Страница 16 из 54
- Пусть только попробуют, - сквозь зубы процедил Джеймс. Я крепко сжала его руку, почувствовав прилив благодарности.
- Надеюсь, Вы вынесли из наших занятий достаточно, чтобы избежать этого, - заметил Грюм. – Пока, насколько я знаю, никто не решался на подобное. Если Вы будете действовать разумно, в первую очередь не бродить одной по замку, то этого удастся избежать. Вспомни-ка, никто ранее не расспрашивал тебя о Келли?
- Нет. А даже если расспрашивал, что я могла сказать…
- Не спускай с неё глаз, - обратился аврор к Джеймсу. Тот поспешно кивнул. Похоже, теперь мне не отделаться от излишней опеки. О походах в Запретный лес с Хагридом и вовсе можно забыть.
- Но кто же всё-таки убил Энн и Клэр? – вырвался у меня вопрос.
Лица Дамблдора и Грюма в один миг приняли озабоченное выражение.
- К сожалению, этого мы не знаем, мисс Эванс, - произнёс директор. – Но стоит полагать, что это кто-то из учеников со старших курсов. Я уже дал распоряжение профессору МакГонагалл, отныне преподаватели будут дежурить на коридорах после отбоя. Кроме того, мистер Филч уже работает над тем, чтобы портреты висели в каждом закоулке Хогвартса, дабы ни одно подозрительное лицо не осталось незамеченным.
- Об этом мы потолкуем с вами семерыми завтра, - вмешался Грюм. – Считайте, что это ваше первое дело как будущих членов Ордена феникса. Попробуйте решить эту головоломку. А теперь марш по постелям, и смотрите, чтобы никто из преподавателей вас не замёл по пути.
Последнее, что я услышала, выходя из кабинета директора, было едкое замечание пухленькой директрисы с портрета:
- Не понимаю, Дамблдор, зачем Вы вообще ввязали её во всё это? Она же боится собственной тени!
- Никогда не судите по внешности, профессор Спора, - ответил ей тихий голос Дамблдора.
***
Спала я на удивление крепко. Бодро встав на следующее утро, я даже сразу и не заметила скорбных перешёптываний и опасливых взглядов.
- Ты уже слышала? Опять убийство! – сообщила мне Мэри, стоило мне только выйти из гостиной. Похоже, то, что труп обнаружили именно мы с Джеймсом, осталось тайной для обитателей замка.
- Да неужели? – как могла, изобразила удивление я. – И кто же это?
- Клэр Целлер. Её нашли сегодня ночью. Говорят, охрану из преподавателей усилили. Возможно, привлекут и авроров. Тебе не стоит шататься по замку одной, - тихо добавила она, доверительно заглянув мне в глаза. – Ты можешь ходить в библиотеку вместе со мной и Линдой.
Я почти умилённо взглянула на одноклассницу. Все шесть лет наша девичья компания была негласно разделена на две группы. Я и Кира, Мэри и Линда. И вот Киры не стало, и я осталась одна.
- Спасибо, Мэри, - совершенно искренне ответила я. – Вы тоже будьте осторожны.
На миг я представила, что на месте Клэр и Энни могла бы быть она или Линда. И хотя я не очень была близка к ним обеим, порой относилась к ним немного свысока, мысль о том, что наша спальня может потерять ещё одну обитательницу была поистине ужасна.
За завтраком в Большом зале было необычайно тихо, особенно за столом Хаффлпаффа. Ещё бы, за пару дней потерять сразу двух учениц!
- Я слышала, двух третьекурсниц забрали в крыло, - шепнула мне Мэри. – Нервный срыв, истерика, боятся, что будут следующие.
Я торопливо оглядела тех, кому действительно стоило бояться. Мародёры ели молча, только изредка переговариваясь. Карадок, опустив голову, ковырялся в своей овсянке. Словно почувствовав мой взгляд, он поднял глаза. На удивление, в них не было ни капли страха.
«А ведь ещё пару дней назад он утешал перепуганную до смерти Клэр!» - подумала я, отыскивая глазами Эммелину. Она сидела как всегда в компании Мальсибера и его подружки Паркинсон, гордая и невозмутимая. Словив мой взгляд, она еле заметно кивнула.
