Страница 17 из 54
Никогда раньше я не слышала о Крис ничего подобного. Все наперебой твердили, какая она милая, красивая, умная, талантливая и просто замечательная. Её обожали как ученики, так и учителя, и даже на вечеринках Клуба Слизней надменные аристократы робко краснели при её появлении. В отличие от меня, она вела себя там легко, раскованно и непринуждённо, купаясь в лучах всеобщего внимания. Казалось, нет таких людей, которые не могли не любить её очаровательной улыбки.
- Всё в ней липа, - оборвала мои мысли Бэддок. – Зря он ведётся, она недостойна его.
«Возможно, Фиби просто завидует», - подумала я. Но ведь она метаморф и может принять внешность какой угодно раскрасавицы. Мысли мои медленно утекли в сторону того, чего бы я изменила в себе, будь у меня такие способности. Но Бэддок редко пользовалась своим даром, предпочитая всегда оставаться собой, а иногда и вовсе могла на спор заявиться в Большой зал с поросячьим пяточком вместо носа. Если Фиби и завидует, то никак не внешности. Успеху, очарованию или шарму? Возможно. Вот только видя, как счастливая Крис, так и льнёт к Джеймсу, чувство неприязни росло во мне вопреки всему моему восхищению перед ней. Неприязнь Фиби оставалась же для меня непонятной, во всяком случае, до вечера.
На встречу с Грюмом мы с мародёрами пришли первыми. Следом появилась Вэнс, необычайно энергичная и раздраженная, а вскоре в класс вошёл и Дирборн. Бедняге приходилось хуже всего, ведь он лично знал погибших. Не удивительно, что он был как в воду опущенный и даже не откликался на шуточки Блэка.
- Эванс, ты принесла то, что я просил? – с порога каркнул Грюм вместо приветствия.
- Да, - ответила я, доставая из сумки толстенную книгу. Теперь я, по крайней мере, знала, для чего она действительно нужна Грюму. Может в ней и вправду кроется подсказка или секрет?
Как и обещал, Аластор рассказал о нововведениях в замке. Кроме патруля из преподавателей и портретов, призванных заниматься шпионажем и доносительством (в частности, немедленно сообщать обо всех выходящих из гостиной после отбоя) замок был буквально напичкан предметами по распознаванию тёмной магии.
- Но как ему удалось выманить Клэр одну в этот треклятый коридор? – спросил Карадок, когда Грюм закончил.
- Либо она пошла добровольно, потому что доверяла этому человеку. Либо же её выманили при помощи Империуса. Против него все наши увещевания об осторожности бессильны.
- Но ведь Империусу можно противостоять? – уточнила Эммелина.
- Можно, и думаю, что на одном из занятий мы попробуем с вами научиться это делать, - ответил аврор. - Но я уверен, что у мисс Целлер таких навыков не было. Ваша же задача сейчас хорошо пораскинуть мозгами и попытаться найти хоть какие-то зацепки. Преступник кто-то из ваших знакомых.
- А если, - медленно протянул Джеймс, - если опасность идёт извне.
По-видимому, загадка таинственного убийцы не давала ему покоя, как и мне. Ещё бы! Ведь этот кто-то мало того, что убил двух девушек прямо у нас перед носом, так ещё и сознательно подставил Поттера. Зная Джеймса, я не сомневаюсь, что он вряд ли может безропотно снести нечто подобное. Найти виновного для него теперь дело чести.
- Ты думаешь, мы не предусмотрели это? – раздражённо ответил Грюм. - К твоему сведению, после убийства Энн все выходы за территорию замка охраняются. А каминная сеть заблокирована.
Быстрый взгляд Джеймса в сторону Сириуса мог означать только одно: мародёрам о выходах из замка известно гораздо больше, чем они говорят. Грюм тоже это заметил.
- Включая известные мне потайные ходы, - добавил он. - Но возможно есть какие-то ещё, которые мне неизвестны?
Пару секунд все четверо молчали.
- Возможно, и есть, - откликнулся, наконец, Блэк.
- Покажите их мне после. И не надо так на меня смотреть, я думаю, жизнь студентов стоит выше, чем пакет со сладостями из Сладкого королевства и штуковинами из Зонко.
Мародёры обречённо вздохнули, не решаясь возразить. Лицо Люпина побелело больше обычного. А ведь его меньше всех можно заподозрить в любви к вылазкам за территорию замка.
- Войти в замок можно и не по потайному входу. Даже по специальному приглашению. На вечеринке у Слизнорта было много народу из бывших выпускников, - замечает Эммелина
- А как же Клэр? Ко времени её убийства никого из посторонних в замке не было, - возразил Дирборн.
