоть хлеба и мясо.
Несчастный, как голодный волк, накинулся на еду и глотал куски, не прожевывая.
– Что же произошло в Аккаде? – спросил Шелк, наблюдая, как молниеносно исчезает еда.
– Туда пришли демоны, – отвечал солдат, набивая рот, и вдруг остановил на Дарнике полный ужаса взгляд. – Ты хочешь убить меня? – пролепетал он.
– Нет, друг мой, – ответил тот безразличным тоном.
– Благодарю. – Солдат, успокоившись, присел у обочины, чтобы продолжить трапезу.
Гарион и остальные медленно подъехали ближе, стараясь не спугнуть оробевшего беднягу.
– Так что же все-таки случилось в Аккаде? – допытывался Шелк. – Мы едем в том направлении и хотели бы знать, что нас ждет.
– Не надо вам туда, – содрогаясь, произнес солдат. – Это ужасно, чудовищно. Демоны ворвались в город через ворота. Их сопровождали улюлюкающие карандийцы. Карандийцы принялись рубить людей на куски и скармливать демонам. Моему капитану они отрезали обе руки, а потом и ноги. Затем демон схватил то, что от него осталось, и съел голову. И все это время мой капитан кричал. – Оторвавшись от ломтя хлеба, солдат в страхе уставился на этот раз на Сенедру. – Госпожа, вы не убьете меня? – помертвевшими губами прошептал он.
– Конечно нет! – испуганно воскликнула Сенедра.
– Если вы будете меня убивать, – словно не услышав ее ответа, лепетал солдат, – пожалуйста, сделайте так, чтобы я этого не видел. И похороните меня там, где демоны не смогут меня найти, вырыть и съесть.
– Никто не собирается тебя убивать, – подтвердила Польгара.
В глазах безумца появилась искра надежды.
– Тогда вы сами это сделаете, госпожа? – с мольбой в голосе обратился он к ней. – Я больше не в состоянии выносить этот ужас. Прошу вас, убейте меня. Только сразу и безболезненно, как это могла бы сделать только моя мать. И спрячьте так, чтобы до меня не добрались демоны, – Солдат закрыл лицо трясущимися руками и заплакал.
– Дай ему еще еды, Дарник, – приказал Бельгарат, и глаза его наполнились состраданием. – Бедняга совершенно безумен, больше мы ничем не можем ему помочь.
– Я думаю, что мог бы ему помочь, почтеннейший, – предложил Сади. Он открыл свой короб и достал пузырек с янтарного цвета жидкостью. – Капни ему немного на хлеб, Дарник, – произнес он. – Это успокоит его и даст несколько часов забвения.
– По-моему, сострадание тебе несвойственно, Сади, – удивился Шелк.
– Возможно, – тихо ответил евнух, – но в таком случае ты не очень хорошо меня понимаешь, принц Хелдар.
Дарник достал из сумки еще мяса и хлеба для маллорейца и побрызгал на них жидкостью, которую дал Сади. Затем протянул все это бедняге. И отряд продолжил путь. Проехав немного, Гарион вдруг услышал за спиной тот же голос: