Страница 2 из 20
Кэролайн же смотрела теперь на эту совершенно отвратительную деревянную дверь, скрывающую от неё ту ещё сторожку лесника, борясь со своим шоком и пытаясь выговорить хоть слово, так и стоя с открытым ртом. Каков наглец! Посмел ведь захлопнуть дверь прямо перед её лицом, да ещё и нос воротить от неё. Пустоголовая деревенщина. Оглянувшись, она поняла, что обратно уже явно не дойдёт. Тем более что её следы всё продолжало заметать снегом, а на улице становилось всё темнее и темнее с каждой минутой. Не хотелось бы заплутать в сугробах и умереть от холода в этой глуши.
— Послушайте, Клаус! — Кэролайн вновь настойчиво постучала в дверь, — Уже почти ночь, я не пойми где. Мне нужна помощь.
Но было по-прежнему тихо. Казалось, что он даже и не слышал её, начисто игнорируя и совсем не собираясь вновь открывать дверь. И что теперь делать? Других-то огоньков тут и вовсе не наблюдается. Получается что этот бородатый редник — её единственный шанс не замерзнуть насмерть, превратившись в посмертную сосульку.
— Какой из вас мужчина, черт возьми?! — со злостью и каким-то отчаянием, прокричала она, пнув грубо ногой его входную дверь и сбив несколько колокольчиков, что приземлились на крыльцо с тихим стуком, разбиваясь, как и её надежда получить хоть какую-то помощь.
Кэролайн беспомощно заскулила, вновь не получив никакого отклика. Всё ещё дрожа от холода, она опустилась на ступеньки, садясь и плотнее закутываясь в промокшее пальто, и горько всхлипнула, проклиная свою дурацкую идею покинуть город. Ведь слышала же предупреждения метеорологов! Разве не могла унять свою гордость и переночевать дома, лёжа в тёплой постельке, вместо того чтобы уезжать за город и показывать отцу свой характер? В итоге оказалась на отшибе, и теперь её жизнь зависит от этого бесчувственного козла.
Внезапно она услышала, как входная дверь вновь открылась с крайне противным скрипом и Кэролайн тут же поспешила стереть слезы дрожащими от холода пальцами, не желая показывать этому чурбану свою слабость.
— Заходи, — коротко сказал Клаус, внимательным взглядом окинув сжавшуюся женскую фигурку.
— Не могу, — тихо и крайне испугано поговорила она, ощущая что сил не осталось даже на то, чтобы встать с этого чёртового крыльца, наверняка, испортившего своими щепками её новенькое пальто.
Клаус тихонько выругался и, подойдя к ней, вдруг довольно уверенно и, кажется, не прилагая особых усилий, поднял её на ноги, приобнимая за талию, только сейчас понимая, насколько же девушка замерзла, ощутив как намокает и его кофта. Кэролайн неуверенно оттолкнула его, не желая чтобы он прикасался к ней своими грязными руками, и самостоятельно вошла внутрь, слыша, как он закрывает за ними плотно дверь, вовсе не желая выпускать тепло из дома.
========== Глава 2 ==========
Его так называемый дом внутри оказался ещё хуже, чем выглядел снаружи. Видимо, зимний пейзаж и темнота удачно скрывали всю убогость и запущенность этого места, умело отвлекая от суровой реальности. Ведь её встретила отвратительнейшая обстановка, будто бы сошедшая с экрана какого-то фильма ужасов, где вот-вот из-за угла должен был выскочить маньяк с топором или каким-нибудь острым тесаком для рубки мяса. Однако, невзирая на явно старую обстановку, к её крайнему удивлению, здесь было достаточно чисто. Нигде не валялись пустые банки из-под пива или грязное белье, иначе бы её точно хватил инфаркт прям на пороге в эту дыру, которую язык просто не поворачивался назвать домом. Да у неё гардеробная больше, чем это жилище. Здесь же жутко тесно, прям как в консервной банке!
— Пойдём, тебе надо принять горячий душ, — мягко проговорил Клаус, слыша, как она всё ещё стучит зубами от холода, плотнее кутаясь в своё совсем мокрое пальто, которое следовало бы поскорее снять, иначе эта избалованная девица точно заработает себе пневмонию.
— Ну уж нет, — фыркнула Кэролайн, отшатнувшись от него будто бы от прокажённого, всё ещё продолжая брезгливо оглядываться, даже не желая разуваться, чтобы ненароком не подхватить себе грибок и пару заноз от этих, наверняка, скрипучих и старых деревянных полов.
