Страница 20 из 32
-Да ладно тебе, мы и не в такие передряги попадали, - беспечно молвил я, но запнулся, увидев, как вытянулось лицо друга, - эмм…точнее…могли бы попасть! Однако, мне, пожалуй, пора.
Я быстро удалился в толпу, проклиная себя за неосторожность. Что Майк только обо мне подумал?! Ну да ладно, сейчас это не главное. Следует осмотреть дом и незаметно проследить за миледи… Возможно, нервничая после нашего разговора, она пойдет проверить, на месте ли ее алмаз и тогда дело будет в шляпе. Проклятье, где же Паола, когда она так нужна?! Я не могу быть в двух местах одновременно!
Я оглянулся вокруг: все гости были чем-то заняты, мило беседовали или уже собирались приступить к трапезе. Я бросил прощальный, полный скорби, взгляд на прожаренное до хрустящей корочки мясо на вертелах и двинулся в сторону дома. Если где и искать сейф, алмаз или тайник, то именно там.
Никем не замеченный, я тихо зашел в парадную. Зала дома была очень богатой, сразу бросалось в глаза, что здесь проживают небедные люди: на стенах висели картины в роскошных позолоченных рамках; пожелтевшие фото, как бы в мою эпоху сказали, с эффектом сепии, на одном из которых я с легкостью смог узнать хозяйку поместья и, я так понимаю, ее мужем с маленьким сыном, у коего болезненно просвечивала кожа. Женщина ласково положила ладони на плечи своего ребенка, не забывая смотреть в камеру, а Себастьян стоял справа от нее с беспристрастным выражением лица. Я отошел от фотографии и приблизился к запертому на навесный замок шкафу из резного дерева. Вполне вероятно, что драгоценности и украшения хранятся там, но я не знаю этого наверняка, да и орудовать булавками в качестве отмычек так ловко, как Пейдж, не умею. Выбивать дверь, не имея гарантий, что в шкафу находится именно то, что мне нужно, бессмысленно и глупо. К тому же, мне нельзя привлекать лишний шум, ведь даже если я уличу миледи Кемпбел в воровстве и смогу законно изъять у нее алмаз, это еще не значить, что я верну его владелице… Такие мысли угнетали меня, и самое ужасное, были правдивы. Мало того, что я собирался обмануть Ирен и покинуть этот мир обесчещенным, так еще и вернутся туда, где ее нет. Где она погибла четыре года назад по моей вине.
Я хрипло вдохнул, и устало опустился на диван, обитый белой дорогой тканью с золотистым узором. Боль изнутри терзала меня на куски, голос в глубине души твердил, что я могу остаться, продолжить жить здесь, с Ирен и наплевать на все.
Но это не мой мир… Моя любимая замужем и мне не место в этой эпохе.
Я, тихо ступая по дорогому персидскому ковру, прошел в столовую. Стол из красного дерева, фарфоровые чашки на кружевных салфетках, лежащих на его поверхности, резные шкафчики, в которых стояли за стеклом коллекционные тарелки. Я не нашел больше ничего, что указывало бы на местонахождение так нужного мне алмаза. Я осторожно двинулся в сторону лестницы с витиеватыми перилами, что вела на второй этаж. Вероятно, там, наверху, находились спальни, а я еще с лекций в университете припоминаю, что недалекие люди любят прятать свои драгоценности в комодах с нижним или постельным бельем. Словно надеясь, что преступники окажутся совестными и не полезут обшаривать чужие майки, трусы и наволочки.
Я чувствовал себя последним негодяем, когда принялся обыскивать комоды в женской спальне. И тем не менее… Я нашел деньги, золотые кольца, цепочку с кулоном в форме сердца, что открывалось, а внутри была подпись: «Мэлори от Ганса». Хм, видимо, миледи маркиза была вовсе не так уж верна своему супругу, как я думал. Эта любовь, а иначе не назовешь, ведь если женщина хранит этот секрет, значит у нее все еще есть чувства к мужчине, упрощает мне задачу. Миледи расскажет мне все, что я пожелаю знать, когда мне станет известна личность этого Ганса. Возможно даже маркиза настолько опрометчива, что подарила камень своему любовнику…
Я захватил цепочку и покинул комнату. Обыскивать дом не так просто, как я предполагал, а искать в огромном здании с множеством комнат и шкафчиков, алмаз, все равно, что иголку в стоге сена, который заперт в сундук, а я не имею ключей.
