Страница 277 из 306
Огромная песчаная планета была для мужчины светом в конце туннеля: она казалась обманчиво близкой, в буквальном смысле освещала ему путь. Вот только если верить приборам, он до нее все же не дотянет. Обидно. Зато он вполне мог добраться до здоровенной космической станции, плывущей по орбите Эстаса; станции, на борту которой был Граф – Малик в этом не сомневался. Телепат телепата, как говорится*.
Видимо, ему было не суждено надрать своему братцу его высокомерный зад. У него это не вышло ни шесть лет назад и, видимо, не выйдет и сейчас. Оставалось лишь сделать ему прощальный подарок, лишив при этом возможности отплатить за него; оставить его в вечных должниках. Какая-никакая, но месть все-таки.
- Эй, чудо-машина, – пристегнувшись, Малик повернулся к центральному иллюминатору. – Просканируй-ка вон ту громадную жестянку, найди ее самое уязвимое место…
- Критический уровень энергии!
-… и протарань ее ко всем чертям!
Комментарий к Глава 62 Время вышло *Ссылка на пословицу “Рыбак рыбака видит издалека”
====== Глава 63 Свои ======
- Что ты делаешь?
- Отстань.
- А зачем тебе это дерево?
- Отстань, я тебе говорю! – мальчик злобно зыркнул на девочку, которая крутилась вокруг него и неустанно сыпала вопросами. – И, вообще, вали отсюда, мелкая! Не мешай мне.
- Тут больше нет деревьев, – не обращала внимания та, то и дело заглядывая мальчику через плечо. – Твоему дереву тут будет скучно!
- Иди к сестре.
- Ну зачем оно тебе, а? Скажи, скажи, скажи, скажи, скажи…..
- Хватит! – взвыл мальчик и, развернувшись к назойливой проказнице, замахнулся кулаком. Замахнулся, но потом опустил руку: он не бил слабых. И девочек. И, уж тем более, слабых мелких девочек. – Иди отсюда, я тебе говорю! Иди вон к сестре, и ее доставай!
- Не, не хочу, – довольная, что на нее наконец-то обратили внимание, девочка плюхнулась на траву и пухлым пальчиком указала на деревце, которое ее товарищ так усердно пересаживал из горшка в землю. – Я замолчу, если скажешь, зачем тебе это дерево!
- Если ты не замолчишь, я тебе врежу! – пригрозил тот.
- А я няне расскажу! – высунула язык та.
- Да рассказывай.
- И она тебя накажет!
- Ну-ну.
Утерев пот со лба и оставив на нем очередную ляпку – его руки были все в земле – Дэвид отвернулся от слегка утомившейся девочки и продолжил свою ответственную миссию.
- Ну скажи-и-и-и, – вновь зазвучала знакомая пластинка. – Ну пожа-а-а-а-луйста!!
- Да ты достала меня, мелкая!! – через пару минут не выдержал мальчик. – А ну иди отсюда!!!
- Ну ты скажи, и я уйду, – с готовностью предложила та.
- Липучка.
- Да! – сияя улыбкой, подтвердила Николь. Ей нравилось это прозвище. Дэвид очень часто называл ее так, но ей совсем не было обидно. Ни капельки. Она знала, что мальчик только выглядел суровым и угрюмым; на самом деле он был очень добрым. И с ним было гораздо интересней, чем с Эмбер с ее вечными куклами и игрой в «дочки-матери». С ним они постоянно лазили по деревьям, забирались в заброшенные дома, строили шалаши… Ну ладно, по большей части, все это делал Дэвид, а Николь лишь помогала. И самая главная ее помощь заключалась в том, что она не мешала ему делать всю работу, а покорно стояла в сторонке, ожидая, пока он закончит. В любом случае, это было гораздо интересней, чем заниматься вышивкой или помогать няне на кухне. Разве няня смогла бы научить ее открывать замки проволокой? А мастерить ловушки для котов? Вот то-то и оно.
- Ну скажи-и-и!
- Это секрет, – сдался мальчик и сел рядом, любуясь собственным твореньем. Да, маленькое и хлипенькое, деревце выглядело очень одиноко на пустыре. Но так и должно было быть, в этом-то и была вся задумка.
- Я никому не скажу, – пообещала Николь, с жадным предвкушением уставившись на товарища.
- Обещаешь?
- Обещаю!
- Клянешься?
- Клянусь!
- Чем?
- А? – озадачено спросила девчушка.
