Страница 52 из 120
Галисиец слегка нахмурился, призадумавшись над словами капитана.
— Может быть, ты и прав. Но даже если и так, ничего страшного не случится, если мы воспользуемся их помощью, разве не так? Только нужно действовать осмотрительно. Разве тебе самому не любопытно?
— Любопытному на базаре нос прищемили, не забывай.
— Послушай, Алекс! — не отставал Джек. — А что, если у нас здесь, — он кивнул в сторону кровати с наваленными на ней бумагами, — все донесения гитлеровского штаба и их планы нападения на Англию? Неужели тебе не хочется узнать? Мы могли бы заработать на этом кучу денег — быть может, даже больше, чем за этот хлам, — он указал на аппарат.
Райли посмотрел на друга, потом на мешки и кивнул.
— Хорошо, — неохотно согласился он, поднимаясь. — Даю тебе ровно два часа, и ни минутой больше. И смотри, чтобы они ни под каким видом не вынесли из этой каюты ни единой бумажки, — добавил он серьёзно.
— Конечно.
— Так вот, — бросил Алекс, — сейчас я поднимусь наверх, глотну что-нибудь, а ты уж займись этим сам.
Он вышел из каюты, бормоча себе под нос:
— Как бы не пришлось потом каяться...
Однако не прошло и часа, как в капитанскую рубку примчалась Жюли, прыгая по трапу через две ступеньки.
— Капитан! — воскликнула она, врываясь в кают-компанию. — Немедленно спускайтесь вниз!
— Что случилось? — в тревоге спросил он, вскакивая из-за стола с разложенными на нем картами. — На нас напали?
— Нет, ничего подобного, — успокоила она, слегка понизив голос. — Просто Джек просит, чтобы вы немедленно пришли к нему в каюту.
— Джек? С чего это вдруг?
Не утруждая себя ответом, француженка повернулась и сбежала вниз по трапу в полной уверенности, что Алекс последует за ней.
Однако он, вопреки ожиданиям, стоял в задумчивости, держа в одной руке навигационную карту, а в другой бокал только что налитого хереса.
— Уже раскаиваюсь, — недовольно пробурчал Алекс, опуская голову и ставя бокал на стол с таким видом, будто прощался с сыном, а не с вином.
Когда он добрался за своей каюты, вся команда, за исключением Маровича, уже собралась там, сгрудившись вокруг стола.
— Ну и кто мне скажет, какого черта здесь происходит? — вопросил Алекс, уперев руки в боки.
Все головы одновременно повернулись к нему, но никто не проронил ни слова.
— Алекс, — Джек подошел к нему, приобняв за плечо, — ты должен это увидеть.
— Кто-то, помнится, собирался вести себя осторожно? — сердито проворчал Алекс, не пытаясь, впрочем, вырваться.
— Забудь об этом! — махнул рукой Джек. — Доктор Кирхнер, повторите, пожалуйста, все то, что вы только что мне рассказали.
Джек подвел Райли к немецкому ученому, который вместе с Эльзой стоял возле стола.
— Мы с Эльзой пришли сюда по просьбе сеньора Алькантары, — сказал тот. — Он попросил нас изучить документы, которые вы подняли с «Фобоса». Большинство из них, позвольте заметить, носят чисто военный характер и отмечены печатью «совершенно секретно».
— Ближе к делу, доктор, — перебил Алекс.
— Да, конечно... — откашлялся тот. — Когда мы разбирали документы, сеньор Алькантара показал мне некое устройство, которое вы собираетесь продать: мол, не знаю ли я случаем, что это такое?.. Так вот, я ничуть не удивился, обнаружив, что это не что иное, — тут он театральным жестом коснулся рукой деревянного футляра, — как машина «Энигма».
Если Кирхнер ждал от капитана бурных проявлений чувств, то его ждало разочарование, поскольку Райли бросил взгляд на деревянный ящик, а потом выжидательно уставился на физика.
— Согласен, что это загадка [5], — ответил Алекс, когда тот замолчал. — Уж куда загадочней! Это все?
— Нет, вы меня не поняли, — улыбнулся учёный. — Это машинка так называется: «Энигма».
— Ну и о чем нам это говорит? — проворчал капитан, повернувшись к нему. — Какая мне разница, как окрестили печатную машинку?
