Страница 37 из 116
— Недостаточно сильные? — Макс резко пнул стул, на котором перед этим была его нога.
От пинка мебель пролетела расстояние к стене и, врезавшись в нее с грохотом, перевернулась.
— Ей, родственник, мебель не тронь, — сердито осадил его кузен, махнув рукой. — Не дома. Свою комнату будешь громить.
— Извини, — буркнул Макс и начал беспокойно расхаживать по комнате. — Но все те, кто прижать этого выскочку, были отброшены ни с чем. А среди них были не хилые волки, все они старшекурсники.
— Кирдан был отличным волком, — проговорил Двэйн, вспоминая одногруппника. — Собачьему отродью повезло, иначе он точно разделался бы с ним. Но тот выбрал для этого неудачный момент и метод.
— Ага, но и все наши методы совершенно бездейственны, — возразил Макс. — Все, чтобы мы не делали, не помогает. Даже наоборот, вместо того, чтобы задавить, унизить, подорвать репутацию и сломить его, сделали сильнее. Он стал только агрессивнее и злее!
Двэйн качнул отрицательно головой и замычал, сжимая в зубах сигарету.
— Это как раз то, что и нужно, — с философским видом проговорил он. — Злость, дорогой кузен, ослепляет, заставляет терять бдительность и совершать глупости. Чем злее он будет, тем меньше будет его настороженность. Останется подвести его к нужной черте, и он сам споткнется, а нам останется затянуть капкан. Будто не знаешь, что чем больше жертва в петле дергается, тем туже она затягивается. Вам, малолеткам, нужно еще учиться и учиться.
— Но после случая с придурком Кирданом, смотрители глаз с выродка не спускают, — прорычал Макс. — Боятся, что с ним что-то случится. Это и дураку видно. Потом им отвечай за него перед стаей.
— Это я тоже заметил. — Хмыкнул Двэйн, стряхивая пепел, и вдался в рассуждения: — Но я удивляюсь, как руководство универа вообще могло допустить такую особь обучаться наравне с остальными волками. Люди нам не ровня. Они даже в рабы с трудом годятся. Слабые и беспомощные. И вот тебе на результат — помесь с этими бесхребетными созданиями среди нас. Мерзость.
Он брезгливо сплюнул в пепельницу.
— То-то он мне никогда не нравился, — поморщился Макс. — Но если ты попытаешься расправиться с ним на виду у всех, тебе не позволят этого.
— А кто говорит, что мы будем делать что-то на виду у всех, как остальные?
Макс резко остановился и внимательно посмотрел на кузена. Тот сидел и загадочно улыбался, разглядывая перед собой выпущенные клубы дыма.
— У тебя есть план? — со злорадной улыбкой спросил Макс.
— Не могу сказать, что это план, — ответил он, переведя взгляд на сородича. — Скорее действовать больше придется по обстоятельствам. Но определенная цель имеется.
— Поделишься? — сконфужено спросил Макс.
— Общими чертами, — нехотя ответил Двэйн, — а то ж ты с перепуга может все кому-нибудь выболтать.
— Ты что, мне не доверяешь? — обижено спросил младший.
— Считай, что оберегаю, — усмехнулся Двэйн. — Меньше народу знает, больше шансов на успех.
Двэйн Тарлин не забыл про меня, как я, было, подумал после случая с Шафранэком. Он просто притих, а когда все улеглось, опять поднял хвост. Видать, Макс также пожаловался на мои угрозы. Он не упускал момента, чтобы снова подловить меня одного. И это легко ему давалось, потому что я, в отличие от него, не таскал за собой свору прихвостней.
— О, кого я вижу, — услышал я за спиной, как обычно, сидя за столиком. — Не наш ли это песик?
Не смотря на снегопады, столики усилиями обслуживающего персонала университета всегда были убраны и пригодны к использованию. Назойливая троица подкатила ко мне, рассаживаясь по разным сторонам. Один его приближенный уселся с другой стороны от меня, второй напротив нас.
— Сегодня без намордника? — насмешливо спросил Двэйн.
— Тебе просто скучно или нравится нарываться? — стараясь сохранять полное спокойствие, спросил я.
— Неужто испугался, али как? — засмеялся он, разместившись рядом и облокотившись на стол. — Может, еще загавкаешь?
