Страница 30 из 52
— Алекс, я свернула на следующую дорогу, я у большого дуба, — сообщила Тони.
— Оставайся там.
В зеркале заднего вида возникло пятнышко: за мной двигался автомобиль. Еще один «дракон» или нас обложили и преследуют? Но кто? Полиция? При этой мысли сердце у меня трепыхнулось, но скоро автомобиль исчез. Я сбавил скорость, оглянулся — с поля поднялось облако пыли. Хорошо — значит, еще один «дракон» рулит туда. Мы не ошиблись: это, должно быть, общий сбор.
Впереди показался здоровенный дуб и белая машина Тони. Она стояла за деревом, нацелив объектив — очень длинный — на дорогу, по которой пылил Тайлер. Я подъехал к ней вплотную.
— Видишь что-нибудь? — спросил я, выбираясь из машины.
— Похоже, они оставляют машины вон у тех деревьев, — сказала она, не отрываясь от объектива. — По крайней мере, там перестает пылить.
Я вгляделся — за полем исчерна-зеленая полоса деревьев. Вполне подходящее место для парковки.
— Там по-настоящему крутой обрыв к реке, — сказал я.
Я как-то был с компанией на висконсинской стороне Сент-Крой. Мы парковались наверху, а потом грохотали вниз по отвесу к хижине. Так что Тайлер и его приятели-«драконы» оставляют машины здесь, а потом спускаются к своей черной нирване.
У меня внезапно заколотилось в висках, в глазах зарябило. Я прислонился к машине Тони, взялся за лоб. Черт побери. Закрыл глаза. Что это — начало ужасной мигрени? Предчувствие того, что должно случиться?
— Алекс, может быть, лучше прерваться? Мы можем…
Нет, нельзя останавливаться, нельзя уходить. Мы прорвались слишком далеко. Надо идти до конца. Я помотал головой, отбиваясь от страха и боли, открыл глаза.
Тони повернулась ко мне и сказала:
— Так что мы делаем? Пробираемся вниз?
— Ага. Я думаю, проедем по этой дороге, потом проберемся туда — наверное, пешком.
Вот что мы сделаем, думал я, глядя на проселок за спиной у Тони. Проедем до упора, повернем налево. Там должно быть место, где можно оставить машину. Потом — к деревьям. Мысленно я уже видел это место — там нас ждет беда. Я знал, что не надо туда идти, не надо зарываться — лучше повернуть назад. Но я не мог остановить неизбежное, и главное, здесь было много, слишком много того, что нам следовало узнать.
ГЛАВА 17
Мы оставили мою машину на дороге, у кукурузного поля, сели в машину Тони и двинули к реке. Проселок был ухабист и становился все ýже и ýже. Показалась фермерская усадьба, окруженная огромными дубами и соснами. Красивый белый дом — конечно же, обшитый досками. Красивый амбар — конечно же, красный. И сверкающее алюминиевое силосохранилище. Процветающее хозяйство: зеленый чистый двор, не видно ни мусора, ни битых, брошенных автомобилей.
— Приехали? — спросила Тони, когда дорога стала совсем узкой.
— Ты езжай, езжай, — сказал я.
Мы проехали мимо дома — залаяла собака, побежала следом. Женщина вешала на веревку простыни. Обернулась. Я помахал ей. Она кивнула.
Когда уже казалось, что дорога упирается в стену сирени, обнаружился просвет. Узкая колея шла дальше — возможно, к жилью у реки. Тони зарулила туда, и дорога повела нас вниз, опять через кукурузные поля, вдоль каких-то старых изгородей, к стене деревьев. Там должен быть обрыв, подумал я.
Так и оказалось. На опушке проселок взял влево и пошел через густой лес, к небольшой поляне — месту для парковки, — и затем направо, к небольшому навесу, от которого уходила вниз узкая рельсовая колея.
— Обрыв слишком крут для дороги, — сказал я. — Поэтому хозяева хижин обзаводятся рельсовыми тележками.
— Выглядит романтично.
Я кивнул. Наверное. Маленькие домики и маленькие вагонетки. Мы миновали еще две или три такие штуки, и дорога закончилась круглой поляной. Место для разворота. Отсюда придется топать ножками. Тони остановила машину, мы вышли.
Я показал на электрические провода, уходящие в лес.
— Они приведут нас куда надо. Тайлер, скорее всего, оставил машину на следующей поляне.
Тони повесила свою фотосумку через плечо, и мы двинулись, пробираясь сквозь высокую траву и обходя кусты. Чем дальше, тем гуще и неприютней становился лес, а весенний закатный свет потихоньку угасал. Приближался вечер. Я взглянул на часы. Луна скоро взойдет, начнется затмение, и нам надо найти банду и сделать фото, пока хватает света.
