Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 29 из 107

-Потому что мне меньше лет?

-Потому что раньше начал.

-Я лучше почитаю что-нибудь более жизнерадостное, – передернул плечами его собеседник. – Со всем уважением к Хемингуэю...

-Ну да, Шекспир ведь одна сплошная жизнерадостность…

-А если ты будешь меня дразнить, – Прапор перегнулся через опору стремянки, – я тут откопаю что-нибудь вообще про магию!

-Иногда и это бывает небесполезно изучить, – примирительно поднял руки лейтенант. – Нельзя осуждать то, о чем не имеешь представления.

-Ну, надо тебе сказать, не очень-то ты изучаешь то, что не жалуешь...

-Разумному человеку и малого хватает. Это принцип Лемурии.

-Чего? – немедленно обернулся к ним Джулиан. – Что это?

-Гипотетически затонувший континент в Тихом океане. Есть теория, согласно которой там раньше был значительный кусок суши, и на нем существовало идеальное гармоничное государство. А родилась эта теория на основании того, что на Мадагаскаре водятся приматы, которых более нет нигде. Как будто случайно, чудом сохранившиеся свидетельства того, что прежде этот остров был частью куда более крупного куска суши.

-Ну то есть у нас на руках наличествует какая-то маловажная мелочь, и мы на этом основании предполагаем… – начал было Шкипер, но сбился с научного тона и недовольно поглядел на своего лейтенанта.

-Погоди, погоди, – не отставал Джулиан. – А Лемурия – это не что-то типа Атлантиды?

-Отчасти, – уклончиво отзывался Ковальски, у которого не было желания сейчас вступать в прения или читать лекции непросвещенным. – Порой об этом на Википедии, ладно? – и он снова обернулся к стремянке: Прапор, откопав себе все же то, что ему понравилось, спускался на пол.

-Если это что-то типа, – не слушал его Джулиан, захваченный новой идеей настолько, что даже перестал валяться на диване и сел ровно, – я готов сменить название своего клуба!..

-Что это за новая блажь? – изумилась Марлин. – Всю жизнь был «Мадагаскар» – и вдруг стал «Лемурией»?..

-Потому что в этом есть глубинный смысл! – важно поднял палец Джулиан. – Это будет демонстрировать тонкий вкус и глубокие познания… И намекать на то, что внутри царит истинная гармония и идеальность!

-Угу, – лейтенант покосился на него неодобрительно. – Или будет наводить на мысли антропологического характера. О том, например, что есть гипотеза насчет промежуточного звена между человеком и обезьяной – дескать они как раз и жили на этом затонувшем континенте…

-Это как раз тебе подходит, – добавил Шкипер неласково.

-Вы злые и грубые, – ничуть, кажется, не смущенный таким поворотом дела, заявил Джулиан, устраиваясь на диване обратно и забрасывая ноги на подлокотник. – Я тут, можно сказать, Высоким искусством занимаюсь, а вы? – он произнес эти слова так, что всем стало понятно: «Высокое» надо писать с большой буквы.

-А мы здравым смыслом, – вздохнул Ковальски. – Джулиан, уймись. Серьезно. Далась тебе Лемурия!

-Много ты понимаешь, – фыркнул тот, поправляя волосы. Марлин всегда находила забавным то, что их-то «король сцены» обесцвечивал до стильного серебристо-серого цвета, а вот про брови забыл – так и остались русыми...

– Это основы маркетологии. Продукт должен быть уникальным!

-Ночных клубов по Манхеттену знаешь сколько?

-Зато лемуры на планете только в одном месте водятся. Ассоциативный ряд, все дела.

-Ковальски, он от тебя таких слов набрался?

-Если я пользуюсь научной терминологией, это не означает, что больше никто не может этого делать.

-Ой, ой все… – замахал на него тонкой кистью Джулиан. – Я просто хочу, чтобы там хорошо отдыхалось. Сам же говорил: как корабль назовешь... Если назвать его «Дыра» – так там и будут себя чувствовать, будто в какой-то дыре!

-Джулиан…

-Так что не рассказывайте мне.

-Джулиан…

-Ну что «Джулиан»?!

-Ты себе хотя бы приблизительно представляешь, сколько усилий потребует возня с документами? Или ты думаешь, ты придешь, скажешь: «Не хочу больше “Мадагаскар”, хочу “Лемурию”!», – и в одной графе слово зачеркнут, а в другой -напишут?

-Не будь занудой. Этим займется Морис, я-то тут при чем?

-Джулиан, ты эгоист, – покачала головой Марлин.

-Открыла Америку… – вполголоса буркнул Шкипер.

-Я – гедеонист, – отозвался хозяин клуба, в очередной раз проигнорировав его бурчание. – Считаю, что от жизни надо получать удовольствие, а не страдать по пустякам. А пустяк, по-хорошему, это что угодно. Вам охота терзаться, кто ж вам доктор? Мне вот неохота. Я твердо решил быть счастливым.

-Не могу не признать: в этом что-то есть, – заметила Марлин.

-Да, только счастлив ты за чужой счет.

-Ты хочешь сказать, счастье само по себе – самостоятельное явление? – Джулиан даже снова привстал, удивившись. – Ты можешь быть счастлив только при условии, что кто-то другой не будет. Тут или ты, или тебя, это же принцип равновесия. Невозможно положить все яблоки на одну чашу весов и сохранить баланс. Не могут быть счастливы поголовно все. Так что да, я забочусь о собственном.

-Я думаю, если это станет делать каждый…

-Это и так делает каждый.

-Нет. По крайней мере, не прикладывая всех возможных усилий. Если бы ты был прав, у нас тут уже образовалось бы маленькое автономное государство с военной диктатурой и Шкипером во главе, – лейтенант ткнул в сторону упомянутого карандашом. – Ты видишь танки на границах? И я не вижу.

-Если бы у него были эти танки, границы располагались бы дальше, – ухмыльнулся Джулиан. – Чай, не первый день знакомы... Но болтливой корове бог рабов не дает…

-Что-о?.. – лейтенант от неожиданности уронил карандаш, которым в этот момент делал записи в своем извечном блокноте.

-На кого я периодически работаю… – закатил глаза Шкипер. – По-моему, если мы втихую свернем тебе шею, мир только выиграет…

-Во-первых, «рогов», Джулиан…

-А, то есть, рабов дает?.. – поднял брови тот.

-Определенно выиграет, – подытожил Шкипер.

-Я так смотрю, у кого-то печень лишняя?

Шкипер едва не поперхнулся и с возмущением поглядел на произнесшего эти слова собственного лейтенанта. Тот, сложив руки на груди, застыл на пороге, всем своим видом олицетворяя сдержанное, однако от того не менее праведное возмущение.

-Это кофе! – раздраженно буркнул Шкипер. – У тебя что, нос заложило?

-А я и не про то, что ты пьешь.

-А про что тогда?

-Про перевязку, на которой ты должен был быть полчаса назад.

Командир одарил его недовольным взглядом.

-Не помру, – буркнул он.

-Сразу – нет, – отозвался Ковальски. – Но это дело времени.

-Я приду, когда приду.

-Ты имеешь в виду – когда у меня руки будут по локоть в солидоле или я буду занят мытьем полов?..

-Не ерничай.

-Я выполняю приказ.

-Какой приказ?

-Твой.

-Какой еще к черту…

Взгляд у Ковальски остекленел. Он заложил руки за спину и, глядя куда-то поверх головы собеседника, процитировал:

-Никакой из членов отряда не имеет права уклоняться от медицинского предписания, если оказание его не вовремя может привести к травме иили затяжной болезни, повторному рецидиву, смерти и так далее. Категорически запрещается…

-Так, стоп, хватит. Я знаю, что у тебя хорошая память.

-Спасибо, сэр.

-Это не комплимент.

-За то и спасибо.

-Ты еще долго маячить тут будешь?!

-Сходи ты на эту перевязку, – не выдержала Марлин. – Что ты уперся?

-Я делом занят! Подождет перевязка, этот зануда из чистого принципа меня дергает!.. – раздраженный Шкипер снова обернулся к карте, отмечая карандашным пунктиром новую линию. Боковым зрением заметив, что его зам собирается снова что-то сказать, выставил ладонь.

-Не сбивай меня с мысли. Я закончу и приду.

-Я бы настаивал…

-Я бы тоже.

-Да что ж такое-то, – лейтенант раздраженно цокнул языком. – Как будто я тебя не на медпроцедуру требую, а… а…

-В сто первую комнату, – подсказал Блоухол.