Страница 4 из 17
-Да и девица ли она? - задался он вопросом, но в это время Анфим, почти потерявший остатки разума, краем глаза заметил Аполошку и рявкнул:
-Пошел вон!
Марфутка, добравшись до ничем неприкрытого тела сокола, оглаживала его руками, и нечасто получающий ласки от продажных девок Анфим превратился в льва. Что они вытворяли с Марфуткой, оба рычали, стонали, у Анфима как в молодости, появилось неутолимое желание, он почувствовал себя молодым жеребцом. И скакали они часа два до тех пор, пока в кабинет с воплем не ворвалась растрепанная Маланья:
-Да што это такое деется, люди?
Прода от 31.12.2017, 13:17
-Маланья?? - Анфим совсем ошалевший от податливого молодого, рыхловатого правда, тела, сурово рыкнул. - Иди отседа, не мешайся! Я пока занят!
-Да што же это... - опять начала изумленная мачеха, но он не дал ей договорить:
-А то, капельки - они до утра действовать станут, и девку сейчас только ублажать надоть, а не то ещё куда сбежит, вон, Аполошка рядом живет. Отстань, не мешай!
Марфутка, нисколько не стесняясь матери, заерзала под ним:
-Ещё хочу, пошли ты всех, не отвлекайси!
-Все!! - Анфим опять начал усиленно двигаться, а мачеха, зажав рот руками, ужасаясь срамными движениям обоих и таким непотребством, попятилась назад, да запнувшись о порог, полетела было на пол, но тут уж не оплошал распаленный видом голых тел, их возней и стонами, Аполошка.
Быстренько подхватив падающую Маланью, тут же облапил её и впился жгучим поцелуем в губы. Маланья было забрыкалась, но потом и ослабла - дело-то не старое, муж пропал вот уж четвертый год как, а тут вот он, рядышком, молодой совсем мужик, возжелавший её аж до дрожи. Единственное, что смущало её - ну не в Анфимовом же дому любиться, еле оторвавшись от его губ, глухо простонала:
-Тут нельзя, увидют!!
-Да,пошли скорея ко мне, у меня как раз никого нету!!
Маланья ранним-ранним утром, когда ещё только начинало сереть небо, непрестанно оглядываясь, торопливо, мышкой пробежала домой. Понравилося ей с молодым да горячим мужиком-то, но чуть позднее возвращаться не след - позору не оберешься, вон, у булочника Пахома уже дымок из трубы потянулся.
-Она пока што вдовою не признана, надо остеречься - худая слава, она быстро бежит. А что делать с Марфуткою, пусть у Анфима голова болит. Подумаешь, вместо худобы Наськи, её пышечка ненаглядна ему женою станет, а и долг простит женушке молодой да горячей. Капельки-то не все вышли, ежли только заикнется Анфим про что, ожениться не захочет - вот оно, доказательство, невинную же дочку соблазнил, а за капельки в острог итить не схочет!
И в средине дня все знали, что лавочник - хитрюга Анфим попал, да крупно - жениться собрался на Марфушечке-душечке, которую никто из парней холостых и взглядом не удостаивал. А ещё слушок такой пополз - сама она к Анфиму в кровать и прыгнула. Видел кое-кто, как бежала в вечеру растрепанная, в домашних тапках по снегу Маланья к нему, опять же из-за Настёнки она бы и шагу не сделала, знать, Марфутка тама уже и кувыркалася.
-Ай, и хитра девка, самого хитрого лавочника провела, вот тебе и квашня!
Квашня полеживала в кроватке, потягивалась и нисколько не жеманясь, говорила:
-А и понравилося как мне, давай-ка, милый, повторим?
-Ты меня выпила всего, мне надо маленько восстановиться! - Анфим чувствовал себя двойственно: с одной стороны :квашня-квашней эта Марфутка, оказалась очень горячей девкой, иные после первого разу, вон, как Гранька его, с неделю зажимаются и до себя не допускают, а эта скакала на нем и вертелась ужом под ним, до сих пор сладко ноет все внутрях! А Наська? Да ту пришлось бы потом уговорами и посулами соблазнять?? Тут вон только мигни, по первому требованию ноги раздвигает. Богатство, оно, конечно, хорошо, но спать со снулой рыбою?? Прокормит он свою горячую девку - одно плохо, никчемушная она во всем остальном. Ну, да пока станет в постели стараться, и он будет хорош. А строптивой Ставровой девке уж он подберет жениха на славу, постарается!
Жаль, конечно, Аполошка категорически не согласен - видишь ли, уговорился с тещею новоиспеченною, тоже, сказывает, горяча бабенка. Да оно и понятно, столь годов без мужика - белугою взвоешь и на прыщавость вниманья не обратишь. Да и для баб самое основное не прыщавость али ещё чего, а причинно место - крепкое до могутное!
И получился у Настены перерыв в кознях.
Марфутка категорически не соглашалась идти домой, так и осталась жить у Анфима, что ей пересуды, когда открылась ей тайная сторона жизни, да какая сладкая, а ежли она станет так-то вот уваживать Анфимушку, то и шуба крытая, бархатна, вот-вот будет её!
Маланья днем моталась по делам - надо же было доченьку, хоть и подпортившую свою репутацию, но замуж отдать, а ночами тоже пропадала.
Всезнающая Глашка хихикала:
-Настён, да она у второго поганца пропадет - Аполошки!
-Но он же супротив неё - молодой??
-А в энтом деле ровесников и не ищут, пусть себе тешатся, все до тебя не пристают. А батюшка твой вернется, разберется!
Прода от 02.01.2018, 14:20
Свадьбу Марфуткину Анфим все-таки умудрился провести экономно, хитренько убедив её, что шуба желанная лучше. Недолго позадирала нос лавочникова жена, у Анфима отродясь не было в доме прислуги, Ганька, жена первая - ловкая, ухватистая содержала дом в чистоте и порядке. Она только по ночам ныла и кисла, а Марфутка ничего и не умела делать, окромя поспать-поесть да нарядами заняться. Вот и бегала Маланья к дочушке - порядок навести, еду приготовить. Посмеивались людишки-то:
- Анфим двух баб враз и заимел, одну дневну, другу ночну.
Ночна, то ли действие капель прошло, то ли ещё чего, враз скисла, не стало той жадной до Анфима бабенки, и он озадачился, потом, правда, Маланья пояснила отчего Марфутка такая стала:
-В тягости она у тебя, ишь ты, жеребец какой оказалси, и не подумаш так-то!!
Марфутка день ото дня становилась все стервознее, не будь она в тягости - отвел бы Анфим её домой, на перевоспитанье. А тут дите, приходится терпеть... теперь уже не Аполошка к нему, он пропадал вечерами у Аполошки, кривясь про себя.
-Столько долго ещё ждать до родов, может, тогда встряхнется его квашонка.
Сейчас же дома было нытье и скулеж по любому поводу. Не догадывался он, что жена молодая больше придуряется, пару раз всего и тошнило, но лень-матушка, она нашептывала придуряться, чтобы отстал от неё этот старый, жирный муж. Сама себе удивлялась -что на неё нашло тогда, но хоть шубу купил.
И уходил от Аполошки распаленный Анфим - прибегала туда к ночи вся такая разохотившаяся теща, и желалось Анфиму тако же с женою - вона как теща, нисколь не стесняясь зятька, льнула к Аполошке, чуть ли не в портки ему залазила и с неодобрением поглядывала на него, Анфима, как бы намекая - ушел бы, да поскорея!
Так вот и декабрь подходил уже к концу, Маланья, бегаючи туда-сюда, подзастудилась, кашель донимал, дочку в тягости навещать лекарка запретила.
Вот и взвыла Марфутка, придючи домой:
-Мамань, я же совсем ничего не умею, поговори Настенкой и Глашкой - пусть помогут придут.
Настенка долго не соглашалась, но пожалела нерожденного дитя - Марфушка долго истерила и рыдала. Пошли с Глашей, убралися в доме, сделали все, осталось белье замерзшее занести в дом и уходить, но у подвыпившего Анфима были свои планы - отослал он Глашку, которая снимала веревки во дворе, домой за душегрейкой для Марфутки, и неслышно вошел в дом.
Настена замешкалась - последнее замерзшее белье развешивала на веревки, Глашка во дворе, вот и не волновалась она, что одна осталась. Марфутка, натрескавшись до отвала, уже третий сон видела, зятек, будь он неладен, ещё не пришел.