Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 50 из 100

- Лицо может перекосить при инсульте, а не инфаркте, - на автомате поправила я. Тупица. И это я не только о нем.

- Или при врожденном уродстве. – усмешка царя немного увяла.

- Тебе ли не знать об уродствах. – ляпнула я. Веселость Царева слетела мгновенно и он приблизился почти вплотную.

- Это ты о чем? – прошипел он так близко, что я почувствовала его дыхание. Малина?! От Царева пахнет малинкой??? Почему, черт возьми, от него так пахнет?! Я хихикнула. Истерически. Поверить не могу, что от великого и ужасного пахнет малинкой! Не хвоей или сандаловым деревом – мужские ароматы, не дорогущими духами с феромонами, от которых подкашиваются ноги у дам, а ягодками. Я засмеялась, а Царев отшатнулся и уставился с опасением.

- Шизофреничка, - поставил диагноз он.

- Это от страха, - поддержал Истомин тихонько.

Я перестала смеяться. Действительно, не к месту это все.

- От ненависти, - поправила я.

- Взаимно, - рыкнул Царев.

- Радует. Можешь избить меня за это. Только сам, а не руками своих тупорылых рабов, как вчера на лестнице.

Я продолжала сидеть на стуле сложив руки на груди и закинув ногу на ногу, чтоб не тряслись ни одни, ни другие. Вставать смысла не было, все равно снизу вверх смотреть. Если только на стул встать, но, боюсь, это несколько испортит эффект.

- Бредишь. Опять приняла что-то? – Царев скучающе уселся на стол. – Как тогда, на маскараде, - напомнил и мстительно сощурился.

- Хочешь сказать, что я вру? – изогнула иронично бровь, он пожал плечами на мой вопрос. – Зачем мне это делать?

- А мне зачем? – едва не зевая спросил Царев.

- Известно зачем, мне сообщили это твои дружки. «Будем бить тебя каждый день, пока не исчезнешь из Империаль»  - процитировала я.

- По-твоему, другого способа у меня нет? – насмешливо протянул он, но я заметила, как побелели костяшки пальцев. Врет? Или злится?

- Очевидно, твой маленький мозг не придумал ничего более изящного, - презрительно бросила я. Зря я это сделала. Потому что Царев прищурился и навис надо мной снежной лавиной.

- Более изящно не для тебя. Для тебя щелчок пальцев, - он щелкнул, - и тебя отчислили. Еще щелчок, и тебя никуда не принимают. Щелчок - и твоих документов вообще нет. Щелчок – и тебя нет. Это настолько просто, так зачем мне напрягаться ради тебя? Если бы я хотел тебя избить, то сам бы не стал марать о тебя руки, да, но присутствовал бы обязательно. Разве можно пропустить удовольствие видеть твои мучения и слышать мольбы прекратить. Сломать тебя было бы прекрасно, но я не сделаю это так. Это скучно и слишком просто. Но никогда не поздно передумать. Так что думай, прежде чем изрыгнуть своим кривым ртом очередную нелепость в мой адрес. Помни об этом каждую секунду. И жди, когда мне надоест играть с тобой, и ты исчезнешь. Ха, с одной стороны не наглей, а с другой не будь скучной. Сложновато для такой тупицы.

Я слушала и не перебивала, чтоб этот козел высказал все, что хотел. В его словах есть смысл. Но кто и зачем тогда сделал это? О, кто же это может быть? У меня только пара сотен кандидатов. Да любой здесь способен на такое, чтоб выслужиться перед Царевым. Может, это Гнездов так старается меня выгнать? Хватит у него на такое подлости? Я не знаю, какой он человек. И как я могла восхищаться им?

- Закончил? Теперь по пунктам. Во-первых я скорей язык себе откушу, чем буду молить тебя о чем-то. Во-вторых, я с удовольствием нашла бы свои документы на входе, чтоб никогда не появиться в этих стенах снова, так что жду щелчка, - я щелкнула у него перед лицом, не заметив, как встала. – И в-треть…

- Так какого черта ты все еще здесь? Нравится быть клоунессой? Помнится, я уже спрашивал об этом. – перебил меня этот гиббон, сделав задумчивую морду.

- Кажется, о хороших манерах ты успел забыть. Пора перечитать книжечку. Перебивать – не культурно. Я все еще здесь, потому что мне семнадцать, и я не могу сама принимать решения, а мама решила что Империаль – именно то место, где я должна учиться. Хотя…

Какого черта я оправдываюсь?! Царев поднял в удивлении брови.

- Так ты еще и малолетняя?

