Страница 5 из 20
Она не знает сколько пыталась заснуть, беспрестанно ворочаясь и, в конце концов, свернувшись калачиком, старалась хоть чуть-чуть согреться, ощущая потоки ледяного воздуха, проникающего в комнату сквозь мелкие щелочки. Да ещё и ноги начали чесаться. Точно от белья. Кэролайн искренне надеялась, что завтра к утру всё же сможет покинуть это место, ведь ей совсем не хотелось бы подхватить здесь что-нибудь.
========== Глава 3 ==========
Вновь поморщившись, сквозь сон она вдруг отчётливо уловила совершенно отвратительный и громкий стук, который, кажется, мог взорвать её мозг или заставить лопнуть ушные перепонки. Мало того, что ей пришлось чуть ли не всю ночь ворочаться, дрожа от ледяного ветра и страха, что какой-нибудь огромный паук или отвратительный жук проползет по ней, так ещё, когда только-только удалось заснуть, её разбудил этот странный грохот. Всё чего ей хотелось в данный момент — взять в руки дробовик, которым она даже и пользоваться не умела, и устранить назойливый источник противного шума.
— Да какого чёрта?! — прошипела раздражённо она, наконец открывая глаза и садясь на кровати, отозвавшейся тихим скрипом на её резкое движение. — Клаус? — громко позвала его Кэролайн, плотнее кутаясь в одеяло, совсем не привыкнув к такой чрезвычайно низкой температуре.
Сейчас бы выпить крепкого виски или даже лучше коньяка, закусив его темным шоколадом. А затем принять горячую ванну с какой-нибудь ароматной карамельной пеной или полежать на своём уютном диванчике под мягким пледом. Но нет, всё это стоило как можно скорее выкинуть из головы, потому что реальность была куда менее красочной. Окружающее её убожество было очень далеко от привычного комфорта и даже совершенно простого удобства. Но возможно ли вообще принять тот факт, что она застряла на окраине Коннектикута, в полнейшем захолустье, в компании угрюмого мужлана? Нет — абсолютно точный ответ на этот вопрос.
— Клаус?! — громче и ещё раздражённее крикнула она, понимая, что так видимо и не получит отклика, — Ну и где носит этого деревенщину? — недовольно проворчав, Кэролайн всё же вылезла из-под одеяла и встала на ноги, торопливо преодолевая расстояние между спальней и крохотной гостиной-кухней.
Вот только увидела вовсе не ставшее уже знакомым лицо. Оглянувшись бегло по сторонам, она вдруг замерла на месте, понимая, что его здесь нет. На разложенном диване был лишь скомканный плед, который, по всей видимости, служил ему защитой от холода. Дверь в ванную была слегка приоткрыта, но свет там включен не был, да и никаких звуков оттуда не доносилось. Абсолютная тишина, пугающая до дрожи. Этого чёртового Клауса здесь не было.
Вдруг у неё промелькнула мысль о том, что может он отправился чинить её машину, решив поскорее спровадить? Однако стоило ей только глянуть в окно и увидеть всё продолжающий идти снег, как все её радужные мечты превратились в прах и развеялись. Клаус был прав. Она здесь застряла.
Звук открываемой входной двери заставил её резко обернуться и обхватить себя руками, задрожав от потока ледяного воздуха, проникшего внутрь небольшого домика. Чуть отойдя в сторону с прохода, Кэролайн всё дрожала от холода, во все глаза смотря на Клауса, держащего в руках охапку поленьев. И эти самые деревяшки заставили её нахмуриться и тихонько фыркнуть.
— Так вот что это был за звук, — недовольно пробормотала она, к сожалению слишком поздно поняв, что он её всё же услышал, судя по тому злому и тяжелому взгляду, которым он её окинул.
Подбросив несколько поленьев в огонь и уложив остальные в специальную корзинку у камина, Клаус снял с себя куртку, оставаясь лишь в свободных штанах и белой майке, обнажившей его руки. Весьма неплохие руки. Сильные, в меру мускулистые и наверняка такие грубые… Кэролайн тряхнула головой, пытаясь отогнать вот совсем ненужные и крайне неуместные мысли, стараясь заставить себя не пялиться на него… в особенности, когда он снял с себя эту самую майку, демонстрируя чуть вспотевшее мужественное тело. Будто бы издевался. Вот как такое бородатое создание может иметь такое тело? Впрочем, если присмотреться чуть внимательнее, то можно запросто понять, что и на лицо он был далеко не урод. Нужно лишь сбрить с него это ужасающее количество волос, делающее его похожим на аборигена, и подстричь. Да и гардероб не помешало бы привести в порядок.
