Страница 111 из 128
— Если бы он не начал расследование и не узнал, что за препарат я нашла и достала, то, возможно, миновал бы такой участи. Это так неправильно, когда в таком возрасте ты умираешь не от естественных причин, окружённый любимыми, а от сумасшедшей любовницы внука. Да? Ну и заварила же ты кашу, Санта, — от его манер, наигранных и больше походящих на спектакль, кривлюсь.
— Так это ты помогла Филиппу накачать меня наркотиком? — Спрашиваю его, а сама двигаю руками сзади и проверяю насколько крепок узел. Достаточно, что пальцы онемели и едва могут шевелиться.
— Конечно. Женщины же умнее мужчин и видят намного больше, чем они. И я готова на всё, чтобы моя мечта осуществилась. А вот ты мне мешаешь, — недовольно бросает на меня взгляд.
— И ты нашла человека, который смог бы продать таблетки? — Тяну время, осматривая пространство в поисках чего-то острого или того, что поможет мне освободиться. Нет, сдаваться не собираюсь. Есть ещё Джайлс, которого я не видела, но не позволю им убить и его. Ред не простит мне этого. Где же он?
— Вообще-то, этим психологом была я. Да, пришлось купить лицензию и пару раз изменить любимому, но ведь результат того стоил, пока ты, стерва такая, всё не испортила. Убежала от него в Ирландию, чтобы познакомиться с красавчиком и забрать у Филиппа всё это. Но ты ни черта не получишь, поняла? — Стюарт вскакивает с дивана, и я с удивлением воспринимаю сказанное.
— Подожди, ты считаешь, что мне нужны его деньги? — Усмехаюсь я.
— Конечно. Ты же привыкла жить в богатстве и роскоши, забирать у меня то, что принадлежит по праву мне. Филипп любит меня и только меня, а ты не даёшь ему развод, шантажируешь, и моё терпение кончилось. Я так была счастлива, пока ты развлекалась в Дублине, мы отпраздновали день рождения вместе с моим любимым. Никого не было только мы, пока ты, сука, не вынудила его связать тебя и бросить в погребе. Милтон следил за тобой и помог нам провести время вдвоём, — с обидой произносит Стюарт. Хмуро смотрю на неё или него и медленно осознаю, что этот человек тоже обманут. Он не имеет понятия, что происходит на самом деле, и Филипп использует его любовь и жажду стать единственной себе во благо.
— Ты права, — вздыхая, опускаю голову, выстраивая план, где легко смогу сыграть на его незнании и выбраться отсюда.
— Я ужасный человек, — продолжая, всхлипываю. — Из-за меня погиб Джо, а я использовала его, чтобы напугать Филиппа. Он ведь был ни при чём, и я так виню себя. Моя игра затянулась, и я боялась лишиться роскоши, понимаешь? Ведь в детстве мне приходилось донашивать за сестрой одежду, воровать косметику, на которую у родителей не было денег. Ты хоть знаешь, как это унизительно слышать, что твой отец изменяет матери с первой женой и продолжает улыбаться? Нет, я терпела, пока не вырвалась оттуда. Затем искала мужчину, готового быть для меня единственным спасением, точнее, его деньги. И я нашла его, Филипп, он всегда был добр ко мне и развратил богатством. Я не могла остановиться, просто не могла.
По лицу Стюарта пробегает секундное сожаление, но он пока не позволяет себе полностью поверить мне. Складывает руки на груди.
— Да, ты никогда не ценила того, что дарил тебе Филипп. И я тоже терпела, когда ты требовала трахать тебя. Ты насиловала его, изводила, и он приходил ко мне в поиске утешения, — обвинительно высказывается. Хочется рассмеяться и сказать ему — ты идиот, полный и законченный идиот, раз так быстро попал на удочку обмана. Но нет, я наслаждаюсь этим придурком, продолжая вести его к тому, что я хочу.
— Я ведь красива. Посмотри на меня, моя красота нравится всем. Она именно то, что жаждут мужчины. А когда я поняла, почему Филипп не хочет меня, узнав о любовнице, то это буквально привело меня в бешенство. Ты, наверное, знаешь, что такое не быть на первом месте, когда так стремилась к этому, — вкрадчиво произношу я.
— Конечно, знаю. Родители не понимали меня, кто я такая на самом деле, не позволяли мне жить такой, какой я была рождена. Они выгнали меня, и мне ничего не оставалось, как стать шлюхой. Терпеть ублюдков, а потом я встретила его. Он был тайным клиентом, редким, а я влюбилась. Просто влюбилась в его молчание и нежность. Влюбилась в то, насколько он силён, и, признаюсь, мне нужны были деньги, — Стюарт нервно проводит по волосам, и это настолько смешно, что я подавляю смех в себе. Никогда не наблюдала за людьми, вроде него. Но они довольно милые, если не машут руками.
— Отец Филиппа был против? — Спрашиваю его, вытягивая информацию.
— Да, он запретил ему встречаться со мной или же с кем-то похожим на меня. С мужчиной. Он приехал в отель однажды, и они долго ругались, этот человек был ужасен, напугал меня и обещал убить, если подойду к Филиппу. Мы расстались, у меня была депрессия, а затем меня добила статья в газетах, что мой любимый женится. Я не могла быть далеко от него, и он тоже. Мы тайно переписывались, он снял для меня квартиру там же, где жила ты. Если бы его отец следил за ним, то он был бы уверен, что Филипп с тобой. И ты увидела меня, я тут же позвонила Филиппу, сообщила ему обо всём, и он приехал. Сказал, что между нами всё кончено. Я так плакала, умоляла его не уходить, но он хлопнул дверью. А через несколько дней в газете появилась статья, что он женится. Женится на тебе! Я так тебя ненавижу! Ты забрала его у меня! — Стюарт замахивается, отчего я инстинктивно жмурюсь и подаюсь назад, ожидая удара. Секунды проходят мимо, и ничего не происходит. Приоткрываю глаза, замечая, как Стюарт вытирает слёзы, а затем поправляет моё платье на себе.
— Прости меня, если бы ты пришла ко мне и рассказала всё, то мы бы что-то придумали, — тихо произношу я.
— Придумали? Нет. Я видела тебя, ты как пиявка присосалась к нему, и он целовал тебя. Он женился на тебе и уехал. Мне пришлось поехать за вами! Я никогда бы не позволила, чтобы мой мужчина был в руках женщины! Не в моих руках, а гадкой и наглой суки. И там мы нашли выход. Я нашла его, решив измениться и превратиться, наконец-то, в ту, кем была рождена. В женщину. Но оставить для Филиппа подарок, который он так любит.