Страница 11 из 26
ДАРАНЯН (красивым приёмом выбивает у Барбариса щётку): А ты?
БАРБАРИС: А я в Бауманском, электронику изучаю. И каждые каникулы зарабатываю себе на новый компьютер, самый модерный…
ПАХОМ: Он помешан на электронике!
ДАРАНЯН: А что это за имя у тебя такое странное: Барбарис?
БАРБАРИС: Кличка. В детстве очень конфеты любил, барбариски… В классе дразнили: Борис-Барбарис. Вот и прилипло.
ПАХОМ: Ну, что? Пойдёшь к нам в полотёры?
ДАРАНЯН: Нет, ребята, поищу что-нибудь поинтересней.
БАРБАРИС (усмехнувшись): Три года назад я так же отреагировал на это предложение. Мы с Пахомом обедали в кафе, к нам подсел милый пожилой человек (кивает в сторону кухни). Стал жаловаться, что мужчины к нему не идут. Мол, нянек много, уборщиц много, а полотёров нет.
ПАХОМ: И бутылку вина поставил.
БАРБАРИС: Мы выпили, подобрели и дали слово. А затем уже поздно было на попятный, боялись его огорчить: у него больное сердце. А потом просто его полюбили.
ПАХОМ: И работа понравилась: всё время ноги тренируешь.
ДАРАНЯН: Сейчас ведь уже механические полотёры есть.
БАРБАРИС:. Пахом их не признаёт.
Из кухни медленно выплывает Татосов.
ПАХОМ: Что с вами, Фёдор Андреевич?
ТАТОСОВ: Я по горло налит бульоном.
АННА ЛЬВОВНА (появляясь, Татосову): Не смей давать коту рыбу!.. (В кухню). Петька, брысь!
ДАРАНЯН: Какое странное имя.
АННА ЛЬВОВНА: Это всё он! (Кивает на Татосова). Притащил с улицы котёнка и назвал его Петей. А Петя взял и родил котят, но менять имя уже было поздно. (Она откидывает спинку кушетки, кладёт на неё подушку, плед, усаживает Татосова, снимает с него туфли, подаёт шлёпанцы и всё это время не прекращает рассказывать). Теперь он хочет овчарку. Но я сказала: через мой труп – мне хватает Петиных блох! Я так обрадовалась, когда он привёл вас – я боялась, что он приведёт овчарку!.. (Татосову). Ложись!
ТАТОСОВ: Не толкай меня – расплескаешь бульон.
АННА ЛЬВОВНА: Ой, с ним не соскучишься!.. После инфаркта ему пришлось уйти из театра. Я понимаю, что без дела тяжело, ну, преподавай в какой-нибудь студии, веди драмкружок, пиши мемуары… Но нет! Он организовал это странное бюро при муниципалитете! Месяц переманивал всех уборщиц и нянек, завалил квартиру вениками и щётками, половину моих платьев порвал на тряпки… Но ему этого было мало – ему нужны были ещё и полотёры!..
ДАРАНЯН: Почему именно полотёры?
ТАТОСОВ: В этом есть что-то ностальгическое.
АННА ЛЬВОВНА: О! Слышали? Ему нужна ностальгия!.. Повесил в городе объявления: «Все полотёры обеспечиваются общежитием». – это он имел в виду нашу квартиру…
Звонок.
АННА ЛЬВОВНА: О, это консультант!.. Барбарис, пожалуйста, откройте!..
БАРБАРИС (кому-то в передней). Сюда, пожалуйста.
ГЛЕБОВ (входя): Здравствуйте. Я из поликлиники.
АННА ЛЬВОВНА: Да, но мы ждали доктора Глебову.
ГЛЕБОВ: Она не придёт. У неё проблемы.
Услышав фамилию, Даранян резко обернулся.
АННА ЛЬВОВНА: Но, может быть, завтра?
ГЛЕБОВ: Боюсь, что ни завтра, ни через месяц. Она уже не консультирует в поликлинике. (Присаживается рядом с Татосовым. Щупает пульс). Зная её привязанность к вашей семье, я считал своим долгом заменить её.
ТАТОСОВ: Спасибо.
Глебов прослушивает у Татосова сердце.
АННА ЛЬВОВНА: Вы тоже доцент?
ГЛЕБОВ: Нет. Рядовой, участковый. Кстати, Глебова уже не доцент.
ДАРАНЯН: Скажите, это она принимает экзамены в мединституте?
