Страница 22 из 227
— Мне ты можешь доверять, ведь я знаю больше, чем ты можешь представить, - берет в руки чашку кофе. — Знаю, что лекарства не нужно тебе, чтобы принять его. Тебе оно, как и я, нужно, чтобы освободиться от моего брата. У моей жизни была одна единственная цель – спасти семью и прежде всего Никлауса. Сейчас моя жизнь утратила всякий смысл. Бессмысленное существование и череда серых будней. Твоя жизнь утратит смысл, как только ты обретешь желанную свободу или убьешь моего брата с помощью лекарства.
— Значит ты мне не поможешь, Элайджа, - кивает Пирс. — Что ж… Я сейчас оденусь и уйду. Прощай…
— Ты останешься, Катерина, - с уверенностью произносит он.
— Я не твоя игрушка, Элайджа! – выкрывает брюнетка. — Я не подчиняюсь никому. Ты не смеешь мне приказывать.
— Ты останешься здесь, потому что сама желаешь этого. Ты зла, опустошена, запуталась и желаешь найти путь. Путь к Катерине, а я единственный, кто может указать тебе этот путь, - указывать на чашку кофе. — Прошу, пей кофе иначе остынет и будет не вкусно.
— Если я останусь, то только потому, что ты сейчас не в лучшем состоянии, чем я, - отпила глоток горячего, горького кофе, приподняла чашку, словно произносит тост. — Я верну тебе вкус жизни.
Он любит черный кофе, без сахара.
Она любила виски с кубиками льда. Жёсткий секс.
Он хозяин положения. Его люди всегда подчиняются его воли. Для него семья – превыше всего. Он читает классику, ценит искусства и музыку. Он тот, кто в любой момент продемонстрирует свою силу : взглядом или в бою.
Первородный, который всегда носит костюм и не верит в любовь.
Она уверена в себе, ее не сломить.
Она любила напиток с лимоном и медом. Сейчас предпочитает крепкий экспрессо. Спокойствие и тишину променяла на шум и вечеринки, только, чтобы забыться о том, что Кетрин Пирс потеряла смысл жизни. Она потеряла смысл жизни, когда засунула свою голову в петлю, когда умерла в маленькой английской деревушке .
Она вампир, который неспособен любить.
Она не похожа на него, они разные, но они связаны надеждами и мечтами, борьбой за будущее… Борьбой самими с собой. Борьбой за любовь.
*** Сан-Тропе. 2012 год. ***
Там где веселье музыка, выпивка, солнце и полуобнаженные девушки. Кол Майклсон там, где солнце и веселье. Кареглазый шатен наслаждается жизнью и жарким солнцем Сан-Тропе.
Сан-Тропе отлично подходит для того, чтобы наслаждаться жизнью.
Атмосфера праздника, летнего беззаботного безделья и праздности, люкса и шика, избранности и беззаботности в Сан-Тропе ощущается уже при въезде в город. И кажется, даже воздух Сан-Тропе пропитан весельем повсеместно.
Куда бы вы не пошли и что бы вы не делали — это притягивает, манит, заставляет забыть обо всем и оставаться в Сан-Тропе как можно дольше. А способствуют поддержанию такой атмосферы многочисленные бары, рестораны, кафе, ночные клубы, пляжи и вечеринки на виллах.
Жить и не просто жить, а наслаждаться жизнью.
Он долгим взглядом скользит по голым стройным ногам, танцующей рядом с ним девушкой. На блондинке из одежды только купальный костюм ядовито-желтого цвета. Танцует, смеется, шепчет что-то на ухо стоящей рядом подруге.
— Ты так сладко пахнешь. Так сладко, - оказывается сзади ее, влажные ладони скользят по талии.
— Ты совсем в край пьяный? Или принял что? – пытается ударить его в оголенный торс, осматривает его, сверху в низ : на нем только летние шорты пошитые из джинсовой ткани, на ногах кожаные шлепки, на пальце сверкает кольцо с синем камнем.
— Если ты сравниваешь свою шею и кровь с наркотиком, то, да, кровь для меня особый наркотик, - довольно ухмыляется.
— Придукок! Точно наглотался каких-нибудь таблеток, - смеется девушка.
— А если я сейчас убью тебя? Выпью твою кровь? Что если я монстр? Самый опасный из всех видов монстров? -скользит по шеи дыханием обжигая кожу ее щеки. — Я монстр, дорогуша.
— Не верю! - сопротивляется тому, что чувствует : возбуждение, желание, легкость и приподнятое настроение от выпитого алкоголя.
