Страница 20 из 306
Обменявшись номерами, они вышли из машины и достали коробку.
- Справишься? – мужчина аккуратно передал ношу. – Если хочешь, я помогу донести.
- А в палату…
- Нет, – отрезал он. – Прости, но у меня нет ни времени, ни желания возвращаться туда без необходимости.
Да, девушка ожидала подобного, поэтому спорить не стала: тем более, ей не очень хотелось вновь иметь дело с тем циником, что только что был за рулем. Детство наложило на мужчину определенный отпечаток, и Никки не хотела лишний раз бередить его раны.
- Тогда до встречи? – она поудобнее перехватила коробку и собиралась уйти, но Дэвид остановил ее. – Что?
- Я хотел попросить тебя… Не говори, что виделась со мной, ладно? Не хочу, чтобы…ну знаешь, чтобы снова начали обсуждать нашу семью и все в этом духе.
Николь удивилась, но все же кивнула. Ей это было даже на руку, в каком-то смысле: ей тоже не хотелось лишних расспросов и чего-то подобного.
- Хорошо, как скажешь.
- Отлично, – он снова растрепал ей волосы, за что определенно получил бы пинка, если бы не коробка. – Запомни, ни слова. Никому.
- Да поняла я! – Николь все же исхитрилась толкнуть его. Тот, шутливо пригрозив пальцем, сел в машину и, подмигнув на прощанье, уехал. Девушка проводила мерседес взглядом и чувством выполненного долга вошла в больницу.
Дэвид Абрамс здесь. Она все еще не могла в это поверить. Как в трансе, Николь зашла в лифт, пробиваясь к свободному углу кабины: она не хотела мять коробку, а стоя у дверей, постоянных толчков было бы не избежать. Правда, сейчас девушка, наверное, даже и не заметила бы, если б ее кто-то толкнул или даже уронил. Ей не было никакого дела до ужасного запаха или выражения лиц окружающих ее людей, которые держали себя так, будто апокалипсис уже случился. Ей было плевать на необъятную медсестру, которая весьма удобно устроилась на ее правой ноге, продавливая своим каблучком белоснежные балетки. Хотя нет, последнее было весьма болезненно, но Николь все предпочла не нарушать хрупкий баланс общественного умиротворения: если она поднимет голос, то, точно косяк перепуганных рыб, толпа придет в движение, и совсем не факт, что вторая нога девушки тоже не окажется придавленной. Тем более, все мысли Николь вертелись вокруг Дэвида, гостя из прошлого. Кто бы мог подумать, что она когда-либо встретится с ним снова? А Мэриан? Ведь она так ждала воссоединения собственной семьи, а тут такое… Правда, может, оно было и к лучшему, ибо не так Николь себе представляла долгожданную встречу. Что ни говори, а у судьбы извращенное чувство юмора: почему все произошло именно так? Неужели после стольких страданий они оба, и мать, и сын, не заслужили хоть немножечко счастья?
Звякнул колокольчик, оповещая о том, что лифт достиг нужного этажа. Оторвавшись от собственных мыслей и высвободив ногу из-под стокилограммового плена, девушка пришла в движение. Неуклюже протискиваясь сквозь толпу, Николь пыталась проложить путь к выходу (она уже пожалела, что забилась так глубоко!). И ей это почти удалось. Почти. Она была как раз у створок лифта, когда колокольчик оповестил о том, что двери закрываются. Николь уже собралась выставить универсальный тормоз – ногу, когда вокруг ее локтя сомкнулась чья-то стальная хватка, без церемоний вырвавшая ее из тесной кабины. Девушка даже не успела, как следует, испугаться: рывок – и через секунду она была прижата к бетонной стене. Холодная поверхность неприятно жгла обнаженные плечи, но, несмотря на это, Николь и не подумала отстраниться: выставив вперед потрепанную пыльную коробку в качестве буферной зоны, девушка во все глаза уставилась на нависающего над ней мужчину.
- Ты рехнулась?! – Зомби чуть ли не дымился от злости. – Где ты была, черт возьми?!
