Страница 14 из 43
Вышла женщина в белом халате и вежливо попросила меня отогнать машину от приемного покоя на стоянку. Кивнув, я подчинилась. Припарковав машину сразу на два места, ибо сообразить как сделать парковку на одно я не могла, вышла из автомобиля. Рядом, выпучив на меня глаза, сидел дедок в волге и дымил сигаретой. Я попросила у него. Он мне подкурил, изумленно рассматривая меня, но благо спрашивать ничего не стал и закрыл окно.
Пальцы дрожали так сильно, что я не могла сделать затяжку.
Присев на корточки, и держа двумя руками крепкую сигарету, я зажала коленями свои локти, и, придав рукам более-менее устойчивое положение, затянулась. Докурив, я пошатываясь вернулась к приемному покою. Зайдя внутрь, я обнаружила идущего мне навстречу Антона. При виде мрачного выражения его лица, меня мелко затрясло. Из-за его плеча внезапно вынырнула Сашка. По ее лицу вообще ничего нельзя было прочесть. Профессионал.
Она взяла меня под руку и отвела в туалет для сотрудников. Помогла умыться, отмыть руки и где возможно оттереть куртку. Протянула пару таблеток, сказав, что это успокоительные.
- Что… там?.. – Наконец спросила я, приваливаясь спиной к стене и закрывая глаза.
- Геморрагический шок второй стадии и … - в ответ на мое перекосившееся лицо, Сашка, вздохнув, пояснила. – Он крови много потерял. Крупная артерия порвана. Кость нехорошо задета. Пуля навылет прошла. Прогноз пока сомнительный. Его еще оперируют.
Его оперировали еще два часа. За это время приехали полицейские и опросили меня. Антон велел молчать о том, что нас привез он и я молчала. Рассказала, как было и соврала, что привезла Лешку сама. Полицейские скучающе на меня посмотрели, взяли мои контакты и удалились.
Мне казалось, что во всей этой истории я упускаю что-то очень важное. Но что именно, я сообразить никак не могла, уж слишком хорошие таблетки мне дала Сашка. Эмоций не было вообще. Как и мыслей.
Лешку перевели в реанимацию. Саша сказала, что его состояние для такой ситуации достаточно хорошее, и я наконец поняла, что смертельно устала. Антон вызвался отвезти меня домой. Когда мы вышли из больницы и направились к Лешкиному Тахо, у меня началась истерика, несмотря на таблетки. Я наотрез отказывалась даже смотреть на его машину, не то чтобы в ней ехать. Антон вызвал такси и мы поехали к моему офису за машиной Антона.
Как только я упала в салон бмв меня вырубило. Как будто сознание потеряла. Хорошо, что снов не было.
Очнулась я далеко за полдень. Долгие минуты до меня доходило положение вещей.
Квартира не моя. Спальня в темных тонах с дизайнерским ремонтом. Я лежу на двуспальной кровати в блузке и джинсах, заботливо укрытая пледом. На прикроватной тумбочке моя сумка и телефон. Наручные часы показывали половину второго. Я подошла к окну, закрытому тяжелыми портьерами, и выглянув, район тоже не узнала.
- Привет. – Усталый голос Антона, я обернулась и увидела его облокотившегося спиной о косяк двери. – Я вчера не смог тебя разбудить. Твою квартиру не знаю, поэтому отвез к себе.
Я тупо кивнула и вопросительно на него посмотрела.
- Нормально. Сегодня уже пришел в себя. Из реанимации пока не перевели. – Верно расценив мой взгляд тихо сказал Антон.
Мы молча пили кофе на кухне. Я, плюнув на все приличия, забравшись с ногами на высокий стул, бессмысленно пялилась в одну точку, желая чтобы все это оказалось сном. Гул в ушах нарастал, вместе с тревогой, тяжелым набатом отдающимся в сердце. Я болезненно поморщившись, потерла виски.
- Дать анальгин? – Сочувственно глядя на меня спросил Антон.
- Есть что посильнее? – помедлив, спросила я. – Что-нибудь типа Сашкиных успокоительных. Чтобы вообще эмоциональный фон вырубило к чертовой матери.
- Таких нет. – Грустно улыбнулся Антон.
Я с нажимом на него посмотрела, намекая на то, что я имею в виду. Мне сейчас остро нужно что-то типа транквилизатора, иначе башку разорвет к чертям. Настолько нужно, что я даже согласна прибегнуть к запрещенному препарату. С одного раза ничего не будет.
Антон чуть скривил губы, прекрасно понимая, что я имею в виду.
- Кто растрепал? Сашка?
Я, помедлив кивнула, непонятно зачем покрывая Богданова. Не удивительно, соображала я туговато.
- Нет, Насть. А если и было, я бы не дал. Я этим не горжусь. И уж тем более никому не советую.
Я горестно покачала головой и согласилась на анальгин. Антон отвез меня домой, где я снова вырубилась. На следующий день позвонила Сашке, она сказала, что все с Богдановым нормально и к понедельнику его переведут в общую палату.
Новостные паблики города и программы по телевизору молчали о произошедшем. Хотя я рылась довольно тщательно. В понедельник мне позвонили из центрального отдела полиции и вызвали на дачу свидетельских показаний на завтра.
Под ложечкой нехорошо засосало. Телефон Антона оказался выключен.
Офис был пуст. На моем столе лежала идеальная бухгалтерия, где теперь все сходилось. Даже в чистой. На заявлении об увольнении по собственному желанию от Толика, внизу карандашем было приписано, что всю сумму он вернет к среде.
Звонить Виктору не хотелось. Работать не хотелось. И я молилась, чтобы никто не пришел сегодня. Небеса впервые за долгое время меня услышали и клиентов сегодня не было.
После работы поехала в больницу, спросив у Сашки, что Лешке можно купить. Есть он мог все, и заехав в магазин, я собрала нехитрую передачку.
Часы приема пациентов давно закончились. Но Сашка, выдав мне белый халат, провела в отделение и наказав долго не задерживаться, удалилась в ординаторскую.
Лешка лежал в одноместной палате с нехилыми для городской больницы удобствами. Тут тебе и телевизор, и холодильник, и добротный стол, и отдельный туалет с душем. Да и ремонт в целом не плохой.
Богданов аж банан уронил при моем появлении. И тут же ехидно оскалился, утвердив меня во мнении, что зря я проявила человеческое сочувствие к этому бесу. Выглядел он не плохо. Был по прежнему бледен, но уже не походил на живой труп. Лицо осунувшееся, с темными кругами под глазами. Рука с плечом туго фиксированы медицинским бандажом.
В джинсовых шортах и простой черной футболке он выглядел как-то неожиданно моложе и… по домашнему, что ли. Непривычно.
- Привет, детка! – протянул он, перекладывая с коленей на стол включенный ноутбук. – Не ожидал, не ожидал.
Я, скривившись, прошла к столу и бухнула пакет на лакированную поверхность. Какие-то папки, стопки документов, четыре телефона разом подпрыгнули. Лешка пнул ко мне стул и удобнее сел на кровати скрестив ноги. Правда двигался он осторожно, заметно оберегая левую руку и плечо от движений Насмешливо покосился на пакет.
- Не отравлено?