Еще один способ поддеть. Волки не гавкали, а лай был признаком страха.
— Или опять завоешь ультразвуком? — он подмигнул, видя отсутствие реакции с моей стороны.
— А ты тоже претендуешь на мою силу? — вызывающе поинтересовался я. — Хочешь последовать за Кирданом?
— Было бы на что претендовать, — с издевкой хмыкнул старшекурсник, склонив голову набок и обводя меня оценивающим взглядом. — Ты же у нас что-то неопределенное.
— Заразиться уже не боишься? — скривился я, покосившись на него.
— Ну, так тебя же вроде с лазарета выпустили, значит — незаразный. К тому же, мы окончательно не выяснили, кто ты есть, — хмыкнул Двэйн непринужденным тоном, будто вел задушевную беседу.
— Если ты хочешь выяснять отношения, то давай выйдем на арену, — прямо предложил я.
Надоели эти придирки и оскалы, и я готов был драться с ним, если он примет предложение. Мне не привыкать. Двэйн нахмурился, поджав губы, смотря на меня косо. Я более чем уверен, что в честном бою одержу над ним победу.
— Я с грязной помесью на арену не выйду, — надменно проговорил он. — Ты недостоин, чтобы сражаться со мной. Волк не опустится до драки с собакой.
— Или ты просто боишься, что я надеру тебе зад, — задумчиво ответил я с улыбкой, даже не глядя на него. — Если Макса оттрепал, а так как вы родственники, то и с тобой справлюсь. И ты не первый старшекурсник, кто пытается помериться со мной силой.
Думаю, что он был наслышан не только о Шафранэке, но и Волафе и Эльдаре, порывавшегося меряться силой со мной. Эти стычки происходили при множестве свидетелей, так что слухи расходились быстро. Рядом послышалось глухое рычание. Двэйн придвинулся ко мне, угрожающе нависая. Но вдруг его дружок, сидевший напротив нас, предупредил, что поблизости показался смотритель. Двэйн оглянулся и отклонился от меня.
— Если бы ты действительно был чистокровным волком, — проговорил он более спокойно, — то я, не раздумывая, выволок тебя на арену и растерзал.
Он изобразил расстроенный вид.
— Так в чем дело? — с беззаботным видом спросил я, чувствуя преимущество на своей стороне. — Я чистокровный волк. А если ты веришь глупым предрассудкам, то дурак.
— Но ты сам признался Арише, что твоя мать — человек, — возразил он.
Конечно, эта информация достигла многих, благодаря болтливой сучке. Чего уж было отпираться, оставалось только признать.
— Была, — уточнил я. — А теперь она полноправная волчица, по воле Звериного Бога. Или ты сомневаешься в правильности его деяний?
— Она, может, и волчица, — видно было, что не осмеливался сомневаться в деяниях божества. — А в тебе сомневаюсь, — ответил он, вроде поостыв, и переводя жесткий разговор в непринужденную беседу.
Но как-то мне не понравилось это его отступление и странный заинтересованный блеск в глазах. Только рвался растерзать, а тут перешел на задушевное общение.
— Ну, то уже твое дело: сомневаться или нет, — отозвался я, не поддаваясь на дружественный тон. — Каждый имеет право на собственное мнение, даже вопреки фактам. Шафранэк тоже имел свое и поплатился за него. Так что, просто отвали от меня и больше не приближайся.
Я рискнул на попытку отогнать его словесным предупреждением.
— Ты еще мне и угрожаешь, псина? — рыкнул Двэйн.
Снова резкая смена в поведении и снова оскорбления. Значит, прежнее спокойствие было маской.
— Я не псина! — прорычал я, не сдержавшись.
— Еще скажи, что у тебя нет проблем со звероформой и нет блох, — засмеялся Двэйн.
— У меня нет блох! — рассержено рыкнул я. — И я прекрасно справляюсь со своей звероформой.
Гад точно знал о моих злоключениях. Либо Макс все рассказал, либо он сам был причастен к ним вместе с братцем.
— Ну, так докажи, что ты не человек, — дерзко проговорил Двэйн, смотря на меня исподлобья. — Что в тебе нет ничего человеческого, и ты — чистокровный волк.
— Я не обязан ничего тебе доказывать, — отмахнулся я, понимая, что он пытается втянуть меня во что-то нехорошее, и стал подниматься из-за стола.