- Так ты еще и глухой? Или тупой? Перебивать – не хорошо! – вызверилась я.

- Дерзить старшим – не хорошо, - усмехнулся Царев и положил руку мне на макушку, - Ну, подрастешь – поймешь!

Я чуть не лопнула от злости! Настолько тупым не может быть даже Царев.

- Судя по тебе, не факт. Как там говорят, двадцать лет, а ума все нет? Длинный, как дерево секвойя! И мозг у тебя деревянный!

В порыве злости я ткнула пальцем ему в грудь. Как же раздражает, что я настолько ниже его ростом! Я аж отупела от ярости! Ничего остроумного в голову не приходит! Как обидно!

- Это ты слишком короткая. Хоть каблуки носи, чтоб не затоптали. Хотя и они не спасали тебя на маскараде, едва макушкой мне до подбородка доставала. Ходули! – хохотнул Царев, - Точно, это же решение. Можешь не благодарить, хоббит.

Этот придурок! Смеется! В лицо мне смеется! Да я его задушу сейчас!!!

- Если я хоббит, то ты тролль! Огромный, уродливый и вонючий, сбежавший из лесу, судя по манерам! – завопила я и толкнула его.

Его пошатнуло, но он лишь засмеялся. А когда я бросилась на него с кулаками, то уперся ладонью мне в лоб, сдерживая так, что я не могла до него достать. Я с силой ударила по руке и схватила его за грудки. Он самодовольно усмехаясь посмотрел мне в лицо, приподняв одну бровь. В глазах так и читалось «Ну и что ты можешь?» И правда. Что же я могу сделать ему? Я должна что-то сделать… Чтобы стереть эту мерзкую ухмылку. Но голова отказывалась работать.

«Слишком близко» - вспыхнула мысль. Совершенно некстати вспомнился маскарад и требования о поцелуе. Тогда тоже было слишком близко. Невольно я посмотрела на его губы. Ухмылка на них увяла. Какая же неуместная поза!

- Тише, Моська, - выдавил он за мгновение до того, как я испуганно отшатнулась.

И чего я испугалась? Щеки запылали. Как неловко. И где Истомин? И какого я так разозлилась? Надо сохранять хладнокровие. Я волком посмотрела на Царева, тот отвел глаза и нахмурился. Засунув руки в карманы, он оторвался от стола и молча пошел к двери. Стоп, он меня Моськой назвал?

- На слона ты не тянешь, дрищь. – слишком громко прошептала вслед я и прикусила язык. Это было все равно, что нажать стоп-кран, потому что Царев замер у двери с поднятой рукой. Сейчас этой самой рукой он меня в пол и вобьет.

Но он лишь глубоко вздохнул и открыл дверь. Я облегченно выдохнула. Чтоб через секунду пнуть стул от досады, потому что за закрытой дверью услышала громкое «зато ты – вылитая Моська».

Глава 18

Глава 18

**

И что это только что было? Смущение? У меня? Не может быть. Я шел по людным коридорам к спорткомплексу. Я ведь даже в душ не успел сходить – так торопился поймать эту выскочку. Вычислить, откуда шла трансляция, не составило труда, ведь она постоянно ошивается у этого червя компьютерного. Убедила этого слизняка помогать ей. Не просто помогать, а выступить против меня. Невероятная девчонка.

Я усмехнулся. Бросить вызов мне! Еще и таким способом. Чтоб я не мог не согласиться. Не мог не принять ее правила. Умно. Но я и так давно по ним играю. Сам не заметил, как втянулся. Все же она сильно отличается от… всех. Только в чем она опять меня обвинила? Из-за каких-то дегенератов меня уже во второй раз незаслуженно обвинили.

Я вспомнил вчерашний вечер и мое дежурство под ее окнами. Да, чувствуя себя жалким придурком, я стоял и курил у своей машины, таращась в ее окно, не понимая, с чего меня вдруг занесло в ее спальный район. Теперь понятно, из-за чего она вчера рыдала. Поверить не могу, какие-то слизняки, кто бы они ни были, довели ее до слез, а злится она на меня! Как же бесит, что она даже рыдала не из-за меня! А из-за каких-то ушлепков, пренебрегших моим приказом не прикасаться к моей игрушке! И все из-за нее!

Она пошатнула мою власть. Пора напомнить всем, что мое милосердие ограничивается моими друзьями и моими вещами. Я их предупреждал, что моя игрушка неприкосновенна. Дважды. Пора наказать тупиц. И лучше устроить публичную казнь, чтоб другим неповадно было. И сделать это сегодня. Кафе подойдет для этой цели отлично. На большом перерыве там весь университет.