Страница 63 из 70
…И на меня вдруг накатило. Он уходит. Одевается и уходит. Вон, кулон с кристаллом так и болтается на шее, пережил все приключения этой ночи. Уходит. Уходит. Уходит. Истерика стала подкрадываться большими такими шагами, картинка перед глазами поплыла от появившихся вдруг слез…
— Что такое? — Лин резко повернулся ко мне.
А что я могла сказать? Что мне до одури обидно?! Что мне больно, как никогда — даже когда Лири пропускал мои дни рождения было не так паршиво, ведь тут я уже было поверила, что вот оно счастье, а оказалось…
— Прицесская, в чём дело?
Дроу уже был рядом, не прикасался, но смотрел пристально и… нежно?
— Ты не уходишь?
Лин удивлёно вскинул брови:
— Ухожу? Нет, я… крэшшш, — выругался мой любимый дроу — Нет, я не ухожу. Просто хочу быть готовым.
— К чему?
— Да пэхи его знает, вот только интуиция мне подсказывает, что этой ночью мы сделали, что-то очень и очень неоднозначное. Нет, стой!
Лин тут же дёрнулся ко мне, как только очередной всплеск боли сжал внутренности комом.
— Ты не понял… не поняла. Крэшшш. Послушай, я никогда, никогда от тебя не уйду. Никуда не денусь. Не предам. Просто по той причине, что это совершенно невозможно. Не только я для тебя стал якорем, и ты для меня центр Мира. Понимаешь?
Он что…?
— Привязка?
— Она самая. Пугающе крепкая, и восхитительно… Не знаю. Полная? Не могу это описать, но будто на место встал кусочек меня, об отсутствии которого я и не догадывался. Теперь всё правильно, всё как должно быть. И я никогда, никому не позволю нас разлучить. Поэтому должен быть готов, — взгляд на Иллири — Мы оба должны быть готовы.
Брат медленно кивнул, а потом мягко произнес:
— Ты во всём прав, но перестань пугать нашу прелесть, не видишь — она совсем бледная уже. Мм, белее обычного. Кстати, интересно…
Лири медленно, тягуче подкрался почти вплотную, вызывая странные, смешанные чувства — угроза, предвкушение, смущение, радость. Смотря глаза в глаза, так близко, что можно было различить все детали узора радужки, он протянул руку, едва касаясь, осторожно провел по оголенному плечу, спустился вниз, до локтя, а потом снова вверх, до ключицы… Мурашки расползлись по телу, а внизу живота зажглась новая искра желания.
Брат-который-не-брат вопросительно глянул, а я, подавив порыв трусливо зажмуриться, едва заметно кивнула головой. За спиной вновь звякнули ножны, но на этот раз звук был веселый, обнадеживающий, или мне так показалось?
— Похоже, тебе требуются доказательства помимо слов, — прошептал на ухо крэшшшев дроу.
Тёмные руки накрыли грудь… А я совсем забыла каково это… женское тело. Все ощущения будто бы мягче, и вместе с тем острее. Пока я терялась в новом-хорошо-забытом-старом, с меня стянули слабое прикрытие в виде простыни и теперь внимательно рассматривали, изучая заново знакомое вроде тело.
— Ρаэль? Ты так мило смущаешься. Если бы я лично не… Крэшшш, при такой тебе, даже не выругаешься…
И Лири так жалобно глянул, что все тревоги почти отступили, а наружу вырвалось какое-то подозрительно кокетливое хихиканье.
— Смеёшься, — жарко выдохнул в шею подлый-подлый дроу, — Знала бы ты, чего именно мне хочется, может быть поостереглась бы.
Клянусь, голова сама дернулась, повернувшись в его сторону, и та самая фраза вырвалась помимо воли:
— И чего тебе хочется?
И ведь знала, знала же, что именно этот вопрос опасней всего задавать.
— Οпрокинуть тебя…
Рывок и я уже лежу распластанная на кровати, а властная рука упирается в спину, не дает пошевелиться.
— …Подмять под себя…
И Лин ложится сверху, обжигая всё тело диким жаром голой кожи.
— …Клеймить…
Болезненный укус в изгиб шеи ни капли не отрезвляет, лишь сильнее затуманивает восприятие реальности.
— …И без предварительных ласк, без нежности…
Но вопреки его словам, пальцы очень осторожно и мягко гладят внутреннюю часть бедра, правда, не медлят, а почти сразу устремляются туда, где их уже ждут.