Мы пересекли небольшой овраг и вышли к березовой роще с редкими соснами. Тут-то я и услышал их первый раз. «Драконов». Их было по меньшей мере двое. Говорили они басисто, негромко — слов не разобрать. Я показал в ту сторону, пригнулся и пробрался повыше, к кустам. Тони передвинулась ко мне — фотоаппарат теперь висел у нее на шее. Она подняла руку и шепнула:
— Вон там.
Да. Две фигуры. Нет, три. Все — молодые парни. Высокие. В драных черных джинсах и таких же футболках. Один бритоголовый, двое других — просто подонки. Или, скорее, — крутые парни. Такие околачиваются в заведениях для рокеров; по крайней мере, так они выглядели. Не важно. Одно знаю: не та публика, с которой я стал бы связываться в городе, а в глухом лесу тем более.
Щелк-щелк-щелк. Камера Тони щелкала и жужжала, запечатлевая этих молодцов на пленку. Ни один из них не мог быть таинственным приятелем Лиз, они были слишком молоды, но я понимал, зачем Тони снимает всех подряд. Эти снимки тоже могут послужить уликой. Особенно если удастся снять лица. В тот раз все были в масках, но сейчас лица открыты.
Они подошли к обрыву и перевалили через его край. Мы с Тони обшарили глазами лес: не идет ли кто еще, нет ли Роба Тайлера и, что более важно, не выставили ли они караульных. Это меня беспокоило больше всего. «Драконы», шныряющие по лесу и высматривающие чужаков… Однако никого не было — насколько мы могли заметить. Тони подтолкнула меня и кивнула в сторону обрыва.
Мы полезли вниз, оскальзываясь, хватаясь за кусты, чтобы не свалиться. Я все время оглядывался по сторонам. Так мы продвинулись футов на сто, и неожиданно сквозь свежую зелень деревьев стала видна темная лента реки. Здесь она шириной в полмили. Сент-Крой. Мелькнул висконсинский берег; последние закатные лучи еще заливали его откосы. Тони шла впереди. Она протянула руку — я тихо спустился к ней, вгляделся в серый сумрак леса и увидел языки пламени, лижущие вторгающуюся тьму. Костер.
— Света достаточно? — шепнул я.
— В самый раз, но нужно подойти поближе.
Предупреждая об опасности, в висках застучала кровь. Я, однако, не обратил на это внимания, и мы поползли дальше — наискосок вниз, в сторону сборища. Почти сразу я увидел первого — он обходил костер. Без рубашки, лицо под маской. Их там было двое или трое, но вдруг откуда-то возникли еще десятка два. Наверняка там был и Тайлер. Не иначе. Но вот вопрос: есть ли на этой встрече старшие «драконы».
Я скользнул за дерево и попытался представить себе, что они станут делать, что выкинут в честь лунного затмения. Костер, это ясно, а что еще? Жива ли светловолосая молодая женщина, принесут ли ее в жертву этой ночью? И тут я понял, какого дурака мы сваляли: здесь-то никого не позовешь на помощь…
Лесную тишину расколол мужской вопль. Тони скрючилась, подобралась к ним еще ближе, встала за деревом, подняла камеру, навела, щелкнула. Телеобъектив позволял ей снимать издалека и получать хорошие кадры, но трудность была в ином. Мешали деревья. Надо было подойти поближе, чтобы ветви и стволы не закрывали картину. И чем ближе мы подходили, тем больше «драконов» видели. Они ходили хороводом вокруг костра, рычали нараспев — низкие голоса, ритмическая декламация.
Я потихоньку сполз еще ниже и вот тогда заметил одного из пожилых мужчин. Лицо, конечно, скрыто маской, но видны седые волосы на груди. Я оглянулся и показал Тони, куда смотреть, — она вытянула шею и тоже увидела его. Но она стояла выше меня, далековато, и теперь, пригнувшись, перебежала ко мне. Свет угасал очень быстро, у Тони оставались считанные секунды для съемки. Я заметил какое-то движение за костром, у самого берега. Любопытство гнало меня, я рискнул спуститься еще ниже и увидел лодку, а рядом двух парней. Нет, там было не двое, а трое. В середине — массивный, среднего роста. Не один ли это из пожилых, которых мы видели в прошлый раз? Пригнувшись к земле, я двинулся вперед, бесшумно ступая по палым листьям, и разглядел, что там каноэ, загруженное дровами. Собираются зажечь погребальный костер и пустить его по воде? Если так, я все же надеялся, что труп на нем не поедет. А кто вон тот, на берегу, прямо над каноэ? Костлявый малый? Не Тайлер ли в маске?