Комментарий к Глава 6 Гость из прошлого *Персонаж м/ф “Король Лев”
C'est la vie (фр.) – такова жизнь
====== Глава 7 На шаг позади ======
Вода. Она была повсюду. Холодная, соленая, давящая со всех сторон. Его тело билось в конвульсиях: каждая клеточка требовала кислорода, но он знал, что стоит ему вдохнуть – и вода наполнит до краев его легкие, раздавит его изнутри. Он отчаянно продолжал работать руками и ногами, но все было напрасно: он погружался все глубже и глубже. Его тело не могло найти опору; вокруг не было ничего, за что он мог бы зацепиться. Лишь одна мысль крутилась в его сознании: ему конец. Он погружался в ледяную тьму, чувствуя, как вместе с солнечным светом гаснет его надежда. В голове, которая, казалось, вот-вот взорвется, отдавался стук сердца: неистовый, отчаянный. Сознание начинало потихоньку ускользать. Руки безвольно повисли в толще воды. Не осталось ничего. Он был один. Ему было страшно. Его руки, в воде выглядевшие мертвенно-белыми, казались ему чужими. Его собственное тело давило на него. Душило его. Это конец пути. Финиш.
С диким кашлем Кристиан сел в постели. В холодном поту, не понимающий, где он, мужчина обхватил руками голову и застонал. Его лихорадило. Рубашка противно прилипала к телу, в горле саднило, а перед глазами по прежнему была лишь вода и его бледные руки, безвольно повисшие в ледяной толще.
Снова этот сон. Что с ним такое? Сначала ослабление способностей, потом ломка в картотеке, а теперь еще и это? За что?! Почему все это происходит? Этот кошмар, преследовавший его все детство – какого черта он вернулся? Кей давно оставил его позади. Он оставил его в тот день, когда Дафна вытащила его из бассейна. Он не был слаб. Больше нет. Дьявол, как же он ненавидел эту долбанную Землю!
Свесив ноги с кровати, Кристиан с облегчением почувствовал прохладную поверхность пола: твердого, надежного. Хоть мужчина и знал, что то был сего лишь сон, он мог поклясться, что ощущал на языке вкус воды. Его тело ломило так, как будто он только что проплыл несколько сотен миль. Промокшая рубашка сковывала движения, по спине струился пот. Выругавшись про себя, Кей встал и, шатаясь, поплелся в ванную. Не раздеваясь, он встал под душ и закрыл глаза. Пусть этот кошмар смоет раз и навсегда. Пусть он оставит его в покое.
Взбодрившись под мощной струей душа, мужчина, не потрудившись выключить воду, вышел из кабины: вода потоком стекала с него, его одежды на каменный пол. Щурясь и часто моргая, Кей почти на ощупь прошлепал до зеркала. Пару раз он чуть не упал по дороге, но все же продолжил путь. Нет, им двигало вовсе не тщеславие и желание лишний раз полюбоваться на себя любимого; организм подсказывал Кристиану, что что-то было не так, и именно для того, чтобы увидеть это «что-то», мужчине и было нужно зеркало. Протерев первым попавшимся полотенцем запотевшее стекло, хранитель принялся изучать собственное отражение. Нездоровая бледность, выступающие на шее вены – все это было не так страшно. Настоящей проблемой стали его глаза: будучи обычно сапфирового оттенка, сейчас они окрасились кроваво-черным. Зрачки зияли огромными черными колодцами, поглощая почти всю радужку, а белки глаз были испещрены кровоизлияниями. Страшное зрелище, ничего не скажешь.
Ругаясь себе под нос, Кристиан снял с себя негодную одежду и снова отправился в душ. И надо же было ему вырубиться! Да еще и днем. Конечно, он сам виноват: хроническое недосыпание всегда имело свои последствия. Хорошо хоть Ди его не застала в таком состоянии. Стоило имени Дафны всплыть, как Кристиан тут же вспомнил и о своих планах: он же собирался наведаться в клинику, пока девушки занимались своими свадебными делами. Черт! Столько времени потеряно впустую!
- Добрый день, – Кристиан старался говорить настолько приветливо, насколько вообще был способен, учитывая его состояние. Как назло, солнце палило нещадно, что было совсем некстати; глаза мужчины жгло так, будто на них жарили яичницу, а темные очки, которые весьма удачно оказались атрибутом образа телохранителя, не особо помогали. Они приносили больше пользы окружающим, скрывая от их взора чудовищные глаза Кея. Правда, сами окружающие своего везения не понимали. Ярким примером служила бабулька-вахтерша, работающая в этот день на ресепшене в клинике: мужчина без труда мог прочесть недоверие в ее взгляде, но очки снимать все же не спешил: сейчас его глаза – зрелище не для слабонервных. – Я пришел навестить своего деда. Где мне расписаться?