Страница 3 из 58
Можно проделать такой опыт.
Сядьте спокойно и по возможности расслабьтесь. Сосредоточьтесь взглядом и вниманием на каком-то безразличном для вас предмете. Ещё лучше, если это будет "живая" картинка, например, телевизионный экран. Но не такая, которая может вас всерьёз заинтересовать и даже увлечь. Пусть поначалу это будет что-нибудь вроде рекламы или симфонического концерта в чудовищном телевизионном варианте. (Звук, разумеется, уберите.) Теперь, внимательно созерцая изображение, психологически отстранитесь от него. При этом в фокусе вашего внимания одновременно остаются и картинка (или иной объект созерцания), и ваше собственное состояние (настрой). Через какое-то время (иногда уже через несколько секунд) вы ощутите глубочайшее бесстрастие, отстранённость от объекта созерцания и даже от самого себя. Поддайтесь этому чувству, позвольте ему захватить вас целиком, а затем расширьте его и дальше, распространив на весь мир. Такова "на вкус" отрешённость. Прочувствуйте это состояние с максимальной полнотой и навсегда его запомните.
Именно к такой отрешённости призывает нас большинство известных мистических традиций, восточных и западных. У индийских йогов она называется вайрагья, у буддистов незамутнённое чистое созерцание, или взгляд ребёнка, взирающего на фреску монастырской стены (правда, отрешённость буддийского подвижника одновременно содержит в себе и ещё один важнейший психический настрой, а именно не-различение - состояние, связанное с приостановкой деятельности интеллекта, или дифференцирующих функций сознания), у толтеков (разумеется, в интерпретации Кастанеды) - безжалостностью, или первым из четырёх настроев ("настроений" в русском переводе) сталкинга.
Значение этой психической позиции в жизни подвижника любой ориентации невозможно переоценить. Во-первых, она повышает проводимость наших нервных стволов и автоматически синхронизирует сознание человека с некоторыми областями его подсознания. А во-вторых, "включённое" с достаточной мощностью, бесстрастие моментально перекрывает большинство щелей, через которые уходит психическая энергия, или, в терминологии мистиков восточного толка, приостанавливает накопление не благой кармы.
***
Автор. Практикуя неделание, вы, возможно, обратили внимание на то печальное обстоятельство, что иной раз бываете не в силах погасить мысли на какую-то взволновавшую вас тему, о чём-то не вспоминать, не повторять в уме циклически одно и то же. Между тем, эти навязчивые мысли, а также непосредственно связанные с ними эмоции и состояния, изматывая нас, как зубная боль, крадут нашу психическую энергию ещё пуще, нежели наши неконтролируемые эмоциональные реакции взрывного характера. Последние в большинстве случаев хотя бы можно предупредить, избегая ситуаций, в которых они возможны. Но от навязчивых мыслей и идей, которые мрачно раскручиваются в уме с инерцией махового колеса, предусмотрительность не спасает. Попробуйте вызвать в себе по отношению к ним глубокое бесстрастие. Вот увидите, результат вас вдохновит. Поначалу этот маховик, лишённый эмоциональной подпитки, вместе с нею утратит и свою массу. Сами по себе мысли, вроде бы, и останутся, но сделаются легковесными, отчётливыми (их станет легче отслеживать) и даже безобидными. А вскоре вы и не заметите, как это произойдёт совсем растают.
Надеюсь, вы легко убедитесь на личном опыте, что состояние отрешённости и бесстрастия очень полезная вещь (причём не только для подвижнических целей, но и просто в быту), которой не худо бы заручиться и постоянно держать наготове в своём арсенале психических приёмов и методов.
В первом из рассказанных случаев в этот настрой героиню загнала нестерпимая боль (между прочим, в глубоком состоянии отрешённости легче переносятся многие "бяки" такого рода), во втором неожиданно всплывшая угроза смертельной болезни, всерьёз напомнившая о бренности бытия.
"Memento mori". Использовать Смерть в качестве советчика учил Кастанеду дон Хуан. Аналогичные практики можно сыскать в большинстве ведических традиций, а также у буддистов, у суфиев, у христиан.
Но в настоящем контексте для большей ясности мне удобнее называть это состояние позицией или настроем охотника. Оно и понятно: именно эта психическая позиция позволяет нам эффективно выслеживать объекты и явления окружающего мира и, что ещё важнее, себя самого - содержание собственного сознания и процессы, которые в нём происходят. В принципе это и есть ключевое состояние сталкинга; можно даже сказать, что это - сталкинг как таковой.
Теперь ещё немного о методе, при помощи которого мы вызываем в себе настрой охотника. Толтеки, кстати, также используют для этих целей пристальное созерцание (его простейший современный вариант я вам и предложил). Для некоторых из вас будет полезно ввести в этот процесс (в созерцание) ещё один элемент аудиальную составляющую. В принципе это просто. Допустим, затаившись внутри самого себя, вы осторожно выслеживаете объект, иными словами, его созерцаете. При этом ваше внимание задействует из чувств преимущественно только зрение. Теперь попробуйте подключить к созерцанию и слух, то есть попросту вслушайтесь в объект, постарайтесь его "услышать" (опять-таки очень осторожно, совсем слегка, не "наваливаясь" на него всею тяжестью сознающего восприятия).
Использование при созерцании слуха кому-то существенно облегчит реализацию настроя охотника, другому же, напротив, оно только помешает. (Это зависит от типа восприятия, преобладающего у того или иного человека.) В общем, возьмите себе за правило никогда не стараться непременно проделать всё, что я советую. В каждом конкретном случае самостоятельно отбирайте лишь те приёмы, которые полезны именно вам.
После этого замечания я вправе добавить, что людям кинестетического типа восприятия (их процент в общей массе людей, мыслящих относительно невелик) будет проще добиться успехов в созерцании, если они подключат к этому процессу осязание или даже обоняние.
Но вернёмся к обсуждению преимуществ настроя охотника. Следующее из них это лёгкость, подвижность (или текучесть - в формулировке толтеков) сознания. В своём обычном состоянии наш ум склонен "залипать" на внешних или внутренних объектах. Тяжёлый и инертный, он, как гиря, привязанная к нашему восприятию, постоянно "тормозит" его и искажает, подменяя то, что оно фиксирует, собственными псевдо схемами. В состоянии же охотника восприятие (или внимание - в формулировке толтеков) частично освобождается от ума. ("Отключить" его целиком позволяет нам состояние полного безмолвия, которое развивается в нас именно из настроя охотника.)
Это и есть потайная дверь в подсознание потайная для большинства из нас, но не для искусных манипуляторов нашим сознанием, с давних пор, умело пользующихся ею.
Павел и Сергей
Отпечаток на жизнь Павла наложило то, что его папа был начальником городской полиции в звании полковника. С самого детства он прививал сыну установку на его исключительность, он растил его физически крепким, решительным. Семья была материально обеспеченной, положение обязывало. Они жили в собственном доме, своими изысканными формами напоминающим дворец. Учился Павел отлично и в этом отношении был гордостью школы, но поведение было источником столкновения с одноклассниками, особенно поражало его отношение к девушкам, вежливое по форме, но холодное и циничное, по своей сути. Многие конфликты улаживались быстро благодаря авторитету родителя и деньгам, как в форме материальной поддержки школы, так и денежной компенсации пострадавшим.
***
С детства Павел был чрезвычайно любопытным ребенком, хорошо помнил, что, где и зачем лежит. Очень рано освоил различные гаджеты, особенно видеотехнику. На работе у отца ознакомился с техникой и способами скрытого наблюдения. Как-то оставшись у отца в кабинете, когда тот ушел на совещание, установил маленькую видеокамеру с микрофоном. Таким образом получил много интересных материалов, в частности, как отец трахал секретаршу, как ему приносили деньги, если бы отец узнал об этом, то скандал бы был большой с соответствующими ограничительными наказаниями. Приборы ночного наблюдения посвятили его в сексуальную жизнь родителей, в которой отец, не смотря на старания матери вел себя не так активно, как с секретаршей. Все добытые материалы хранились в его планшете. Общая картина сложилась в сознании подростка - есть две стороны жизни, внешняя, на показ и внутренняя, для себя. Во внешней, человек ведет себя в соответствии с существующей моралью и общественным мнением, во внутренней, образ жизни диктуется желаниями и стремлением жить лучше (богаче), не считаясь ни с чем. Во внешней, ты добропорядочный и законопослушный гражданин, даже демонстрируешь гражданский патриотизм. Во внутренней (скрытой) жизни, ты наслаждаешься всеми преимуществами, услаждая свои пороки. Во внешней (открытой) жизни, стремление подняться по служебной лестнице, выполняя все указания вышестоящего начальства, сколь бы глупыми они ни были. Во внутренней, презрение к подчиненным, цинизм в отношениях с простыми гражданами (грубость).