— Не веди себя, как ребёнок! — раздражённо прорычал Клаус, вдруг совершенно бесцеремонно снимая её пушистые наушники, чуть дёрнув пальцами белокурые локоны, чем и вызвал её болезненный вскрик.
— Аккуратнее! — отпихнув его от себя, она пронзила его гневным взглядом, — Я, конечно, понимаю, что у тебя волос в избытке, но я не планировала становиться лысой. И вообще… не смей даже ко мне прикасаться своими грязными ручонками!
Клаус замер, мигом переменившись в лице и тут же утратив прежнюю мягкость, оскалившись словно какой-то дикий зверь, готовый вот-вот вспороть ей горло своими клыками. Сделав резкий шаг к ней навстречу и сократив между ними расстояние до не комфортного для неё предела, он склонился к ней ещё ближе, вынуждая вздрогнуть и чисто рефлекторно отступить, смотря на него округлившимся от страха голубыми глазами.
— Ещё слово и ты пойдёшь ночевать на крыльцо, — тихо, но крайне угрожающе, произнёс вдруг он, пугая её до чёртиков своим колючим взглядом и низким тембром, — Поняла меня?
— Д-да, — тут же поспешила прошептать она, уж точно не желая ещё раз на себе испытать подобное, совсем не ожидая, по правде говоря, такой грозности от дурачка из деревни, вынудившего её испуганно всё же сжаться всем телом словно девочку-подростка.
— Как тебя зовут? — чуть мягче произнёс он, обойдя её и становясь позади, видя, как она напряглась, будто бы ожидая что он её вот-вот придушит или свернёт шею.
— Кэролайн, — немного помедлив, всё же произнесла она, ощущая как потихоньку к ней возвращается былая уверенность.
И чего это она вообще вдруг стала бояться? Какой из него убийца? Уж точно не тот тип мужчин, которых стоит опасаться. Обычный, среднестатистический трудяга, попросту не прошедший мимо её беды. Да у него и выбора то особо не было. Если бы хотел её смерти, то не стал бы даже и впускать.
— Хорошо, Кэролайн, — он вдруг коснулся её пальцев, которыми она крепко вцепилась в ворот своего пальто, вынуждая её вздрогнуть невольно от жара, исходящего от его кожи и играющего ярким контрастом с её продрогшими ладонями. — Сними обувь и иди за мной, — Клаус помог ей снять отяжелевшее от влаги пальто и повесил его на крючок, рядом со своей верхней одеждой.
Она молча смотрела на него и думала, как же ей вообще дожить до утра. Совсем ведь не создана для таких диких условий и уж точно не готова была к такому отношению. Встретив вновь его хмурый взгляд, она всё же наклонилась и медленно сняла с себя сапоги, отставив их в сторону. Клаус махнул ей рукой, прося следовать за ним, и повёл её к ванной комнате, вынуждая Кэролайн чертыхнуться себе под нос и всё же брезгливо сделать первый шаг, стараясь идти лишь на носочках.
Открыв дверь, он пропустил её внутрь, к счастью, не видя какой ужас появился в её глазах, стоило ей только увидеть эту крохотную комнату, с потрескавшейся на стене плиткой и абсолютно не оборудованным душем. Никакой кабинки тут и в помине не было, ею даже и не пахло. К стене был прикреплен ветхий смеситель с каким-то подобием погнутого шланга и маленькой лейки, к которому было даже страшно подойти ближе, не то что прикоснуться. И всю эту картину, буквально кишащую явной антисанитарией, завершал жуткий резиновый коврик, на который, по всей видимости, надо было становиться босыми ногами. Отвратительное зрелище, от которого уже начала кружиться голова.
— Я поищу какую-нибудь одежду, — Клаус удалился и она тут же поспешила захлопнуть дверь, закрываясь изнутри и делая глубокий вдох, совсем позабыв уже об одолевающем её холоде.
Взглянув на себя в немного мутное зеркало, Кэролайн едва подавила крик ужаса, так и рвущийся наружу. Тушь под глазами размазалась, превратив её в какое-то чудище. Это, конечно, была не панда, всё же тушь у неё и вправду оказалась водостойкой, но, видимо, даже она не смогла выдержать условия этого крайнего севера. Волосы, как Кэролайн и предполагала, превратились в нечто напоминающее вермишель, а не плавные и мягкие локоны, которые у неё были прежде. Не удивительно, что этот болван перед ней дверь захлопнул, ведь она — самое настоящее пугало, с посиневшими от холода губами и мелкими красными пятнами, которые уже начали проступать на лице и шее.