Только я спустился в залу, как вдруг наткнулся на мальчика. Он сидел на мягком табурете около белого рояля и уверенно нажимал на клавиши. По комнате разливалась красивая, печальная мелодия, что совершенно не вязалась с весельем на улице. Но, собственно, и весь вид ребенка указывал на то, что радоваться ему нечему. Болезненно бледная кожа, потрескавшиеся, обкусанные губы, впалые темные глаза и редкие черные волосы: он не был здоров и я уже догадывался, с кем только что познакомился.
-Ты Джонатан? – спросил я.
Ребенок повернулся ко мне, поправил черную бабочку на воротнике белой рубашки, я заметил на его указательном пальце золотое кольцо с алым рубином, и сдержанно спросил:
-С кем имею честь разговаривать?
Я поразился. Неужели дети его возраста вели себя примерно так в этом столетии? Он говорит, словно взрослый, одет, будто ему лет 17 минимум и ведет себя, как истинный джентльмен! Роуз научила бы его настоящим хорошим манерам! Зашвырнуть подальше бабочку и играть в футбол, да кататься на велосипеде – вот чем должны заниматься ребята его возраста, а не разучивать Моцарта!
-Меня зовут Зак Фостер, - представился я, протягивая мальчишке руку. Тот осторожно пожал ее и спросил:
-Как Вам наша усадьба, мистер Фостер?
Я прыснул. Джонатан говорил с таким не по-детски серьезным выражением лица, что мне сразу вспомнилась Роза, невозмутимо доказывающая, что и пальцем не трогала торт на мой День Рождения, тогда как у нее на носу удобно расположились остатки крема.
-Что-то не так? – озадачено спросил мальчик.
-Нет-нет, все в порядке, ты просто напомнил мне кое-кого, - я перевел взгляд в окно, с грустью вспоминая дочку и родной дом. Я так сильно соскучился… Да, здесь Ирен, любовь всей моей жизни, но там – вся моя жизнь.
-И я никак не могу решить, где мое место, - печально произнес я.
-Так не бывает, - серьезно ответил Джонатан, - у всех есть свой уголок. Он там, где его любят и ждут. Там, где ты в безопасности, где дом, семья и чай после обеда. Мама всегда говорила, что нужно прислушаться к сердцу, и тогда ты найдешь свое место.
Я взглянул в умные глаза мальчика и медленно кивнул.
========== Глава 7 ==========
***
Таррел смущенно мялся у порога комнаты, которую занимала Пейдж в мотеле « У Билла». Было раннее утро, и Майкл боялся, что разбудит напарницу, постучав в дверь, но он уже не мог бездействовать, и так всю ночь провертелся без сна на кровати в компании тревожных мыслей. Парень снова занес кулак для неуверенного стука, но вздохнул и обреченно опустил руку. Он уже собрался было развернуться и уйти, но дверь вдруг резко распахнулась, и Таррел еле успел увернуться от удара о косяк.
- Майк? – Пейдж выглянула с проема и с удивлением воззрилась на друга, - ты уже не спишь? Заходи…
Помедлив мгновение, парень зашел внутрь и очутился в уютной светлой комнате, насквозь пропитанной утренней прохладой. На смятой, усыпанной крошками с хлеба, постели лежала развернутая газета, кактус в керамическом горшке возвышался на подоконнике настежь распахнутого окна, а на маленьком деревянном столике безобидно расположились остатки бутерброда с колбасой.
Майк сел на край кровати, посмотрел на часы и с недоверие спросил:
-Ты хоть спала сегодня?
-А ты? – Пейдж повернулась к нему.
Таррел заерзал на постели и пожал плечами.
-Я так и думала, - ответила девушка и жестом указала на газету, - вот, смотри, вчерашний выпуск. На заглавную новость погляди.
Таррел взял «Albuquerque» в руки и пробежал заголовок глазами:
«Дело о пропавшем бриллианте: расследование продолжается!
Внештатный корреспондент Хейли-Джин Таннен провела собственное расследование, в ходе которого пришла к выводам, что сотрудник полиции Нью-Йорка Зак Фостер, как говорилось ранее, вероятно утонувший в реке, жив и совершил кражу алмаза. А ограбление в ювелирном магазине было тщательно спланированной операцией, которая, однако, пошла слегка не так, как нужно…»