Страница 9 из 12
– Лепса! Лепса! Лепса! – стали кричать сотоварищи заказчика.
– Какое безобразие! – негромко возмутилась Александра Евгеньевна. – Женя, почему эти люди так себя ведут?
– Сашенька, они, наверное, здесь впервые и не слишком хорошо знают репертуар твоего любимчика.
Дав себя немного поуговаривать, Караваев стал петь одну из самых популярных песен Лепса, подражая его голосу. Пародист из него был никудышный, но подвыпившая публика, для которой он пел, пришла в полный восторг.
– А теперь Пугачеву! – крикнул с места тот же человек, что делал предыдущий заказ.
К сдвоенным столам подошел охранник и попросил сидящих за ним гостей вести себя потише.
– Давно бы так! – сказала Александра Евгеньевна, поглядывая в ту сторону. – Надеюсь, он попросил их уйти.
Наивная дама даже не могла предположить, что охранник не только не выдворит изрядно подвыпившую компанию из ресторана, а выступит в качестве посыльного. Он передал Каре деньги и сказал достаточно громко:
– Публика хочет что-нибудь из репертуара Пугачевой.
Кара подошел к музыкантам-инструменталистам, что-то обсудил с ними, затем вернулся к микрофону и запел.
– Какой еще балет! – возмутился один из сидящих за сдвоенным столом. – Я у Пугачевой такой песни не знаю. Мы за что ему бабки заплатили?
«Балет, балет, балет, несбыточный мой друг!» – пел Кара, причем очень похоже на первоисточник.
– Я обожаю эту песню. – Александра Евгеньевна отодвинула в сторону салат и уставилась завороженным взглядом на Сидора. – Впрочем, как и все песни на стихи Резника.
Заказчики освистали этот номер и даже потребовали у Кары вернуть им деньги, но к их столику подошел администратор с планшетом и что-то стал им показывать.
– Ладно, принимается! – согласился заказчик. – Водки нам еще принеси!
– Женечка, как ты думаешь, что он им показал? – спросила супруга Александра Евгеньевна.
– Понятия не имею, – развел тот руками.
– Наверное, нашел в интернете доказательства, что у Пугачевой есть такая песня, например, ее клип, – предположила я.
Заказы закончились, и Караваев вернулся к своему репертуару. Мне вдруг пришла в голову мысль, что за деньги он мог дать любые показания, например, изменить приметы злоумышленника. Конечно, я собиралась с ним поговорить, но не здесь и не сейчас.
Когда нам принесли счет, Евгений Александрович сказал, что оплатит его целиком, я не стала возражать и в качестве ответного шага предложила подвезти супругов до отеля.
– Вот это очень кстати, – заметила Александра Евгеньевна, – если бы вы, Татьяна, не были на машине, нам пришлось бы ловить такси. А где вы ее оставили?
– В двух кварталах отсюда. Ближе просто не подъедешь – пешеходная зона.
– Ничего, прогуляемся. – Евгений Александрович сначала помог жене встать из-за стола, потом мне.
Глава 3
На следующий день, после завтрака, я стала пересматривать документы, которые предоставил мне вчера Тимофеев. Ощущение, что многие, если не все, страховые случаи как-то связаны между собой. Я пыталась понять, как именно, поэтому по пятому, а то и по шестому разу стала изучать одни и те же документы. Полисы оформляли разные агенты, а вот осмотр автомобилей перед страхованием производили два сотрудника «Астра-Юг», попеременно – Татьяна Левчук и Виктор Шутов. Они же выезжали на страховые случаи. Иногда совпадало, что один и тот же представитель страховой компании осматривал и фотографировал автомобиль перед оформлением полиса и после страхового случая, а иногда не совпадало. Я позвонила Дмитрию Вадимовичу и после взаимных приветствий спросила:
– Скажите, это нормально, чтобы один и тот же человек осматривал состояние автомобиля, в котором он принимается на страхование, и после происшествия?
– Да, эти функции возложены на отдел урегулирования убытков. У нас всего два сотрудника этим и занимаются. Я как раз сейчас готовлю информацию о них. Думаю, после обеда у меня все будет готово.
– Хорошо, созвонимся.
Поговорив со своим работодателем, я открыла на планшете карту и стала разрабатывать «туристический» маршрут на сегодняшний день. Сначала я решила съездить в соседний поселок, но вовсе не для того, чтобы посетить его главную достопримечательность – дом-музей известного писателя. На окраине этого поселка когда-то росло большое и, наверное, красивое дерево. Росло оно себе росло, давало тень, снабжало кислородом, а потом состарилось, прогнило и имело неосторожность рухнуть на машину и не просто на машину, а на «Киа Кварис» с панорамной крышей, застрахованную в «Астра-Юг». Крыша – всмятку, лобовое стекло – в паутину мелких кусочков, досталось также капоту и правой фаре. Хорошо, что в машине в тот момент, когда упало дерево, никого не оказалось. Водитель и его спутница находились на некотором расстоянии от «Киа», когда прямо у них на глазах от сильного порыва ветра треснула самая большая ветка и повалилась вниз. Счастливчики! Если бы они шли чуть быстрее, то тот день мог оказаться последним в их жизни.
Со вчерашнего дня мне не давало покоя то обстоятельство, что Андрей Голик поставил свой автомобиль именно под гнилое дерево. Я перечитала показания свидетеля. Сергей Анисимов, местный житель, видевший из окна, как все произошло, утверждал, что эта старая айва со стороны дороги выглядела крепкой, но она еще в прошлом году треснула пополам и могла рухнуть в любой момент. Почему же ее не спилили или хотя бы не повесили табличку, что под ней находиться опасно? Так или иначе, но этот случай был признан страховым, и после независимой экспертизы определена сумма ущерба, которая составила ни много ни мало, а почти пятьсот двадцать пять тысяч рублей. Взглянув на калькуляцию, я подумала, что в ней закралась какая-то ошибка. Замена панорамного стекла вместе с механизмом, открывающим и закрывающим шторки, оценивалась примерно в двести тысяч, а одной фары – около пятиста. Даже лобовое стекло для этой модели стоило дешевле на несколько десятков тысяч, чем фара. На всякий случай я посмотрела в интернете, сколько стоит замена такой фары, и поняла, что никакой ошибки нет, она на самом деле почему-то такая дорогая.
Вскоре я уже неслась по серпантину из Черноморска в соседний поселок. Какие-то двадцать километров, и я была у цели. Навигатор безошибочно привел меня к дому свидетеля. Он стоял особняком на краю поселка. Правда, того злополучного дерева уже не было, от него остался только пенек.
– Ищите кого? – спросил меня уже немолодой, но достаточно крепкий мужчина, стоявший на крыльце.
– Да, мне нужен Анисимов Сергей Петрович.
– Опоздали. Он ушел.
– Давно?
– Уже месяц как, – с каким-то трагизмом произнес мой собеседник.
– Он что, пропал? – уточнила я.
– В рейс Сергей ушел, на сухогрузе. Мой сын моряк, – пояснил местный житель. – А вы что подумали?
– Я так и подумала, что моряк. А когда он вернется из рейса?
– Не скоро, месяца через два. А вы почему им интересуетесь?
– Сергей был свидетелем одного происшествия. Я хотела уточнить у него детали.
– Это вы о дереве, которое на машину упало? – догадался мой собеседник.
– Да, – кивнула я. – А вы сами не видели, как все произошло?
– Нет, я на пасеке был. Когда вернулся, все уже случилось.
– Дерево действительно было гнилое?
– Как вам сказать? Айва, конечно, была старая, уже даже и не цвела, да еще и дупло в ней было. Но таких деревьев у нас тут полно, особенно на Нининой горе. Никогда не знаешь, какое выдержит стихию, а какое рухнет. Все зависит от направления и силы ветра. Это чистая физика. Иногда, знаете ли, и более молодые и с виду крепкие деревья с корнем вырывает, а сушняк стоит себе и ему ничего. Я всю жизнь в этих краях живу, поэтому знаю, что под деревьями лучше не прятаться ни в дождь, ни в ураган и тем более в грозу. А тогда как раз была сухая гроза. Но это же молодежь была, откуда им было знать, что там, под айвой, машину ставить опасно?
Я согласилась, но сворачивать разговор не спешила. Мне показалось странным, что Анисимов-старший, даже не поинтересовавшись, кто я такая и почему меня интересует то происшествие, стал слишком уж напористо в чем-то убеждать. В чем именно, я пока не поняла.