- Чем клянешься? – снисходительно переспросил Дэвид, сверху глядя на «липучку».
- А что такое «клянешься»? – выдала та в ответ.
- Что значит « а что такое клянешься»?? Ты что, согласилась поклясться, не зная, что это значит???
- Угу.
- Ты совсем глупая?? Как ты могла согласиться на что-то, не зная что это??
- Сам ты глупый! – насупилась девочка, надув губки. – Ведь это ты мне предложил!
- Но я-то знаю, что это!
- А я знаю тебя, – выдала девочка свой исчерпывающий аргумент. – И я тебе верю.
Обезоруженный, Дэвид не нашелся с ответом.
- Ладно, мелкая, слушай внимательно: клятва – это такое обещание, которое нельзя нарушать.
- А разве обещания можно нарушать???
- Эм…Ну, вообще-то, нет, – оказавшись в тупике, мальчик почесал затылок. – Но люди все равно нарушают. А вот когда ты клянешься, ты подкрепляешь свое обещание чем-то. Ну, например, если я скажу, что клянусь в чем-то своей футболкой, но потом нарушу клятву, то я лишусь этой футболки.
- Но ты же можешь надеть другую, – резонно заметила Николь, не прочувствовав всей трагедии.
- Это да, и поэтому люди клянутся чем-то, что им очень дорого. Чем-то, что у них есть и чем они очень дорожат. Тем, что они не хотят потерять.
- Но если они нарушат клятву, то они это потеряют! – испугалась девочка, прижав ладошки к пухлым щечкам.
- Вот именно, – кивнул Дэвид. – Так это и работает. Так что запомни, мелкая: никогда не обещай того, чего не сможешь выполнить. И, тем более, никогда не клянись, если знаешь, что нарушишь клятву, – напустив страху на свою личную приставалу, мальчик продолжил: – Так вот, ты клянешься, что никому не расскажешь то, зачем я посадил здесь дерево?
- Угу, – уже не так жизнерадостно согласилась та.
- Чем клянешься?
- Тетей, – после очень долгой паузы приняла решение девочка. Ей было не по себе от этих слов, но ведь Дэвид сказал ей, что клясться нужно тем, что ей было дорого больше всего. Она долго выбирала между тетей, няней и Эмбер, но няней она не могла поклясться, потому что она же была мамой Дэвида, а Эмбер часто забирала себе самые красивые куклы, когда они играли. Но тетя… Тетя стала первой, кто улыбнулся Николь, после аварии. Из всех тех угрюмых незнакомых лиц, которые постоянно окружали девочку, только лицо тети было светлым и источавшим любовь. Никки тогда не понимала, что произошло, и почему ее родители все не приходили за ней, как бы громко она ни звала, и тетя стала первой, кто ее услышал. Потому Николь очень боялась потерять и ее тоже.
- Хорошо, – Дэвида кольнуло чувство вины, стоило ему увидеть, как поникла его маленькая протеже. Да, девчушка была на редкость надоедлива, но он к ней уже привык; она была его младшей проказливой сестричкой. – Это дерево для моего старшего брата.
Девочка, которая секунду назад была мрачнее тучи, тут же оживилась, и думать забыв о своей клятве.
- Для брата?? Какого брата??? У тебя же нет брата!!
- А вот и есть, ты просто его не видела.
- Неправда! Если бы у тебя был брат, я бы знала: я даже ночевала у няни дома!
- Он здесь не живет.
- Как так?
- Ну вот так, ты же не живешь у своих родителей.
- Потому что они там, – девочка указала пальчиком на небо. – А я здесь. И они за мной присматривают.
- Ну вот и мой брат тоже там, – кивнул Дэвид. – Но не там, где твои родители, а чуть ближе. И чтобы он тоже мог за мной присматривать, я посадил это дерево: когда оно вырастет, я привяжу к его ветвям разноцветные ленты, и тогда брат точно его заметит, и они с папой вернутся к нам.
- Они могут вернуться?
- Да.
- Значит, и мои родители…
- Нет. Они слишком далеко, – видя, как губы девочки подозрительно задрожали, Дэвид поспешил исправить положение. – Но зато им гораздо лучше, чем моему брату: они счастливы, и когда-нибудь ты с ними увидишься!
- А почему им лучше, чем твоему брату?
- Потому что там, где они, все счастливы.
Какое-то время девочка молчала. Но с каждой секундой ее личико становилось все мрачнее и мрачнее.