- А кто сказал, что их убийцы один и тот же человек? – фыркнула в ответ Вэнс.
Это ещё более усложняло задачу. Разгадка ускользала от нас словно дым сквозь пальцы.
- Я проверил всех приглашённых на вечеринку, - мрачно заметил Грюм. – И у всех есть алиби, как назло, те, кого можно заподозрить, крутились на виду у массы людей. К тому же, Дамблдор уверен, что убийца кто-то из учеников. Видите ли, зачастую гораздо выгоднее вручить оружие в руки прыщавого подростка, чем идти убивать самому. Подростка, который ещё не научился отличать добра от зла, которого так легко одурманить красивыми идеями. Если поймают – не беда, он ещё не имеет никакой ценности, но если этот подросток останется на свободе … Он будет уже готовым Упивающимся смертью. Рука дрожит, убивая, только первый раз. Здесь, в Хогвартсе, идёт борьба в первую очередь за ваши души, за ваши умы. Вы та сила, которая вот-вот выйдет во внешний мир. И вы не сможете остаться в стороне, вы вынуждены будете занять чью-то сторону. Как знать, возможно, исход борьбы зависит от выбора кого-то из вас.
Минуту в классе стояла полная тишина. Каждый думал о своём. В голове крутилась непрошеная мысль: все мы лишь пешки в чужой игре. «Нет, не чужой! – возразила себе я. – Эта война не может быть чужой, пока каждый рискует быть уничтожен только лишь за то, что он магл, или маглорождённый, или просто считает маглов такими же людьми, как и волшебников».
- Я слышал, твоя подружка уже поправилась, Поттер? – обратился Грюм к Джеймсу, разрушая молчание.
- Да, я и сам думал, что её внезапное отравление – только повод выманить меня с вечеринки, - ответил он хмурясь. – Она не помнит точно, ела ли она что-либо подозрительное в тот день. Мы думали, что она по ошибке проглотила что-то из экспериментальной дури Фиби…
Внезапно Джеймс побледнел, вскинув сосредоточенный взгляд на Блэка. Я почти слышала их мысленный разговор. Кусочки пазла начинали складываться. Фиби Бэддок.
- Она же…, - неуверенно начал Ремус.
Кажется, теперь все понимают током пронёсшуюся по кабинету мысль.
- Метаморф, - озвучила её вслух я.
- Эврика! – крикнул Сириус. – Да при её способностях и оборотного зелья не нужно.
- Но постойте, - вмешался Дирборн. – Эта Фиби… она же такая…
- Какая? – Сириус насмешливо поднял брови.
- Безобидная! – выпалил Карадок. – Зачем ей это? Кроме того, она, кажется, общается с парнями с вашего факультета, и один из них маглорождённый.
Это была правда. Фиби в основном проводила время с двумя гриффиндорскими хиппи, Джоном и Кеном, на курс младше нас. И Кен был маглорождённым.
- Это ещё ничего не значит, парень, - возразил ему Грюм. – Ты же не знаешь, что творится в её мозгах на самом деле. Кроме того, не исключён вариант Империуса, убийства по каким-то личным мотивам, которыми могли воспользоваться те, кто был координатором, а не исполнителем.
- Кто-нибудь в курсе, в каких она была отношениях с этими двумя хаффлпаффками? – поинтересовалась Эммелина.
- Похоже, они не общались, - ответил Карадок.
- А вот Кристен она недолюбливает, - добавила я, вспомнив наш разговор.
- Может, она недолюбливает Джеймса, раз решила его подставить, - вставила Эммелина, - или наоборот… страдает от неразделённой любви.
Поттер лукаво усмехнулся.
- Нет, прости, дружище, но этого быть не может! – хлопнул его по плечу Сириус. – Эта милая девушка не может в тебя влюбиться, когда рядом есть я.
Все, включая Джеймса, рассмеялись. Интересно, его не смущает, что его девушка спит в одной комнате с убийцей.
- Хорошо, что я научил ставить Крис защитные чары вокруг своей кровати, - ответил он на мой невысказанный вопрос. Червячок ревности вновь стал подтачивать меня изнутри. К тому же, предположение Эммелины не показалось мне таким уж абсурдным. «Зря он ведётся, она недостойна его». «Но ведь попытаться запрятать человека в Азкабан, потому что он не разделяет твои чувства – это же глупо и … дико», - пронеслось у меня в голове. Я внимательно посмотрела на Джеймса. Проживи он вместе с Кристен тысячу лет, ни разу не взглянув в мою сторону, я всё равно бы никогда не смогла пожелать ему зла.