Страница 11 из 41
-Цель на 4 этаже. Скинул респиратор. Исследую этаж.
Ты слышишь, как мерными шагами неведомый убийца надвигается к тебе. Ты понимаешь, что он обязательно тебя найдёт, так как дверь всё так же открыта, но не можешь двигаться, так как боишься издать хоть какой-то звук. Ты достаёшь тазер и, разворачиваясь, занимаешь положение сидя, целясь в дверь. Фонарь преследователя потушен. За долю секунды ты понимаешь, что в комнату залетела крошечная коробочка, с характерным звуком дзинь, ударяясь о голый бетон. Ты пытаешься закрыть лицо руками, или хотя бы сорвать внешний интерфейс, в то время, когда комнату разрывает "плазменный" белый свет. Адская боль пронзает тебя на сквозь, проникнув через правый глаз, на которым интерфейс всё ещё включен в режим ночного виденья, но это уже не важно, Макколди. Ты срываешь с виска чёртов интерфейс и с разбегу выбиваешь плечом стекло в деревянной раме окна. Глухой удар вышибает из тебя весь кислород. Стёкла секут по лицу и открытым кистям. Правая рука не движется. Ужасная боль в области груди, ноги отбиты, а по лицу стекает алая жижа. Ползком ты вырываешься дальше, и твою ногу простреливают из окна, с которого ты совершил падение. Стрельба транквилизаторных винтовок с обратной стороны от той, к которой ты пополз. Стены проулка сжимают тебя, ты переваливаешься через холодный, весь в каком-то жире борт мусорного бака и по нему бьёт несколько пуль, гулко ударяя по твоим ушам стальными ударами. Тяжело дышать. Темно. Холодно.
Глава 4
Она смотрит, как машина въезжает на стоянку сквозь открывшиеся жалюзи ворот. ОИ сам найдёт свободное место. ОИ сам довёз её и водителя к главному зданию WNW. Водителя, который нужен был лишь для того что бы подать ей руку, послужить плечом, о которое можно опереться, если земля неожиданно начнёт уходить из-под ног, а ещё быть приятным и учтивым собеседником. Водителем оказался высокий мужчина, блондин с голубыми глазами-имплантами и ярко выраженными скулами на мужественном лице. Весь его вид говорил скорее о том, что водителем он подрабатывает тогда, когда перестаёт работать либо телохранителем, либо моделью. Говорил он с лёгким акцентом и слегка прикартавливал, но, не режа при этом слух, из чего Эмма сделала вывод, что родина её нынешнего спутника была где-то в районе пятого сектора, Старого Парижа. В Париже 2 на французском почти никто не говорил, за исключением, опять же, приезжих из пятого сектора. Она помнит, что её это удивляло, когда она впервые оказалась там, но Мартин ей всё разъяснил: "-Милая моя, если бы здесь жили одни французы, город бы ушёл под воду! Они Старый Париж развалили, потопили бы и этот, в знак "Отказа от застарелых устоев". Ты же ведь знаешь их? А без них, ты только глянь! Финансовый базар! Если бы ты так не любила свою размеренную жизнь, я бы непременно тебя сюда увёз!". Скорей всего он так и поступил, переехал жить туда, оставив её одну, минуту за минутой теряющей последние капли жизни. Она смотрит, как закрываются ворота стоянки, в то время как водитель, назвавший себя Полом, тактично ждёт в стороне, пока девушка не привыкнет к воздуху. Воздух здесь и вправду оказался для Эммы слишком чистым, слишком свежим, таким, которым хочется надышаться в запас.
-Мадмуазель, можете идти?
Она второпях оглянулась на Пола и сбивчиво произнесла:
-Да... Да, конечно. Идёмте.
