Страница 89 из 100
Ахнули все. Я упала на стул, Дмитрин вскочил. Даже у Гнездова удивленно распахнулись глаза. Только Царев продолжал тяжело смотреть на него.
- Значит вот как? – не веря ушам, спросил Игорь.
У Царева ни один мускул не дрогнул, он ждал ответа, не переводя с Игоря тяжелого взгляда.
- Может, вы остынете и продолжите разговор позже? – Дмитрин в успокаивающем жесте положил руку на плечо Ивана. Тот раздраженно ее сбросил.
- Не встревай! – рыкнул он.
- Прекратите, пожалуйста, - прошептала я. По щеке скатилась слеза.
Гнездов разозлено посмотрел на меня.
- Ты этого хочешь? Все рушится из-за тебя. И это только начало.
Я растерянно посмотрела на него и встала, чтоб уйти.
- Говори со мной! – вскричал Царев и отбросил стул, на котором я только что сидела. Я испуганно прикрыла руками рот. Что сейчас будет? Дмитрин встал между ними. Гнездов тоже повысил голос.
- Я уже все сказал! Я не собираюсь принимать ее! Я хочу, чтоб ее не было! Твой отец уничтожит ее и всех нас. Ты портишь свою жизнь! И я не хочу участвовать в этом!
- Из-за страха перед моим отцом ты готов бросить меня? Я не верю, что это говорит мой друг! Какой из тебя друг тогда? Проваливай! Давай!
Они оба кричали. Вся Империаль затаила дыхание. Неслыханное событие. Ссора святой троицы. И все из-за какой-то безызвестной меня.
- Я надеюсь, что это поможет тебе понять, что ей не место рядом с тобой. И дружбу рушишь ты. Из-за нелепой девки. Которая никогда не сможет нам соответствовать.
Это стало последней каплей. Царев кинулся на Гнездова, но Дмитрин успел удержать его и удар не достал до адресата, а попал частично по Юре. Я бросилась к нему, схватила за руку, пытаясь оттащить и успокоить одновременно. Как Анна Коренина под поезд.
- Прекрати! Хватит! Пожалуйста! – уже рыдала я.
Гнездов лишь горько посмотрел на нас и зашагал к выходу. Царев повернулся ко мне с непониманием. Я пыталась сдержать истерику, но всхлипы прорывались вместе со словами.
- Отвези меня домой, пожалуйста.
Царев сбросил с себя нас с Юрой и размашистым шагом пошел к выходу. Я, неуверенная, стоит ли идти за ним растерянно посмотрела ему в след. Через метров десять он остановился и позвал меня сухим «идем».
В машине царила ужасная атмосфера. Иван пылал невыплеснутой злостью и несся по трассе. Страх перед его ездой остановил мои рыдания и все мои силы уходили лишь на то, чтоб хвататься за подлокотники. Как будто это меня спасет, если мы сейчас влетим во встречку. Откуда взяться встречке? Да мы мчим по встречной, объезжая пробку. И где эти гаишники, когда они так нужны?! Остановите его кто-нибудь.
- Остановись! – потребовала я тихо, - Меня сейчас вырвет.
Как я знаю, это самый аргументный аргумент, чтоб остановить машину. Мне Димка говорил. Царев бросил на меня потерянный взгляд. Кажется, он забыл о моем присутствии. Он сбросил скорость и свернул в один из переулков. С трудом оторвав пальцы от кожаных подлокотников на дрожащих ногах я выбралась из авто. Вдохнув полной грудью загазованный воздух я рухнула на корточки. Внутри все тряслось. Царев вышел тоже и опустился на капот рядом, прикуривая.
- Прости. Я так зол. Увлекся. Этот придурок…
- Прав, - выдохнула я. – Он прав и ты поэтому зол.
- Хоть ты не говори ерунды, потому что… - предупреждающе начал он, но я подняла руку.