ГЛЕБОВ: Принимала. До вчерашнего дня. (Татосову). Мой вам совет: что бы вы не узнали, не волнуйтесь. Вам категорически нельзя волноваться. До свидания. (Уходит).
АННА ЛЬВОВНА: Ну?.. Что вы на это скажете?
ДАРАНЯН: Фёдор Андреевич, выписывайте наряд!
АННА ЛЬВОВНА: Какой наряд?
ДАРАНЯН: На натирку полов в научно-исследовательском институте.
БАРБАРИС: А ты-то тут при чём?
ДАРАНЯН: Прошу принять меня третьим полотёром!
Затемнение
Картина вторая
Сцена разделена надвое: слева – кабинет, справа – приёмная. В кабинете, Пахом, Даранян и Барбарис, под музыку натирая паркет, танцуют твист. Входит Инна, секретарша.
БАРБАРИС (приглашая её в танец): Прошу!
ИННА: Я на работе. Можешь пригласить моего шефа. Кстати, он идёт.
Барбарис выключает магнитофон, музыка обрывается. Входит Богородский.
ИННА (ему): С приездом!
БОГОРОДСКИЙ: Здравствуйте, товарищи! (Пожимает руку Инне, затем каждому из ребят). Вы уж простите мне этот архаизм, но от слова «господа» веет холодом, а «товарищи» намного теплее, правда?.. Пожалуйста, продолжайте, работа есть работа.
ИННА: Они пока в приёмную перейдут.
Полотёры выходят.
БОГОРОДСКИЙ: Ну, как вы тут без меня?… Приказ о назначении Глебовой готов?
ИННА: Ещё нет.
БОГОРОДСКИЙ: А я ведь просил!
ИННА: Через десять минут будет.
БОГОРОДСКИЙ: Как мы всегда спешим огорчить человека и как медлим обрадовать его!… Заканчивайте скорей и давайте на подпись!
ИННА: Я мигом. (Уходит)
В кабинет заглядывает Матильда Ивановна.
МАТИЛЬДА ИВАНОВНА: Можно?
БОГОРОДСКИЙ: Конечно, конечно! (Поднимается, пожимает ей руку). Итак, работа Глебовой понравилась. В Женеве подтвердили её перспективность, даже обещали кое-что подбросить из международного фонда.
МАТИЛЬДА ИВАНОВНА: Подождите радоваться. Возникла неожиданная проблема.
Приёмная.
Инна у компьютера. Ребята натирают пол. Входит Копыто.
КОПЫТО: Приехал?
ИННА: Да.
КОПЫТО: Ты очень бледна.
ИННА: Это признак аристократизма.
КОПЫТО (глядя на полотёров): Ничего жеребцы! Им бы в поле пахать, а они по паркетам шаркают! Из-за таких вот у нас в армии дедовщина! (Заходит в кабинет).
ПАХОМ (растерянно): При чём здесь дедовщина?
ИННА: Не обращай внимания: он внимательно читает газеты и заучивает, с чем надо бороться.
ДАРАНЯН: Обаятельная личность!.. Педагог!.. Большой друг молодёжи!.. Его фамилия не Макаренко?
БАРБАРИС (Инне, кивая на Дараняна): Учти, он старается понравиться.
ИННА: Учла.
БАРБАРИС: А знаешь, с какой целью?
ИННА: Очевидно, с той же, что и ты.
БАРБАРИС: Нет У меня были прямые намеренья, а у него – косвенные: ему нужны подробности о Глебовой.
ИННА (Дараняну): Вы быстро сориентировались!… Как говорят в институте, она учёный с большим будущим. Работает у нас, преподаёт в мединституте, консультирует в больницах и поликлиниках, публикует научные статьи, выступает на симпозиумах… В перспективе – профессор, академик. И вообще… Женщина на главную роль.
БАРБАРИС: Что значит на главную роль?
ИННА: Это значит – не на эпизод.
БАРБАРИС: Ты не права: я к тебе очень хорошо отношусь!
ИННА: При чём здесь ты? Я у тебя даже не эпизод.
БАРБАРИС: А что?
ИННА: Так… Интермедия. Кстати, как поживает твоя Оля?
БАРБАРИС: Отлично.
ИННА: А Лёля?
БАРБАРИС: Прекрасно.
ИННА: А Даша?
БАРБАРИС (поправляя): Маша.
ИННА: Прости, я их путаю.
БАРБАРИС: Я тоже.
Кабинет. Богородский читает какое-то письмо. Копыто и Матильда Ивановна наблюдают за его впечатлением.