- Прошу минуточку внимания, - раздался голос директора, и все голоса в Большом зале мгновенно смолкли. – Сегодня ночью Хогвартс понёс невосполнимую потерю. Ещё вчера Кларисса Целлер сидела за завтраком за этим столом, ходила вместе с вами на занятия, жила и мечтала о будущем, не зная, что этот день станет для неё последним. Сегодня её нет с нами, и тот, кто в этом виновен, возможно, сидит здесь, за одним из школьных столов, рядом с теми, кто искренне оплакивает смерть этой милой, доброй, несчастной девушки. Я обращаюсь к нему: зло, совершённое им, ещё вернётся к нему сполна. Хогвартс не место для убийцы, он всегда принимает тех, кто просит о помощи, но и жестоко мстит тем, кто оскверняет его стены. Это не угроза. Это предупреждение. С сегодняшнего дня в школе вводятся новые правила. Патрулирование коридоров преподавателями будет усилено. Я настоятельно прошу каждого, кому дорога жизнь, отказаться от каких-либо вылазок за пределы гостиных после отбоя. Нарушители будут строго наказаны. Не стану скрывать, наступают тёмные времена. Но даже тьму можно рассеять, стоит только обратиться к свету.
Палочка директора с зажженным огоньком медленно поднялась вверх. Преподаватели, а затем и ученики последовали его примеру. Минута, и Большой зал утонул в причудливом океане света. Где-то рядом послышались всхлипы. «Считайте, что это ваше первое дело как будущих членов Ордена феникса», - вспомнились мне слова Грюма. «Больше в этом замке никто не погибнет, - мысленно пообещала себе я. – Это и моя война. Теперь это и моё дело».
========== Волк в овечьей шкуре ==========
Замок погрузился в отчаяние. Никогда ещё Хогвартс не выглядел таким печальным и притихшим. Девочки то и дело устраивали истерики, мальчики хватались за палочку при каждом мало-мальски подозрительном шорохе. Никто сейчас и не думал ходить поодиночке: передвигаться по замку предпочитали группами и по самым оживлённым коридорам, по возможности, имея в поле зрения кого-то из преподавателей. Хуже всего приходилось влюблённым парочкам. Страх гнал их из укромных и безлюдных ниш и потайных комнаток, а о тайных свиданиях после отбоя на неопределённое время и вовсе пришлось забыть. Только самые смелые (или глупые, как заметил однажды Ремус) решались выбраться на волю. Но тот час же рядом магическим образом обязательно возникал кто-то из преподавателей, и после усиленной промывки мозгов нарушители свыкались с мыслью, что нарушение этого правила – не самое лучшее решение. Впрочем, коридоры пустели ещё задолго до отбоя. Даже умники, обычно не вылезающие из библиотеки, старались укрыться не среди тишины её стеллажей, а в шумных и многолюдных гостиных. Покоя там ждать не приходилось, зато страх отступал, разогнанный шумом и смехом, карточными боями и игрой в плюй-камни, гитарными мелодиями и совместными чтениями учебников. Опасность сближала, и даже я, несмотря на свою нелюдимость, сейчас больше чем когда-либо тянулась к своим одноклассникам. Кроме того, даже за стенами гостиной теперь я никогда не была одна: около меня постоянно находился кто-то из мародёров.
- Все ещё чего доброго подумают, что мы встречаемся, - пошутил по этому поводу однажды Блэк. Именно ему чаще других выпадала роль «секьюрити для Лили». – Прости, детка, не то чтобы я был сильно против, но, боюсь, что это может негативно сказаться на моей репутации бабника.
Слухи про Сириуса и вправду ходили самые разные, передавались они в основном женскими голосами и «только по большому секрету». Что из всего этого было правдой, а что нет, сказать точно не могу. Сам Блэк относился к этому спокойно и, похоже, был только рад подобной популярности.
Иногда неподалёку мелькала и тень Джеймса, хотя и редко. Ведь Кристен выписали из Больничного крыла как раз в то утро, когда объявили о гибели Клэр.
- Джим! – впорхнула она в крепкие объятия прямо посреди коридора, перед носом у строгой и серьёзной МакГонагалл. – Я так соскучилась!
- Отвратная сцена! – послышался рядом со мной насмешливый голос. Оглянувшись, я видела около себя ту самую Фиби Бэддок, соседку Эйн, из рук которой, по предположению Джеймса, Крис получила то, чем отравилась. Фиби была метаморфом, но предпочитала иссиня чёрный цвет волос с розовыми прядями. Кроме того, у неё были поистине огромные голубые глаза, живые и быстрые, исключая тех нередких случаев, когда девушка находилась под кайфом. – Кажется, что она съесть его хочет! Если бы я знала, что мне придётся жить с этим монстром в одной спальне семь лет, я бы упросила старую годриковскую шляпу отправить меня куда угодно, только не вместе с ней.