Он ведёт её по пешеходному тротуару, по белой мостовой с мраморными плитами размером метр на метр каждая, в центре которых расположились круглые лампы, выполняющих днём функцию не более чем замутнённых стеклянных оконец. Мрамор звучно стучит дробью в такт её шагам и прогуливающимся ей на встречу, прохожим. Все они работники WNW, все ухожены и прекрасны, у дам идеальные миндальные лица, с прямыми красивыми носами и манящими глазами, у мужчин изысканные костюмы и лица с обложек журналов и рекламных роликов дорогих гаджетов, и элитных вещей. Они улыбаются ей, Полу, друг другу, проезжающим мимо авто и самой жизни. Она же пытается выдавить из себя хоть какое-то подобие радости. Оказывается, это так сложно, снова начать улыбаться, когда всякая надежда проходит сквозь жестокий фильтр недоверия и разочарований, когда ты отчаянна и отвергнута, казалось бы, самим бытием. Она пытается улыбнуться, но на лице лишь подёргиваются уголки губ, а глаза опущены в пол. Будто со всех сторон играет приятная расслабляющая музыка, полная гармоний живого оркестра заполняет весь окружающий мир, мостовую, людей, шоссе неподалёку и огромную площадь перед входом в главное здание WNW. Посередине площади, огромным земным шаром сияет логотип корпорации. В земном шаре, светящейся паутиной вьётся сеть бегущих на данных момент в любой точки планеты терабайт данных. Там, где расположились сектора, сверкают зелёным пламенем угли узловых точек. Площадь разбита небольшими аллеями и холмами, вдоль которых ровными рядами расставлены скамьи для желающих отдохнуть либо обсудить что-то не на ходу. То тут, то там установлены голографические стенды, указывающие самые общие сведения о WNW, с кем установлены прочные деловые, можно даже сказать дружественные связи, курсы акций, история корпорации, дни рожденья значимых сотрудников и особые даты достижений и успехов корпоративной политики. Само же здание, зеркальный архаизм угловатых форм, сделанные с тем особым чутьём, которое позволяет удержать несвязанные фигуры в единый архитектурный шедевр. Подобно горным кристаллам оно раскинуло в разные стороны башенные штыри, по которым то и дело пробегают неоновые всполохи. В центре же расположилась главная башня, похожая на монумент Вашингтону только в разы выше. С обеих сторон сверху вниз на башенных гранях написано огромными буквами название корпорации World NetWork. Нескончаемым потоком на вход и выход движутся люди. Эмма с водителем направляются к тем, что заходят. На месте вечно открытых дверей сияет надпись "Добро пожаловать", где-то на уровне груди. Она проходит сквозь надпись и оборачивается, чтобы прочитать "Всего доброго". Вместе с провожатым она оказывается в огромном холле, сплошь покрытом зеркалами, зеркала на стенах весят под разными углами, образуя футуристичный, сказочный калейдоскоп отражений. Вдоль правой стены разместилась приёмная, похожая на приёмные в дорогих отелях, через каждые 2 метра за ней расположились сотрудники WNW, в чёрных костюмах с зелёной каймой на воротниках и рукавах, цвета корпорации. Все приветливы и идеальны будто андроиды из фантастических фильмов. Эмма заметила, как Пол кивнул в сторону приёмной, в ответ ему улыбнулась одна из сотрудниц.
-Формальности улажены, мадмуазель Ленновски - по-деловому обратился к Эмме мужчина. - к сожалению, месье Веббер сейчас не может нас принять, но он просил сопроводить Вас в ресторан. По его словам... Эм... Он прервал Вас во время завтрака.
Эмма было собралась согласиться, но после отрицательно покачала головой.
-Нет, нет! Вовсе не...
-Вам понравится местная кухня, можете довериться моим вкусам. - учтива настоял на своём Пол.
Эмма учтиво согласилась.
-Идёмте, нам туда. - предложил мужчина, указав в сторону стоящей неподалёку небольшой очереди у лифта
Эмме стало не по себе. В скопление людей ей были присущи приступы паники и мысли о набитом лифте вызвали у неё некоторое нервное напряжение. К тому же эффект успокоительного сошёл почти на нет и тягучая тоска шаг за шагом начала возвращаться на свою по праву завоёванную территорию.
Но страхи оказались напрасны. Помимо служебных лифтов и лифтов для посетителей, в стороне оказалось несколько привилегированных шахт. Из одной из них, к моменту, когда Эмма с Полом подошли, вышел мужчина в теле, в хорошо подогнанном костюме, с блестящей лысиной и гарнитурой на голове. Он о чём-то говорил по французски, Эмма не поняла ни слова. Пол вошёл в лифт следом за мужчиной и позвал девушку за собой.
Стены лифта украшает мрамор с узором змеевика, в противоположной от дверей стене почти во весь рост расположилось зеркало, разделённое на уровне пояса позолоченной металлической периллой. На фоне своего провожатого Эмма почувствовала себя особенно хрупкой и сломленной. Мужчина поправил галстук глядя в зеркало и обратился к ней: