Страница 93 из 135
Уши, правда, были весьма и весьма условные, но…
- Агния, - осипший голос заставил обернуться. – Пожалуйста, расскажи, что произошло.
А чтоб я знала… главное, жених разогнулся и выглядел относительно целым, хотя и потрепанным. Зверюга потянулась было к нему, заухав, но я топнула ногой:
- Стоять. Никто никого есть не станет. Понятно?
- Понятно, - мрачно отозвался Нкрума. – Но… может, ты снимешь гадюку? Она ядовита и…
Об этом я сама догадалась.
Здесь, по-моему, неядовитые твари не водятся. А если уж природа обделила отравой, то щедро отсыпала когтей с зубами. Я вздохнула и, погладив змею, - как ни странно, прикосновение к ней не вызвало отвращения – попросила:
- Давай ты меня отпустишь? Хочешь, я на колени возьму, а то так… ты очень тяжелая.
Я присела на какой-то обломок и почти без страха отпихнула уродливую морду, вознамерившуюся устроиться у меня на коленях. И змеюка одобрительно зашипела. Она стекла на эти колени, свернувшись в несколько раз и устроив голову поверх колец.
Скорпионы зашелестели, будто советуясь, но тоже сползли на землю и исчезли где-то в трещинах.
- Я… действительно не понимаю, что происходит, - я провела мизинцем по плотным чешуям. – Просто… скажи, что этому есть объяснение.
Нкрума покачал головой, а потом неуверенно ответил:
- Возможно, какой-то подземный газ… или излучение?
Это он у меня спрашивает? С другой стороны, чем бы оно ни было, главное, чтобы не прекратилось во мгновение ока. Как-то…
…мысль мою, несомненно, глубокую, прервало протяжное гудение, а затем взрыв сотряс потолок, обрушив на нас град из песка и щебенки… я только и успела, что икнуть, как сверху оказалось огромное тело зверя. Массивные столпы.
Гладкое брюхо.
И… и кажется, я на змею упала, но та, вместо того, чтобы впиться в тело, как положено приличной гадюке, лишь зашипела и медленно, с чувством собственного достоинства, выползла из-под меня.
Снова ухнуло.
Громыхнуло.
И на грохот этот зверь отозвался рассерженным ревом. Я его понимаю… сидишь тут в пещере, а какие-то неразумные существа ее ломают пренаглым образом, того и гляди разрушат. И пожалуй, зверь пришел к тому же выводу, а потому загудел и, подхватив меня за шкирку – подхватил аккуратно, за шелк – потащил куда-то.
Надеюсь, не жрать.
Я только и смогла, что пискнуть.
- Стой! – Нкрума поднялся на четвереньки. – Стой, кому говорят… Агния, прикажи ему!
Ага, а он возьмет и послушается.
Но я набрала воздуха и так громко, как смогла, рявкнула:
- Стоять!
Как ни странно, зверь остановился.
Дернул головой и заурчал что-то крайне неодобрительное.
- Отпусти меня, - я дернула за костюм. Надо же, до чего местный шелк крепок… - Пожалуйста.
И вновь меня послушали.
Заухали только, затопотали и замотали головой, явственно намекая, что это место не слишком-то подходит для дружеских посиделок. Потолок вновь затрясся.
- Что это? – поинтересовалась я у жениха, который скривился и уши к голове прижал. – Может… пойдем уже, а? А то как-то…
- Бомбят, - Нкрума произнес это сквозь зубы. – И пожалуй, ты права, нам стоит спуститься глубже, но… я там не бывал… чем глубже, тем…
…понятно.
Закопаться можно, но кто раскапывать станет? Впрочем… один проводник у нас имеется.
- А… - я оглянулась на палатку. – Ее ведь забрать надо…
Слова мои утонули в грохоте взрыва, и крупный кусок камня приземлился на серебристый полог, задержался на мгновенье, а после накрыл палатку, лишив проблему актуальности.
Нкрума схватил меня за руку.
- Идем… ты – веди… и если вдруг вздумаешь нас сожрать…
Это предположение оскорбило нашего нового приятеля до глубины души.