Страница 22 из 32
— Когда тебе это приснилось?
— Под утро. Как я встал, Конекомару почти моментально прибежал к вам.
— У меня такое ощущение, будто этот сон — продолжение моего. Он явно привиделся тебе позже того, как меня растормошили.
Бон кивнул.
— В моём сне колокольчик уже упал.
— Сон, посланный демоном, прервали, так что он нашёл другую жертву, с кем бы он довёл задуманное до конца?
Юкио нахмурился и закусил губу.
— У нас тут с вами активный демон, природа которого пока не ясна.
— Прекрасно, — протянула Изуми, — надеюсь, до меня он не доберётся.
— Возможно, это вообще не демон, — сказал бледный Шима.
— А кто тогда? — подозрительно спросил Окумура.
— Призрак.
Все скептически посмотрели на крашеного парня.
— Призрак, от которого разит демонической энергией? Серьёзно? — скептически поинтересовалась Камики у парня, который уже пожалел о том, что озвучил своё предположение.
— Ладно, каждая теория имеет место быть, — Юкио благоразумно подавил возможный спор ещё до того, как тот начался, — я всё записал, так что мы можем уже пойти на встречу с хозяевами дома. В это время они должны быть где-то в саду, если верить вчерашней служанке.
И всё же Рин и Рюдзи, прежде чем присоединиться к остальным в поисках хозяев дома, отправились на задний двор. И там действительно оказался огромное старое дерево, опасно накренившееся над крышей. А под ним расползался небольшой пруд с довольно чистой водой и полным отсутствием какой-либо живности.
— Может, проверим глубину?
— Давай, — Бон усмехнулся, — кто прыгает первый?
— Смотри, не ударься о дно своей причёской.
— Мои волосы сразу же намокнут, придурок.
Тут на плечи парней с двух сторон резко опустились тяжёлые руки, и Юкио уже в который раз посмотрел на них взглядом, благодаря которому им наверняка грозили определённые проблемы. Эксвайр и один полудемон, который вроде бы пока что тоже занимает эту должность, сглотнули.
— Все ждут только вас.
В пруду блеснул кончик золотого хвоста.
***
Судзуки Азэми хмуро посмотрела на присутствующих, сидя внутри удобного кресла, вытащенного из особняка специально для беседки с видом на тот самый пруд, около которого недавно стояли Рин и Рюдзи. У неё были достаточно приятные черты лица, но морщинка между бровями и неухоженные волосы всё портили. Женщина явно не видела никаких причин, чтобы следить за сбой, хотя всё ещё была замужем.
Сам супруг не обращал на неё никакого внимания. Одет он был в строгий костюм такого же фасона, как и у Судзуки-сан, как та просила себя называть. Судзуки Кэзуо попросил вообще не подходить к нему после того, как он ответит на сегодняшние вопросы. Тем не менее, коренастый мужчина в забавных, совершенно круглых, очках не спешил отрываться от чтения своей газеты.
— Судзуки-сан, Вы действительно не видели ничего странного? — Юкио не сдавался.
— Ничего, — женщина была жутко недовольна, — я же уже говорила.
— Возможно, что-то необычное приключилось с другими членами семьи или слугами? С Вами же проживает Ваша сестра с двумя детьми, верно?
— Уверяю вас всех, и они тоже ничего не видели.
Азэми поморщилась, будто бы этот разговор причиняет ей невыносимую головную боль.
Рензо тихо пошутил про то, что он ясно видит Изумо в будущем, и та постаралась его как можно сильнее, но незаметнее пихнуть в бок. Шиеми немного побледнела и тихо попросила их прекратить.
У Юкио нервно дёрнулась бровь, и он покосился на хозяев. Те или правда ничего не заметили, или имели прекрасные актёрские способности вместе с огромными запасами невозмутимости.
Кэзуо недовольно опустил газету и хмуро поинтересовался у присутствующих:
— Я могу идти в дом? Мне не нравится близкое присутствие такого количества незнакомцев.
К слову, Такара и Конекомару ушли расспрашивать других слуг, так что незнакомцев около супругов присутствовало меньше, чем изначально предполагалось.
— Прошу прощения, — сказала Судзуки-сан, — мой муж просто устал от постоянных расспросов.
