Страница 31 из 32
- Я прочитал трактат о человеческом строении.
Сразу вспомнилась та пачка листов, оставшаяся в кресле после его последнего визита. Я ее потом пролистала, но все записи были на змеином, правда имелись "интересные" картинки.
- Людям нельзя перенагреваться, - продолжал Кахир свою речь, - охлаждаться и вы можете умереть от заражения крови, уколовшись об простой гвоздь. Как вы вообще решаетесь из дома выйти?!
Я не смогла сдержать смеха, глядя на его искреннее негодование и затряслась вместе с горой одеял:
- Ох, простите... да это все так. Но, наверно, поэтому мы сильнее ценим каждый прожитый день. И радуемся жизни вокруг: природе, животным, цветам. - я уже мягко улыбалась. - Закатам и рассветам. Всему, как бы недолговечно оно не было, включая нас самих.
Король подставил руку под подбородок и немного обдумал мои слова, впрочем, не поделившись вслух своими мыслями и продолжил:
- Севил, Льен и Профессор передают вам, цитирую " множественные приветы и пожелания выздоровления, несмотря на угрюмого, вы поняли кого, рядом".
Я тихонько хихикнула, представив их дорогие лица в этот момент.
- Я с трудом отговорил их от приезда сюда. - вздохнул его Величество. - Только этого не хватало.
- Мне очень жаль, что я заставила всех волноваться. Я не хотела, чтобы так вышло!
- Мда... - прокомментировал мои извинения Кахир, но добавил. - Также, Профессор просил вам передать, что он в восторге от ваших записей и надеется в дальнейшем выпустить их в виде учебника.
- Правда? - я дернулась, удивляясь, насколько мне позволила это сделать завернутая поза. - Я так рада, что все пригодилось.
Его Величество покачал головой:
- Это еще не все. Профессор не простит не себя, не меня, если не предложит вам пройти удаленное обучение в Университете или хотя бы посетить несколько курсов лекций.
Мне потребовалось пару минут, чтобы понять, осознать, оценить.
- И... вы меня отпустите? - спросила я с сомнением.
- Разве я могу лишить родину столь выдающегося научного таланта! - сказал король немного едко, но потом добавил уже мягче. - В силу того, что произошло ранее, можно было бы попробовать позволить вам взлететь вместе с Серебряным. Так как не остается сомнений в вашей связи. В этом случае, посещение лекций не будет проблематичным.
Моему удивлению не было предела. Даже в самых диких мечтах...
- Что? Вы плачете? - всполошился король, вставая.
Но я улыбнулась:
- Да, то есть, нет. Просто мазь очень жжет. Позовите, пожалуйста, Виту. Я не могу больше терпеть. Это пытка!
- О, Гелико! - засмеялся Кахир с облегчением и пошел звать горничную мне на помощь.
А я все повторяла про себя: взлететь, взлететь...
26.
Еще целый месяц меня не признавали полностью поправившейся, несмотря на мои страстные уверения в обратном. Но этот месяц проходил довольно интересно за счет начавшейся переписки сразу с несколькими тихками.
Мне неожиданно написала Миела и я была этому очень рада. Как рассказала девушка, ее родители были буквально раздавлены случившимся с обоими их детьми. А точнее, полным крушением честолюбивых планов. Но самой Миеле это развязало руки и ее последние письма я уже получала с различных адресов небольших постоялых дворов, где она оставалась на ночевки во время своего путешествия. Я с радостью представляла Миелу, быстро скачущей на кнарке, с волосами, которые больше не было необходимости укладывать, не залитую духами, а свободную и с немного дикой, яркой улыбкой на лице. Может она даже что-то кричала в этот момент, буйное, восторженное.
Льену же я написала сама, не особо надеясь на ответ. Но письмо пришло довольно быстро. И оно изобиловало восклицательными знаками и многочисленными "ха-ха-ха". Интересно, чего стоило шустрому мальчишке сесть за стол и усердно орудовать пером, стараясь не наставить пятен. Пусть, ему полезно.