— И тебе доброе утро, — спокойно ответил Клаус, всё же сжав губы в напряженную тонкую линию, — Прости, что разбудил, — с львиной долей сарказма, произнёс вдруг он, — Увидел, что тебе холодно и решил посильнее растопить камин. Ещё раз прости, что потревожил сон принцессы.
Кэролайн нахмурилась ещё сильнее, чуть приоткрыв губы, так и силясь подобрать слова как можно язвительнее. Вот только в голове была пустота, потому что совсем не ожидала такого яда в голосе этого дикаря. И идея отвести взгляд от его глаз была, пожалуй, самой глупой. Потому что Клаус всё ещё стоял перед ней с обнажённым торсом, и она смогла чуть ли не в мельчайших деталях разглядеть татуировку, украшавшую его ключицу, мышцы пресса, а ещё и светлую кожу, покрытую испариной. Дико сексуальная картина, даже убогая обстановка её не в силах была испортить.
— Что ж, ты прощён, — чуть запнувшись, постаралась в тон ему ответить она, старательно отводя от него взгляд и уж точно не желая впредь допускать о нём подобных мыслей. — Я голодна, — вдруг сказала Кэролайн, чтобы хоть как-то сбавить ту концентрацию неловкости, что она ощущала за свои постыдные и крайне внезапные фантазии.
— Я тоже, — тут же ответил Клаус, совсем не понимая, что это творится с этой избалованной девицей; ведь ожидал от неё потока ругательств, а не лёгкого и, даже, местами неуверенного сарказма, — Кухня в твоём полном распоряжении.
— Что?! — возмущённо ахнула она, наконец, придя в себя и желая, как следует врезать ему за такую невиданную наглость.
Неужели эта деревенщина хочет, чтобы она ему что-то приготовила? Да кем он себя возомнил?! Что он ещё попросит? Пропылесосить и полы ему помыть? Неслыханная наглость.
— Ты хочешь есть, так возьми и приготовь нам завтрак, — невозмутимо сказал Клаус, спокойно продолжая разуваться, совсем не собираясь тратить свои нервы на эту избалованную дамочку.
Повисло молчание, и слышно было лишь, как Кэролайн возмущенно и тяжело дышит, стараясь побороть своё разгорающееся недовольство. Ведь действительно старалась не сказать что-нибудь поистине грубое. Ей совсем не хотелось, чтобы этот редник затаил на неё обиду и выгнал на мороз. Но в то же время была и другая причина её молчания, гораздо более ужасная и приводящая её в полную растерянность.
— Я не умею, — стыдливо вдруг потупив взгляд, призналась тихонько она, переминаясь с ноги на ногу, и вновь с недовольством обратила внимание на сломанный ноготь, проводя по нему то и дело подушечками указательного и среднего пальцев.
Совсем не понимала, с каких это пор стала стесняться этого. Ну и что тут такого? Ну не нужно было ей это в жизни. Есть ведь личный повар и обеды в изысканных ресторанах. То, что её не вырастили кухаркой и поломойкой — вовсе не повод для стыда. Так почему ей вдруг стало не по себе?
— И почему я не удивлён, — усмехнулся Клаус, досадливо покачав головой из стороны в сторону, — Ладно, сейчас что-нибудь приготовлю, только душ приму сперва.
Тяжело вздохнув, он направился к ванной комнате, видя, как она смотрит ему вслед, о чём-то усиленно думая, чуть нахмурив брови. Кэролайн то и дело скользила взглядом по комнате и владельцу этого домика, совсем не понимая, почему он вообще живёт на отшибе? Что вообще способно заставить человека жить в таких отвратительных условиях и вдали от людей?
— Слушай, Клаус… — вдруг окликнула его Кэролайн, — А как ты до такого докатился? — она ещё раз демонстративно окинула брезгливым взглядом его жилище, которое сегодня предстало перед ней в дневном свете, обнажив в новых красках всю убогость и запущенность этого гиблого места.
Клаус же резко остановился, пальцами сжимая ручку на двери, и ощутил сковавшее тело неприятное напряжение. Ощущал на себе её пристальный взгляд и весь тот груз осуждения, брезгливости и ненависти, что был направлен на него в голубых глазах. Конечно же, она из идеального мира. Вся идеальная до скрежета зубов. Слишком идеальная для такого дна, в котором он живёт.