- Пожалуйста, дай мне закончить. Это все не мое, мне не подходит такая жизнь. Быть все время на виду, дорогие авто, подарки… я не подхожу для этого. Я стану посмешищем. Я уже им стала. Не по Сеньке шапка. Я обычная девушка, хочу обычного парня. Не хочу быть приживалкой. Я действительно никогда не смогу соответствовать тебе. И это не плохо, я не чувствую себя хуже тебя, просто я другая, из другого мира. Из обычного…
Я говорила то, что копилось во мне эти дни. Я действительно чувствую себя нелепо, когда на меня все так смотрят. Не в своей тарелке. А что будет дальше? Люди его круга ходят по всяким приемам и светским вечеринкам. Он не сможет вывести меня на них. А если выведет, то мы станем предметом сплетен. И что я там буду делать? Никого не зная, ничего не зная. Буду тенью ходить за Иваном и глупо улыбаться? Потому что о чем я могу говорить с ними, людьми его круга. Я не хочу и боюсь выглядеть глупо. Но я точно буду так выглядеть. Стану причиной его позора. Он начнет меня стесняться. Даже думать об этом унизительно.
- Из другого мира значит? – прищурился он, а я поняла, что своей речью вырвала чеку из гранаты и всю злость он сейчас сорвет на мне. – Обычного парня хочешь? Да, меня трудно назвать обычным, а среда, в которой мы живем, отличается! Но почему я готов бороться за нас, а ты сидишь и ноешь?! Разве эти дни не были прекрасными? Почему говоришь мне, что хочешь кого-то другого, когда я готов отказаться от лучшего друга, семьи, да всего, черт возьми!? Хочешь обычного? Работягу с завода? Нечесаного, тупого, пьющего пиво, детей кучу и вечную нищету? Я видел это в «твоем мире».
Это уже было чересчур! Каждое слово било хлыстом. И снова этот ледяной и презрительный тон. Я тоже разозлилась.
- Да, такой мой мир и такой мой уровень! И даже если у него не будет денег, но он будет спокойнее и добрее тебя – я с радостью нарожаю ему хоть дюжину детей! И ему не придется ради меня от друзей отказываться! А ты найди себе гламурную стерву, у которой соответствующее количество денег и выгодных связей! И все будут счастливы!
Все это я выплеснула ему в лицо, встав прямо перед ним. И в чем я не права? По его глазам поняла, что во всем.
- С удовольствием бы влюбился в кого-то поумнее, похрабрее и с соответствующими доходами, но вот уж не повезло! Ты такая негламурная появилась! Да, я влюбился в самую неподходящую девушку на планете, но я готов перебороть все помехи. А ты сможешь полюбить своего обычного парня?
- Кого угодно смогу! Кроме тебя, потому что ты самый невыносимый человек в мире!!! Такого вообще невозможно полюбить!
Мы снова, как раньше, стояли и орали друг на друга во все горло.
- Отлично, тогда я больше не стану тебе надоедать. И есть в мире, по крайней мере, один человек, невыносимее меня. Это ты. Скоро ты поймешь, какой дурой была.
- Я-то все пойму, а вот ты никогда не поймешь, какой ты на самом деле осел, потому что ты не просто осел, а безмозглый осел! Я ухожу! И не ходи за мной!
- Отлично! Я и не собирался!
- Отлично!
Взвыв, я развернулась на каблуках и потопала в неизвестном направлении. Главное, чтоб подальше от этого идиота! Как можно быть таким?! С ним невозможно говорить! Он же ничего не хочет слышать! Ничего не понимает. Уперся своим ослиным рогом и стоит на своем! Упрямый баран. Ненавижу!
На повороте я оглянулась, он все еще стоял у машины и смотрел мне в след со злобной миной. Встретившись глазами, мы ядовито усмехнулись и гордо отвернулись.
Топая по незнакомому переулку, я вышла к остановке. Не сильно представляю, где нахожусь. Ну, как учила мама, зная о моем топографическом кретинизме, доберись сначала до места, из которого знаешь дорогу домой. Гениальный совет.
Дорога домой заняла два часа. Этого времени хватило, чтоб в подробностях вспомнить ссору и разобрать ее по кирпичикам. Все же я слишком много наговорила со злости. Нет, он, разумеется, сам во всем виноват! Тоже много чего наговорил! Особенно про работягу обидно было. Этим он как бы ткнул меня носом в мое социальное положение. Вернее в разницу между ним и мной. Значит и сам понимает, насколько она велика.
Но он говорит, что для него это лишь незначительная преграда, которую он преодолеет… что он любит меня…
Нет! Он сказал, что жалеет об этом, о том, что влюбился в такую, как я! И что я глупая и трусливая! Но это не трусость, я просто констатирую факт: мы не пара! Это невозможно! И это всегда будет стоять между нами. Да и чего я вообще зациклилась, еще сто себе таких найду!
Ну, не таких, он такой один…
Да, не таких! Лучше найду! Обычного парня. Доброго и заботливого.