Пытается сопротивляться ему. Пытается сопротивляться чувствам.
Не верит.
Удерживает за руку, притягивает к себе, оставляет на ее шеи дорожку влажных поцелуев.
Желание.Полящее солнце Сан-Тропе обжигает кожу не хуже его прикосновений.
— Что такое, боишься, что я прямо здесь и сейчас сведу тебя с ума только одними лишь прикосновениями? Убью?
— Не-е-ет…
— А если я?..
Проходит кончиком языка у основания ее шеи. Теряет контроль над ситуацией, ее сердце девушке так сердце, что тот губами может прощупать твой бешеный пульс.
Теряет контроль. Возле глаз появилась кроваво-черная сеточка, глаза наполнились красными, выпустил острые, белоснежные клыки, которые вонзаются в нежную кожу жертвы.
Кровь дурманит, пьянит не хуже хорошей музыки, выпитого алкоголя или принятой дозы наркотика. Дурманит.
Затмевает рассудок. Кровь – его личный наркотик.
Наркотик, которым в который раз насыщает свой организм Кол Майклсон.
Наркотик, которому Кол Майклсон не может сказать : « Стоп .»
Наркотик, который распространяется по его организму.
Слишком сладкая. Слишком соленая. Кровь осталась на губах, на руках. Испачкан кровью. Темно-алая кровь на губах, щеках, руках, но похоже Коула это не волнует.
Зря она не поверила ему, и теперь он отбрасывает ее тело на холодную плитку бассейна. Языком слизывает оставшуюся на губах кровь, дьявольски улыбается.
Очевидно, что Кол Майклсон убийца, и зря она не поверила ему.
Очевидно, что Кол Майклсон там где музыка, выпивка, солнце и кровь.
========== Глава 10. До мурашек, до крови, до боли. ==========
*** Бруклин. Квартира Элайджи Майклссона. 2012 год. ***
— Здравейте! – обращается к ней оперившись о холодную настенную плитку Элайджа.
Кетрин Пирс не могла уйти не приняв ванную с пеной, после утреннего кофе.Ее длинные волосы были небрежно разбросаны и слегка белоснежного что Элайджа медленно отводил взгляд в сторону, словно боясь посмотреть на нее. Что она делает с ним? Управляет им? Элайджа Майклсон не позволит управлять им. Она ведь смывает кровь. Запах ванили сменит запах крови.
— Здравейте, Катерина! - вдруг на болгарском, обратился вновь обратился Элайджа, а она словно не слышала его, приподняла ножку из воды, словно провоцирует его.
Элайджа прав, она действительно похожа на нее… На Катерину, которую он знал. Глубокие карие глаза, которыми хочется быть поглощенным. Быть поглощённым любовью. Ее длинные вьющиеся волосы, наивная улыбка. Все это сменилось лукавым и хитрым взглядом, дерзкой и сексуальной улыбкой, ярким макияжем, обтягивающей и привлекающей одеждой, вырезом в зоне декольте и туфлями на высокой шпильке.
Элайджа будет ждать Катерину.
Его чувства поглощали, но Элайджа продолжал сопротивляться. Сколько ему нужно ждать Катерину?
Сейчас он не против выпить бутылку бурбона и присесть в кресло. Душа готова была открыться, признаться в чувствах к Катерине. Словно он способен так сильно и бескорыстно любить… Любить только Катерину. Он ведь тот, кто скрывает свои эмоции и чувства. Привык скрывать. Но сейчас все пошло не так. Любовь к Катерине полыхающей огонь в его сердце, огонь, который распространился по всему телу, словно яд, огонь, который отражается в его глазах. Кетрин видет этот огонь и желала только подбрасывать в него дрова.
— Ты называешь себя джентльменом, Элайджа, а прямо сейчас подглядываешь за мной в ванной. И это человек слова. Благородный Элайджа Майклсон. Мог бы просто присоединиться. Утренняя ванна бодрит.
— Я не смотрю, на тебя, Катерина. В этой квартире просто очень красивая ванна, я ею любуюсь, итальянской плиткой и возможно тобой.
— Ах, ванна красивая? Ну, тогда, ты упустил шанс, чтобы провести со мной ночь и подай полотенце с моей одеждой. Я прямо сейчас ухожу. Мне нужно достать это чертово лекарства и попытаться заключить сделку с твоим братом.
— Твой план потерпел провал, Катерина. Я знаю каждую из твоих уловок.