— Крэшшш…, — сдавленный стон сквозь зубы, палец немного проникает, чтобы тут же исчезнуть — Ты уже влажная… до Бездны…
Я больше не чувствую его руку между ног, зато кое-что другое упирается ровно в ту точку, что требует внимания, и это заставляет поерзать, потереться об возбужденный до нельзя член…
— Ах… дааа.
Стон-всхлип срывается с губ, вспышка удовольствия почти полностью затеняет мимолетную боль. Но дроу вдруг замирает внутри, пытаясь осознать:
— Какого…? Как это возможно?
Замутнённое сознание пытается понять, чего от меня хотят, почему не продолжают сладкое проникновение…
— Ρаэль, почему ты не сказал, что это тело девственное?
Дроу почти возмущён, но я не даю ему возможности продолжить допрос, приподнимаю попку самостоятельно двигаясь, сильнее, глубже, и Лин сдаётся, сдавленно рычит и наконец, делает то самое, первое движение — во всю длину, мощно, глубоко, грубо. А потом ещё, ещё, ещё, заставляя стонать, всхлипывать, кусать губы и извиваться, словно безумную. Рука давит на спину сильнее, дроу выпрямляется, а потом приподнимает мои бедра и удерживая на весу вбивается всё сильнее, снова почти насилуя, почти доставляя боль. Но лишь почти…
Первый в этом теле оргазм подбирается быстро, но Лин не собирается меня так просто отпускать, внезапно он отстраняется и хрипло шепчет:
— Маленькая, развратная Принцесска, ты вновь играешь с огнем…
Мне дают отдышаться всего пару минут, а потом безвольной куклой поворачивают набок, так что Лири за спиной, а Лин смотрит прямо в глаза. Пальцы брата, увлажненные хорошей порцией смазки, аккуратно массируют свою цель — я знала, что меня ждет именно это, но…
— Лириииии…
Палец проникает в тугое колечко мышц, братец не особо медлит и осторожничает, да и не до лишних нежностей — дроу в это время успел добраться до лона и теребит клитор, пуская все новые волны лавы по венам. Двойное проникновение пальцев, это восхитительно, но и чудовищно мало…
— Пожалуйста…
Молю и Лири послушно вынимает палец, но никаких пауз, его член тут же начинает вдавливаться сзади, доставляя ощутимый дискомфорт и совсем не эфемерную боль. Хочется кричать, но его рука зажимает рот и злой шепот на ухо заставляет замереть пойманной мышью:
— Думаешь, только дроу хочется тебя наказать?
И он протискивается вовнутрь, невзирая на сопротивление и мой слабый протест, заглушенный поцелуем дроу и его же пальцами, скользнувшими в глубину с другой стороны.
Густая, тягучая боль, сквозь которую начинает пробиваться, тяжелое, дурманящее удовольствие, а потом и второе проникновение, столь же непреклонное, но уже однозначно желанное…
…Выплывать из сладкого тумана совсем не хотелось, но тело настойчиво напоминало, что оно было бы совсем не прочь подкрепить силы — черпать энергию из партнеров это, конечно, здорово, но и про физические потребности забывать не стоит. Желудок, к моему стыду, веско подтвердил свои запросы. Кстати, я как-то слишком много смущаюсь…
— Принцесска? — дроу потёрся носом о мою макушку, — Жива?
— Да.
Получилось сдавлено и еле слышно, от чего за спиной беспокойно завозился Лири, а Лин заставил посмотреть на него прямо:
— Всё хорошо? Мы не слишком…?
И столько искренней заботы, столько трогательных переживаний, что… Я потянулась его поцеловать, чтобы успокоить, ну или просто потому что он был близко. Мой дроу ответил, но очень быстро отстранился и отрицательно покачал головой:
— Не стоит, а то я и так чувствую себя маньяком, — Лин прикрыл глаза — И растлителем малолетних.
Лири фыркнул на ухо, но промолчал. Кажется, его моя «девственность» не беспокоила, зато интересовало кое-что другое.
— И как оно? Лучше в женском теле или мужском?
Я задумалась, попыталась было проанализировать ощущения, но поняла, что дело это абсолютно бесполезное:
— Слишком по — разному и вместе с тем одинаково восхитительно. Если честно, то мне не хочется сравнивать.