Также, мы стали поддерживать переписку с Профессором. Его письма всегда были очень добрыми, ироничными и мудрыми. Он советовал мне определенные книги для продолжения самообразования и пересылал все новые вопросы, касающиеся человеческой культуры. Это было немного забавно и интересно анализировать человеческие привычки и обычаи. Но я всегда старалась объяснить именно причины, чтобы смогла сложиться полная картина.
Все же держать меня в условном заточении дальше было нельзя и я, наконец, вырвалась на свободу. Точнее в сады, грядки, леса и везде, куда могла залезть.
Про обещание полета я не забыла и король тоже. Поэтому одним утром я старательнее обычного заплетала косу, стоя перед зеркалом.
На щеках играл немного лихорадочный румянец, а глаза блестели, словно мыльные пузыри на солнце. Я сурово сказала себе, что надо держать себя в руках и отправилась к конюшням.
Все лекции и предупреждения мне уже были озвучены, ноги закреплены специальными ремнями, предназначенными для удержания меня в случае падения. Серебряный красивыми движениями разминал большие просвечивающие крылья. Снизу суетился главный конюх и Бъен, давая последние наставления.
А у меня внутри была какая-то тишина и спокойствие. Я ощущала, как бьется мое сердце, ровно, ритмично и как бьется сердце дракона. Все было правильно в эту минуту.
Короля рядом не было, но я была уверена, что он наблюдает с террасы.
Все разбежались. Я погладила Серебряного по шее и улыбнулась:
- Ну что, попробуем?
Зверь сделал несколько быстрых шагов вперед, потом, совершил плавный прыжок и сильно хлопнул крыльями.
Вших... вших...
Меня обдало потоками воздуха. Я крепко вцепилась в переднюю луку седла. В желудке стало так щекотно.
Мы поднимались, действительно поднимались... все выше.
Признаюсь, было страшно, когда вокруг оказался только воздух, но я вернулась к ощущениям кнарка под своими ногами и мне стало спокойнее.
Я не в воздухе. Я просто верхом на моем Серебряном.
А потом дракон полетел. Я открыла широко глаза, хотя она слезились от ветра и почти боялась дышать. С чем сравнить это чувство? С ликованием, с восторгом, с ужасом и радостью одновременно?
Нет, теперь это чувство называлось "полет". И я знаю, знаю егоооо...
Мы сделали медленный круг вокруг замка и неожиданно зависли. Я очнулась. Серебряный кнарк маша крыльями, слегка повернул ко мне голову и блеснул фиолетовым глазом. Я вначале не поняла, думала, что он проверяет как я, но потом, вдруг, мне стал ясен его вопрос... его предложение.
Я прикрыла глаза и сделала несколько вдохов и выдохов.
- Спасибо тебе... - заговорила я негромко, - спасибо... но я не могу... давай возвращаться.
Дракон смешливо фыркнул и пошел вниз.
Все то время, что мы с Серебряным были наверху, Кахир действительно стоял на террасе, обхватив побелевшими пальцами парапет. Его глаза не отрывались от неба и от черного силуэта. А хвост яростно был по плиткам на полу. Сильнее, еще сильнее! Полетела каменная крошка от треснувших и разлетающихся на куски плит.
Улетает, она просто улетает. Вот именно сейчас.
Брови на золотом лице собрались в жесткую складку, а верхняя губа поползла вверх, превращаю улыбку в оскал.
- Не позволю... не допущууу...
Ставший злым и глухим голос заменился практически шипением. Мужчина не ощущал, как задрожали мышцы в жутком напряжении.
Вот кнарк начал снижаться, ярко блестя чешуей на солнце и, наконец, коснулся земли. К ним сразу подбежали фигурки, послышались возгласы, смех. Король развернулся и быстрым шагом удалился в свой кабинет.
Меня отвязали от седла и помогли слезть, потому что ноги меня не слушались. Но я только смеялась и обнимала Серебряного за шею, повисая на нем кулечком.