— Черт, какой же ты тупой! — не выдержал Джек, поднимая деревянную крышку и показывая металлическую печать на ее внутренней стороне, которой до сих пор никто не заметил. На ней отчетливо читалось слово «ENIGMA», помещенное в небольшой овал.
Несколько секунд Алекс безразлично рассматривал эту маленькую деталь.
— Ну ладно, — сдался он наконец. — Она называется «Энигма». Дальше что?
— Объясни им, Хельмут, — вмешалась Эльза, которая до сих пор благоразумно держалась в стороне.
— Видите ли, — начал ученый, снимая пенсне и повернувшись к девушке. — На самом деле это вовсе не печатная машинка. Это кодировочное устройство, которое используется немецкой армией и военно-морским флотом для отправки распоряжений из Берлина в любую точку фронта, на корабль или подводную лодку, где бы они ни находились. Превосходная и безотказная система связи для союзников.
— Кодировочное устройство?
— Кодировочное устройство, — повторил Хельмут. — Хотя, честно говоря, будет правильнее назвать это устройство шифровальным.
— Я что-то не понимаю.
— Машина «Энигма», — принялся он объяснять, — это портативный механизм, предназначенный для шифровки сообщений, расшифровать которые практически невозможно, если у вас нет такой же машинки. Это краеугольный камень, на котором держатся все коммуникации Третьего Рейха, и, кстати, именно в этом кроется одна из причин, почему Германия уже практически выиграла войну. Так что не стоит обманываться ее безобидным видом, — закончил он, постучав по машинке пальцем. — Эта вещица — настоящее оружие, более мощное, чем весь арсенал Гитлера.
— Вы шутите? — снова спросил Алекс, посмотрев на простой деревянный ящик с черной машинкой, оснащенной клавиатурой, четырьмя зубчатыми колесами и двумя рычагами в верхней части.
— Вовсе нет, — снова вмешалась Эльза, привлекая к себе всеобщее внимание. — Если эта машинка попадет в руки Союзников, немцы потеряют все, что до сих пор, возможно, составляло их главное преимущество в войне.
Капитан Райли долго обдумывал это невероятное открытие, а потом, так и не избавившись от сомнений, обратился к немецкому ученому.
— А вам откуда известно, что это за устройство? — подозрительно спросил он. — Я думал, ваша специальность — физика.
— О, это легко объяснить, — ответил учёный. — В лаборатории в Пенемюнде есть точно такое же.
— В вашей лаборатории? — удивился Алекс. — Странно, по-моему, вы сказали, что это устройство используется исключительно для военных целей.
— Так и есть. Именно поэтому, когда СС взяли под контроль наш проект и присвоили ему категорию «особо секретно», в нашем радиоузле установили это устройство, чтобы иметь постоянную связь с генеральным штабом в Берлине. Таким образом, никто не смог бы ни расшифровать наши сообщения, ни опередить, используя наши разработки в области ядерной физики.
— А вы точно уверены, что это устройство — такое же, как ваше? — спросил Алекс.
— Вне всяких сомнений, — убежденно заявил тот.
— Понятно, — задумчиво протянул Алекс, почёсывая подбородок.
— Но это еще не все, — снова вмешался Джек. — Мы... то есть, они нашли кое-что среди документов, которые вы подняли на борт.
— Что-то ещё?
— На самом деле, мы много чего выяснили, — сказал Хельмут. — Прежде всего, установили личность обитателя той каюты, — и, развернув перед ними военное удостоверение личности, добавил: — Штандартенфюрер СС Клаус Гейдрих.
— Целый штандартенфюрер — и всего лишь для того, чтобы охранять эту рухлядь? — усомнился Алекс, рассматривая фотографию на удостоверении, на которой был запечатлён полный мужчина довольно заурядной внешности в чёрном мундире Тайной полиции.
— Возможно, его миссия состояла не в этом. Может, он был на корабле обычным пассажиром и с «Энигмой» никак не связан. Хотя... — протянул доктор Кирхнер, не желая, видимо, вдаваться в эту тему, — не думаю, что это имеет значение. Но вот что действительно интересно...
— Интереснее всего вот это, — перебила Эльза, протягивая им скомканный листок бумаги с машинописным текстом.
5
enigma — загадка (исп.)