— Наши коллеги так досаждали вам?
— Речь не о них, — женщина прикрыла глаза и вдруг напряжённо застыла.
Рин отметил нервно дёрнувшийся уголок губ и не преминул выяснить, что же крылось за этими словами. Судзуки-сан явно почти проговорилась о чём-то.
— У вашей семьи проблемы?
— Что? Нет, конечно, — женщина махнула рукой и почти мгновенно взяла себя в руки.
Но уже и Окумура обратил внимание на её немного распрямившуюся спину и дёрнувшийся мизинец Кэзуо-сана, выглядывающий за край газеты.
Бон внимательно осмотрел взрослую пару, не собирающуюся прилагать особых усилий в помощь расследованию.
Они попались на крючок, только сами до конца этого и не осознали.
— Тогда Вы не могли бы рассказать значение этих ленточек, разбросанных по вашему саду? — хмуро спросил парень, желая вернуться в интересующее его место.
— О, это просто мусор, которые слуги никак не соберутся убрать.
Женщина блефовала. И теперь это было видно отчётливо. Видимо, была затронута та тема, в которой её маска абсолютно отстранённого человека трескалась, и Судзуки-сан не могла с этим совладать.
— Так почему же Вы не соберёте ленты сами? — продолжил Сугуро.
Азэми распахнула глаза. И в этот раз её эмоции были не наигранными.
— Вы что? Это же работа слуг!
Рин тоже покосился на Бона, так как был согласен с Судзуки-сан в этом плане. Странно убирать что-то самому, если для этого есть специальные люди. Причём, эти люди как бы получают за свою работу зарплату.
— Судзуки-сан, — со стороны входа в беседку послышался тихий девичий голос. Перед эксвайрами, их преподавателем и хозяевами особняка появилась маленькая девочка в цветном кимоно. Она прижимала к себе большого плюшевого медведя. — Я взяла Вашу детскую игрушку. Вы не против?
У девочки были очаровательные голубые глаза, доставшиеся от отца-иностранца и милые ямочки на щеках, которые стали видны, когда она неловко улыбнулась и прижала к себе игрушку сильнее.
Судзуки-сан поджала губы.
— Положи её на место. И я ведь говорила не высовывать нос из дома без спроса.
Девочка расстроено опустила глаза и побежала обратно в особняк, старательно оббегая разбросанные золотые ленточки. Морияма широко распахнула глаза и бросилась за ней, так как Юкио не успел схватить её за руку.
— Вы запретили ребёнку взять игрушку? — недовольно спросила Камики, — правда?
Азэми кинула на неё ледяной взгляд.
— Эту игрушку никому нельзя трогать. Она…
— Она что? — проворно вставил свой вопрос Бон.
Юкио мысленно просил всевышние силы, чтобы Судзуки-сан это не расценила как откровенную грубость. И то, что Шиеми решила так просто уйти, не попрощавшись, тоже. Тем более, за племянницей хозяйки.
— Да ты прямо детектив, — ехидно заметил Рин.
Он вообще старался везти себя спокойно, хотя хотелось вскочить и уйти куда-нибудь. Беседа затянулась, и Куроде было откровенно скучно.
Лучше бы он ушёл за Такарой.
— Недавно она принадлежала нашей дочери. — Никто не ожидал того, что это скажет Кэзуо-сан. Даже его супруга была удивлена. — Месяц назад Акира умерла от рака. На этом всё. Мне пора уходить на встречу.
Окумура пару раз моргнул, вспоминая, читал ли об этом в отчётах.
Получалось, что нет.
Кажется, именно эту информацию так не хотели выдавать неприветливые супруги. Наверное, все соседи уже успели перемыть пострадавшей семье каждую косточку. Юкио прекрасно знал, что это такое, и не винил их. Теперь он взглянул на хмурую женщину по-другому. Не каждый в силах выдержать сначала гибель своего ребёнка, а потом постоянные расспросы работников их организации, закончившиеся высылом целой группы на задание в этот особняк.
Золотая лента — символ проблемы детского рака. Как он не вспомнил раньше?
Рин, тем временем, отвлёкся от разглядывания щелей на деревянном потолке и успел отметить, как зло Судзуки-сан посмотрела на супруга. Полудемон взял этот факт на заметку.