Страница 60 из 167
- Замечательно, - похвалил лектора слушатель. - Спасибо, конечно, но все это я уже прочитал в учебнике по истории. Объясните теперь про "ересь", если вам еще не надоело общаться с таким профаном.
- В учебнике... - проворчал Джонс, чуть смутившись. - Сами же в свое время просили изъясняться попроще, Билл. Что касается религиозных воззрений тамплиеров, то члены ордена, возможно, придерживались дуализма. Дуалистическое учение утверждает, что Темное начало не уступает по своей силе Светлому, а в мире происходит вечная борьба этих двух начал. Подчеркну - борьба не только в душе человека, но и в материальном мире. А вот это уже - чистейшая ересь с точки зрения христианства. Однако дуалистические секты неоднократно образовывались внутри христианства например, альбигойцы. У славян - богомилы... Что вас еще интересует?
- Связь, - четко выразился майор. - В чем связь того, что вы рассказали, с апокрифом?
Доктор Джонс опять стал раздраженным, колючим, явно куда-то спешащим:
- Генри Джонс, оставивший на память о себе обрывки апокрифа, оказывается, интересовался помимо всего прочего и тамплиерами. Вот вам и связь. По-моему, это вы сами обнаружили, не правда ли? Я же только высказал предположение о происхождении документа.
- На чем основаны ваши предположения, доктор?
- Вы что, плохо слушали в прошлый раз? А говорите - "дословно", "дословно"... Цитирую по памяти: "И нарушится равновесие между Божественным и Дьявольским, и посланцы Антихриста возьмут много мирской власти..." Сверьтесь со своей бумажкой, чтобы не сомневаться. Такие фразы - это и есть дуализм, которому были подвержены тамплиеры. Вот как возникло мое предположение относительно этого ордена, совершенно случайное предположение.
- Спасибо, - сказал майор с неожиданной теплотой в голосе. - После ваших объяснений полная ясность в голове, будто лампочка включается... Вы, серьезно, не волнуйтесь по поводу вашей подруги. Ее вполне могут выпотрошить и отпустить, а уж мальчишку - тем более.
- Что значит "выпотрошить"?
- Ну, допросят. Судя по вашим словам, физические воздействия и прочие особые способы ей не грозят, она и так ответит на все вопросы. Следует волноваться мне, сэр, а не вам. Хочу надеяться, что мисс Кэмден знает о деталях моего бизнеса поменьше, чем вы.
Джонс встал с циновки, прошелся к окну и выглянул. Окно было на втором этаже и выходило на улицу.
- Где же ваша машина? - спросил он. - Жду еще пятнадцать минут. Если за это время вы не начнете заниматься делом, я буду действовать самостоятельно. Не могу больше, надоели разговоры...
Майор ничего не ответил. Усмехнулся - мол, "ну-ну, парень", - и взял из вазы яблоко.
- Хотите, дам вам совет, - продолжал Джонс, не дождавшись другой реакции, кроме сочного чавкания. - Поручите вашему сержанту выяснить что-нибудь в архивах про "воина-монаха Х.Иоаноса". Был ли такой среди казненных, причастен ли к "делу тамплиеров". Предсказатель, написавший апокриф, мог ради достижения каких-то сиюминутных целей указать реального человека, своего современника, а то и самого себя. Чтобы поддержать или, наоборот, навредить. Вам трудно представить, майор, какой общественный резонанс могли в те времена иметь предсказания, особенно, если они носили политический характер. Кстати, "дело тамплиеров" было насквозь политическим, то есть попросту грязным. Король польстился на чужую собственность, а орден был очень богатой организацией, и заодно расправился с политическими противниками, имевшими большое влияние.
- А зачем выяснять про этого монаха? - подал голос майор, с интересом выслушав.
- Чтобы убедиться в подлинности документов. Если такой человек реально существовал, значит находка действительно пришла к нам из того времени. Хотя, лично я склоняюсь к тому, что это фальшивка.
- Почему?
- Потому что слишком много в тексте апокрифа указывает на наше время и на наши реалии. Во всяком случае, Темная Сила и Владыка Гуннов персонифицируются в нашем сознании вполне определенно. Так же, как и страна с пятью озерами и праздником четвергом, в которой якобы живет Герой по имени Иоанос. Каким образом житель тринадцатого века мог узнать о существовании Северной Америки и, мало того, угадать противостояние Германии и Соединенных Штатов? И при этом утверждается, что упомянутый герой Иоанос поможет силе Божьих Заповедей справиться с Антихристом. Я не верю в ясновидение, майор.
- Вероятно, вы правы, - согласился разведчик. - Неясно только, почему фашисты придают этому документу большое значение. И ваш отец, между прочем, тоже...
- Автомобиль, - резко сказал доктор Джонс. Он все еще смотрел в окно. - Даже два. Очевидно, ваши?
- Так, - сказал майор и рывком поднялся. - План действует отлично.
- Повар якобы случайно стоит на улице, воздухом дышит, - продолжал комментировать Индиана. - Он не помешает? Вы ему, кажется, не доверяете?
- Повар, это никто, просто прислуга. - Питерс бросил недоеденное яблоко на пол. - Хотя, теперь это не имеет значения. Уходим.
Джонс послушно отошел от окна.
Когда мужчины покидали комнату, церемонно путаясь друг у друга под ногами, на улице закричали. Там кричали: "Йок!"
И снова: "Йок, йок, йок!"
Они разом остановились.
- Что это? - спросил Джонс.
- Голос повара.
- Что такое "йок"?
- По турецки "нет".
Несколькими прыжками майор перебросил свое маленькое тело к окну туда, где только что стоял Индиана. Его босые ноги звучно шлепали по полу. На улице лопнул выстрел, и полное ужаса "й-о-о-к!" вдруг перешло в одну сплошную гласную.
- Эй, вы что делаете! - заорал майор, выдирая из шальваров револьвер.
Тоскливый вой повара плавно стихал.
Очевидно, к дому подъехали не те машины, которые ждал майор Питерс, потому что через секунду он оглушительно удивился:
- Курды!
Тут ему что-то кинули с улицы, что-то продолговатое, размером чуть меньше мяча регби. Он среагировал, машинально поймал спортивный снаряд руками, прижав его к своему животу, и мгновение разглядывал. Затем майор честно пытался закричать, но не смог, впрочем, доктор Джонс и сам все понял. Доктор Джонс ласточкой выбросился из комнаты в коридор - он успел, а кадровый разведчик нет, - и был звук, будто ударили в гигантский медный таз, и дом как бы подпрыгнул, но сразу вернулся на место, и голова некстати оказалась туго забинтованной, придавленной к полу ватными подушками. Профессор встряхнулся, решительно сбрасывая вату, усилием воли разрывая бинты. Он подполз на четвереньках к комнате и заглянул. Майора не обнаружилось, зато стены были в чем-то странном. И оконный проем также был испачкан чем-то чрезвычайно странным, но профессору почему-то не захотелось заниматься исследовательской работой, и почему-то вспомнились совершенно неожиданно! - башмаки господина Вели Мелих Бирета, оставшиеся одиноко стоять возле выхода на улицу. Хорошие дорогие башмаки с подвернутыми задниками - чтобы легче было снимать с усталых натруженных ног, когда приходишь с работы домой...