Страница 10 из 12
– В городах коммунальные службы следят за состоянием деревьев, ветхие, например, спиливают, а здесь кто-нибудь следит за этим? – спросила я, сознательно затягивая разговор. Вдруг удастся что-то нащупать…
– Милая барышня, здесь заповедник! По нему сам Короленко гулял! Кто ж вам позволит тут деревья вырубать?
– Я не говорю обо всем заповеднике, а только о тех деревьях, которые представляют угрозу – гнилые, сухие…
– Я же вам объяснял, беда может прийти от любого дерева. Знаете, если в ураган шишки пицундской сосны повалятся, тоже мало не покажется. Я раз в такую переделку попадал. Весь в синяках домой вернулся. А той парочке и вовсе повезло – у них ни царапины. Подумаешь, машину помяло! Она у них, кажется, была застрахована.
– А вы откуда знаете, что застрахована?
– Так сюда приезжал представитель какой-то страховой фирмы, с сыном разговаривал, расспрашивал его, как все было, но я не вникал. Оно мне надо? А вы, простите, сама-то кем будете? Почему той историей интересуетесь?
– Я – журналистка, пишу статью о коварной силе природы.
– Журналистка, значит. – Мой собеседник усмехнулся уголками рта, будто не поверил мне. – Вы правильно сказали, природа коварна. Ее любить и понимать надо. Я так скажу, той парочке это знак был, предупреждение, что что-то в этой жизни они делают не так и, если не изменят свое поведение, то в следующий раз дерево не рядом упадет, а прямо им на голову. Я после тех шишек многое в своей жизни пересмотрел…
– Интересная у вас философия, – заметила я.
– А вы со мной не согласны?
– Не знаю, надо все осмыслить. Но в любом случае я благодарна вам за интересное общение.
– Медку купить не желаете?
– Нет, спасибо.
– Как знаете. – Анисимов-старший зашел в дом.
Вроде бы говорил он красиво и правильно, но что-то мне в его речах не понравилось. То ли тон был слишком назидательный, то ли он попросту водил меня за нос. На всякий случай я решила пообщаться с кем-то еще из местных жителей, поэтому поехала в сторону поселка. Метрах в двухстах от дома Анисимовых мальчишки играли в футбол. Притормозив около них, я опустила боковое стекло и обратилась к ним:
– Ребята! Тут неподалеку машину деревом придавило. Вы что-нибудь об этом слышали?
Пацаны перестали гонять свой мячик и, не сговариваясь, посмотрели на вратаря.
– Вон, Сашкин батя все видел, – сказал самый высокий мальчишка.
– Видел, и что? – недовольно буркнул Анисимов-младший.
– В тот день такой ветрище был! У нас с крыши аж черепицу поотрывало, – поделился со мной мальчишка, что стоял к машине ближе других. – А как дерево упало, я не видел, а то заснял бы на мобильник.
– Я домой. – Вратарь ударил по мячу и побежал к своему дому.
Его реакция на разговор о происшествии с деревом и машиной показалась мне неадекватной. Дети редко умеют скрывать свои истинные чувства. Саша то ли не хотел врать, то ли испытывал чувство вины, поэтому и ушел от разговора, точнее, даже сбежал, чем сильно удивил не только меня, но и своих приятелей.
– Что это с ним? – спросила я, чтобы услышать мнение пацанвы.
Но ребята молчали, переглядываясь друг с другом. Один самый маленький мальчик, наверное, еще дошкольник, сказал:
– А мой папа говорит, что та айва сама не могла упасть.
– Конечно, сама не могла, – усмехнулся мальчишка постарше, – это ветер ее свалил!
Я закрыла окно и поехала дальше. По дороге я останавливалась всякий раз, когда видела местных жителей, и пыталась выяснить, что они знают о происшествии с деревом. Мне охотно рассказывали о том случае, который, как мне показалось, был самым значимым событием этого поселка как минимум за последние полгода. И все эти рассказы объединяло одно – они были не из первых уст. Все, как один, ссылались на отца и сына Анисимовых. У меня даже создалось такое впечатление, что те специально ходили по поселку и информировали местных жителей о том, как все было. И люди, надо сказать, верили в то, что говорили, будто все видели своими собственными глазами.
– Итак, дерево было гнилое? – спрашивала я почти каждого.
– Да, Серега говорил, что так оно и есть. Оно еще в прошлом году пополам треснуло, а все потому, что в нем дупло было. Айва изнутри прогнила.
– А вы сами это видели?
– Да я там раз в год бываю, а то и реже. Это отдыхающие мимо ходят, к морю. А мне там что делать? – развел руками дедушка, встретившийся мне у продуктового ларька.
Его ответы на мои вопросы ничем не отличались от того, что говорили его земляки. Я не стала больше тратить здесь время и поехала к следующему пункту моего «туристического маршрута».
Проехав мимо поворота на каскадные водопады, я отмотала по трассе еще пару километров и свернула на грунтовку, ведущую в небольшую деревеньку. Чуть больше месяца назад недалеко от нее произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором сильно пострадала «Ауди», застрахованная в компании «Астра-Юг». В тот майский день шел дождь со снегом, о чем имелась справка из краевого гидрометцентра. Да я и без этой справки помнила, какие метаморфозы выдавала погода этой весной на европейской части нашей страны. На севере люди купались в фонтанах, изнывая едва ли не от африканской жары, а на юге в мае лепили снеговиков. Разумеется, местные автовладельцы даже и не думали менять летние шины на зимние. Да и есть ли у них вообще зимние шины, если в этих краях температура редко опускается ниже нуля?
Похоже, у Михаила Зенина была острая необходимость отправиться в эту дыру в такую-то мерзкую погоду! На повороте его седан занесло, и авто, протаранив оградительные столбики, свалилось в кювет. Водителю несказанно повезло, он отделался лишь небольшими царапинами. Выбраться из машины, лежавшей на правом боку, ему помогли люди, проезжавшие мимо. И куда это всех тогда понесло в такую непогоду? Водитель «Ауди» написал в объяснении, что ехал навестить своего родственника, вспомнила я. А вот о том, как попала сюда «Лада Приора» с пензенскими номерами, водитель и пассажиры которой стали свидетелями ДТП, история умалчивает.
Около часа я простояла на месте того происшествия с планшетом в руках, пытаясь по фотографиям восстановить картину произошедшего. За это время мимо меня не проехала ни одна машина, и это притом, что погода сегодня была замечательная! Солнце то и дело скрывалось за облаками, поэтому было не слишком жарко. А тогда шел дождь со снегом, а движение на этой дороге по местным меркам было оживленным.
Мне всегда казалось, что я обладаю неплохим пространственным воображением, но теперь я в этом засомневалась. Не могла я уложить схему ДТП на эту местность, и все тут! Вроде бы фотографии перевернутой машины были сделаны в этом кювете, о чем свидетельствовала линия электропередачи на заднем плане одних снимков и полосатые столбики у дороги – на других. Вот именно эти столбики мне и не давали покоя. Почему они не защитили машину от падения? Допустим, была очень большая скорость, хотя трасологическая экспертиза показала, что машина перед падением двигалась со скоростью 50 километров в час, и это нормально для тех погодных условий. Но почему сбито только три столбика? Не мог почти пятиметровый седан уместиться в такой узкий проем! Он же не под прямым углом вылетел в кювет, а скорее всего по касательной.
Я увеличила фотографию на планшете, пытаясь поближе рассмотреть полосатые столбики. У меня создалось впечатление, что на них даже краска не облезла, будто кто-то очень аккуратно выдернул их из земли, чтобы они не мешали проезду. К сожалению, на фотографиях, сделанных представителем страховой компании, все следы от падающего автомобиля были уже размыты дождем. Возможно, гаишники прибыли на место того ДТП раньше, и они успели сделать нужные замеры, по которым и была сделана трасологическая экспертиза.
Так и не поняв, каким образом «Ауди» оказалась в кювете, я поднялась на дорогу, села в машину и поехала в деревню. На улицах не было ни души, казалось, что там все вымерли. Постучавшись в несколько домов, я не услышала ни одного отклика и уже отчаялась найти хоть одного живого человека, как вдруг позади меня раздалось: