Страница 38 из 49
Последние наставления для Касинеля отзвучали, и мы с друзьями поспешили проникнуть в город другим путем и спрятаться в проулке, откуда открывался хороший обзор на сторожку господина Капелюша. Там сейчас мерцал голубоватый телевизионный свет – привратник смотрел утренние новости. Вот уже более тридцати лет он приходил на пост не позже восьми утра, но ворота открывал ровно в девять.
Чезаре сверился с башенными часами, приложил ладони ко рту и крикнул кречетом. Почти тотчас ворота сотряс удар, от которого что-то внутри сторожки брякнулось, разбилось и мяукнуло.
Я на миг прикрыла глаза. Не так, отнюдь не так должна стучать в ворота испуганная жертва дерзкого дорожного ограбления. Дверь будки распахнулась, и выбежавший господин Капелюш приник к смотровому окошку. Отшатнулся, снова приник, промокнул лысину платком в красно-синюю клетку, задал новоприбывшему вопрос высоким от напряжения голосом, получил ответ, опять протер лысину, поправил бордовый галстук-бабочку и потянул веревку, запуская механизм.
Ворота начали величественно растворяться, щель ширилась, впуская яркий поток утреннего света, на фоне которого проступил силуэт высокого мускулистого мужчины с развевающимися волосами.
* * *
Была у Друзилы Гримсен такая традиция: в первую среду каждого месяца она приходила к самому открытию в салон «Кудряшки», где они с Пикси делали стрижку, покраску и укладку. Пикси не возражала против экспериментов со своей шевелюрой, а вот сама Друзила уже много лет придерживалась идеального для коротких волос «сессона», который вполне устраивал её своей функциональностью и при этом смотрелся весьма эффектно.
Вот и сегодня она осталась довольна результатом, внимательно оглядев себя в ростовое зеркало с лампочками по бокам, как у театральных див – сходству способствовало повешенное на угол боа из розовых перьев.
- Вы сегодня просто конфетка, дорогуша, - озвучила её мысли привалившаяся к косяку хозяйка заведения, крупная блондинка в леопардовой кофточке и с голографическими тенями на веках, и глубоко затянулась сигаретой.
Друзила послала своему отражению легкую улыбку и взбила ладонью волосы:
- Сколько мы с Пикси тебе должны, Бэла?
Второй традицией было пройтись мимо сторожки и поздороваться с господином Капелюшем, поэтому, покинув салон, Друзила направилась прямиком к воротам, по пути размышляя о насущном. В последнее время ей отчаянно не хватало Цели. Да, у неё имелись обязательства в Совете, плюс забота о Пикси, ещё и эта суматоха с принцем требовала принятия решительных мер, но времени всё равно оставалось предостаточно. Таланты и энергия простаивали, что угнетало её деятельную кипучую натуру.
Перед поворотом на главную улицу Друзила остановилась, достала из ридикюля карманное зеркальце с Эйфелевой башней на крышке и помаду оттенка «Passion»[3], нанесла её не слишком тонким, но и не вульгарным слоем, причмокнула, спрятала всё обратно, поправила локон Пикси и вышла из-за угла. И тут же слегка удивленно нахмурилась. До девяти ещё целых пять минут, а господин Капелюш уже привел дверной механизм в действие.
Она собралась было окликнуть стоявшего возле будки привратника, когда заметила в наполовину раскрывшихся воротах мужской силуэт. Кто это так рано пожаловал? Друзила сделала несколько шагов вперед, вглядываясь, и, когда мужчина вышел на свет, вскрикнула, прижав руку к груди.
В тот же момент, словно озарение свыше, к ней пришла Цель.
[1] Прочная синтетическая бумага, использующаяся для печати, под ламинацию и там, где требуется особо прочный материал.
[2] В соответствии с ней любых двух человек на Земле разделяют не больше пяти уровней общих знакомых, то есть не больше шести уровней связей.
[3] (фр.) Страсть