Страница 40 из 43
Таблетки были чудесные. Я спала как сурок и вообще ничего не чувствовала. Мозг соображал, пусть не так хорошо как раньше, но уже что-то. Жизнь входила в раздолбанную колею. Я даже на работу вышла.
В первое же рабочее утро позвонил Антон и непререкаемым тоном велел ехать в промзону, потому что юридически нужно было весь бизнес на меня переоформлять.
- Мы же договорились, что вы продаете все, а деньги сестре. – Тупо глядя в экран ноутбука в своем офисе, напомнила я.
- Насть, а как можно продать бизнес, который не переоформлен? – несколько раздраженно отозвался он. – Здесь столько бумаг надо подписать, давай приезжай. Я и так все что можно было без твоего участия сделать, сделал.
Ехать не хотелось. Но пришлось. Прежде я внутри его офиса, расположенного там же, в промзоне не была. Ничего удивительного в дороговизне и шике обстановки. Зимин хмуро мне кивнул, не отрывая взгляда от монитора. Антон придвинул к столу шикарное офисное кресло, со вздохом посмотрев на тонну бумаг разложенную по широкому дубовому столу аккуратными стопками.
Вся бодяга с документами затянулась на три дня, потому что бюрократия у нас в стране главенствовала. Я подписывала и читала кучу договоров, потом Антон их развозил по городу собирая согласие партнеров и подтверждение организаций. Зимин злясь и чертыхаясь засиживался до поздней ночи подгоняя бухгалтерию.
Впрочем, мне было неожиданно комфортно приезжать сюда и корпеть над документацией в их компании. И немного страшно от того, что все это скоро кончится.
- Тишина мертвая… - Лежа на диване и сжимая пальцами виски, негромко произнес Антон, пока я вяло дергала рукой на местах для подписи уже не вчитываясь в строки. - Думал, будет ажиотаж, или хотя бы стервятники прибегут. Нихера. Может еще цену снизить?
- Да куда уже дальше-то! И так за бесценок, считай, продается. – Раздраженно повел плечом Зимин, листая толстую папку. – Блять, никак не могу найти по сальдо… Что, прямо вообще никто не хочет покупать?
- Ты бы захотел? – мрачно спросил Антон, поворачивая к нему голову. - Владелец убит. Кем непонятно. Никто нарыть вообще ничего не может. И логики нет. Если из-за бизнеса стреляли, то почему сейчас никто не покупает? Цена-то смешная, лишь бы купили.
- Здесь как раз есть логика. Кто купит, на того следаки и начнут рыть. – Негромко возразил Слава, захлопывая папку и взяв другую. – Кто ж так подставляться будет? У всех, кто заинтересован в его бизнесе, рыльце в пушку. Леха всем им пизды давал, когда они нагнуть его пробовали. Так что следакам будет за что зацепиться.
- Пиздец. Если все так и будут ждать когда буря утихнет, то весь его бизнес развалится, как нехуй делать. Я уже за эти дни восемьсот тысяч убытка насчитал. Техника вся стоит, дебилы его разбежались, пользуясь тем, что из пятнадцати только двое официально работают. Да и те попрятались. Как, блять, и что там делать, непонятно. Фуры простаивают. С Москвы Серегу всю утро долбило их начальство. Они там вообще, по ходу, отбитые… Он говорит, что руководителя убили, коллектив не работает, а они ему: это плохо конечно, но у нас там машины стоят.
- Ты оплатил неустойку? – беспокойно посмотрел на него Слава.
- Само собой. – Досадливо ответил Антон и кивнув в длинный ряд офисных шкафов забитых сверху донизу разноцветными папками, ожесточенно произнес,– но ты на стеллажи посмотри. Видишь сколько там еще будущей неустойки стоит? Надо все продавать хоть кому-нибудь, иначе мы еще должны останемся.
- Почему не найти других рабочих? Вместо тех, что сбежали? – негромко спросила я, подписывая документы на автомате.
- Потому что обучать их некому, Насть. Леха каждую трубу, которую ты там видела, ее положение и назначение знал. Он сам проектировал с нуля. Сам обучал этих идиотов. А их нет, чтобы натаскать новый коллектив. Мы с каждым часом идем в минус. Насть ну не плачь…
- Да он даже после смерти мне свинью подложил! – С пугающей злостью меня саму злостью, я ударила кулаком по столешнице, сломав перьевую ручку. - Я вообще ничего не понимаю, что здесь делать! – истерично скинула бумаги со стола, утирая яростные слезы. – Никто не понимает! Все рушится! Все, что он делал, рушится! А я ничего не могу с этим поделать!
Мужики напряженно замолчали. Антон, набрав воды из кулера, подал мне стаканчик и с сочувствием глядя мне в глаза, негромко сказал:
- Мы все решим… я найду кого-нибудь… Слышишь? Обязательно найду…
- Помнишь немца? – нахмурившись, посмотрел на Антона Зимин. – Тот, что всю документацию шерстил, прежде чем с Лехой сотрудничать?
- Миллер? – недоуменно спросил Антон, повернув к нему голову. – Помню. А что?
- Когда контракт истек, он Леху в ресторан позвал отметить удачное партнёрство. Тогда обмолвился, что если Леха надумает свое дело продавать, он без раздумий у него бизнес выкупит. Леха тогда еще поржал, что мол… - Зимин бросил на меня быстрый взгляд, - скорее сдохнет, чем продаст кому-то.
Я горько улыбнулась, глядя себе в колени, и сжимая опустошенный мной стаканчик.
- Так Миллер в Эмираты переехал… - Растерянно ответил Антон.
- Откуда знаешь? – приподнял бровь Зимин.
- Я с его женой.... Э-э-э-э… общался. Пока они не уехали.
- Ну ты и жук. – Невесело рассмеялся Зимин, покачав головой. – Надо найти его контакты. Вдруг прокатит. Свяжись с его женой…
Дома я вспомнила что за два дня не притронулась к препаратам, и решила этим воспользоваться. Когда я допивала вторую бутылку вина мне пришла смс от Зимина, что Миллер согласен. И завтра с утра мне нужно приехать в офис, чтобы подписать документы уже на продажу. Я непонятно почему разревелась и вскрыла третью бутылку.
Утром я снова подписывала тонну бумаг. Сначала был кофе с коньяком. Совсем немного, ведь я снова села на препараты, промучившись с кошмарами всю ночь.
Однако осознание того, что все скоро кончится, заставило лить коньяка больше, чем кофе, в конце концов полностью его вытеснив из кружки.
Плюнув на то, что только десять утра, Зимин ко мне присоединился. Где-то через час пришел Антон, неодобрительно на нас посмотрел, но промолчал. Мы с Зиминым курили на диване в открытое окно, а Антон бегал от компа к факсу и обратно, не переставая разговаривать по телефону с покупателем. Один раз наорал на Зимина за то, что тот своим опьяненным мозгом не сразу выдал требуемую Антону информацию.
- Пошел ты… - раздраженно сказал ему Славка. – У меня друга застрелил
- У меня, между прочим, тоже. – Тяжело посмотрел на него Антон, и продолжил разговаривать по телефону.
Алкоголь и нейролептик действовали чудесно. Я почти ничего не чувствовала и ни о чем не думала в тоже время И почему их запрещают сочетать?..
Наверное потому, что я вообще не помнила, что было дальше после офиса. День и ночь просто выпали из моей жизни. Очнулась я утром в постели Антона. И прочему-то испуганно откинула одеяло. В одежде. Как будто отпустило. Как будто кто-то мог меня осудить, если бы я переспала с Антоном. Кто-то с сапфировыми глазами…