Страница 21 из 227
— Время невозможно вернуть, Кетрин.
— А я должна убедить его в том, что я все та же милая девушка с косичками. Девушка, за которой он должен был бежать и догнать. Девушка, которая сказала ему, что мир жесток, если не верить в любовь.
— Ты вспомнила, какой была более пяти веков назад.
— Вспомнила. Элайджа сказал: — Я не верю в любовь, Катерина.
Я ответила : Это очень печально, милорд. Жизнь слишком жестока. Если мы перестанем верить в любовь, зачем тогда жить.
Одно воспоминание сменяется другим. Комнату освещает тусклый свет свечей. Талия Кетрин затянута в корсет, поверх наброшен халат пошитый из тяжелой ткани, благородного золотистого оттенка, область груди украшает бахрома. Склонилась над столом. В руках перо с железным наконечником. Опускает перо в банку с чернилами, аккуратно выводит буквы. Пишет письмо, только пока Элайджа не понимает, что это письмо она пишет ему. Это письмо она написала в девятнадцатом веке скрываясь от его брата в Мистик Фоллс. Скрывалась в поместье Сальваторе. Тогда ее жизнь изменилась. Изменилась, ведь она открыла свое сердце и выбрала Стефана. Выбрала, думая, что впереди у них есть одно будущее. Одно будущее на двоих. Кетрин верила в это.
Склонилась, дописывает фразу и возможно, она должна была написать ему письмо. Письмо после стольких столетий.
« Дорогой, прошло уже более четырех столетий, и я должна написать тебе. Возможно, ты разорвешь в клочья, не пожелаешь прочитать мое письмо. Не делай этого. Прочти. Прочти Элайджа и ты узнаешь, что твоя Катерина все еще рядом с тобой. Ты спас Катерину. Я знаю, что твои чувства были настоящими. Знаю о том, что ты желал защитить меня. Знаю, но я ушла сама. Сама выбрала этот путь тьмы. Сама убила себя и не сожалею об этом. Не сожалею о том, что сбежала и засунула свою голову в петлю. Я всего лишь желала жить и чувствовать, повстречать настоящую любовь. Я боролась за это. Но та девушка умерла. Я умерла и вместе со мной умерла всякая вера в любовь и возможное счастья. Теперь я добиваюсь желаемого любой ценой. Я знаю, что ты верил мне. Я знаю, что ты поверил в любовь благодаря встрече со мной. Я верила. Искренне верила в то, что ты тот, кто даст мне большее. Я верила в то, что ты дашь мне любовь. Взаимную любовь. Вечную любовь. Я умерла, и вместе со мной умерла всякая вера. Не вини себя, Элайджа. Просто знай, что я не желала тебя терять, не желала терять любовь. Прости… Прошу, прости меня Элайджа, ведь больше у меня нет слов.
Спустя столько столетий я вновь поверила в счастье. Поверила, что во мне осталась какая-та часть способная любить. Спасибо тебе, за то, что сохранил во мне эту часть. Твоя любовь сохранила во мне эту часть.
Верь в то, что ты вновь сможешь обрести любовь. Верь в это, дорогой. Верь Элайджа и будь счастлив.
Катерина.»
Элайджа видит письмо, но увы, он не может прочитать всего. Видит, как Кетрин откладывает письмо в сторону после непродолжительного стука.
— Войдите.
Встает со стула и на ее лице появляется улыбка, когда в комнату проходит зеленоглазый шатен. Стефан Сальваторе.
Ее руки скользят по его телу. Стефан всего лишь человек, а Кетрин полюбила этого человека, как никогда раньше и эта любовь сводит с ума. Пьянит хуже вина из лучших сортов винограда.
— Мисс Пирс.
В итоге он находится в ее холодных, цепких руках. Горячее тело несовместимо с ее всегда холодными пальцами. Она медленно тянет вверх его хлопковую рубашку. Дотрагивается до его оголенного живота. Согревается, когда его теплые губы касаются ее холодных. Улетает куда-то далеко. Это поцелуй уносит ее в облака. Не может стоять на ногах, а его поцелуи такие теплые, нежные, привычные.
Как же это привычно — чувствовать его поцелуи.
Тащит его за собой, ведь Кетрин всегда получает желаемое, а сейчас она желает его – Стефана Сальваторе. Укладывает на постель, нависает над ним.
Ее длинные пальцы зарываются в его волосы. Он слышит стон, сорвавшийся с ее губ, вовлекает в еще более страстный поцелуй.
Кетрин думает, что это одна любовь двоих. Их губы всегда будут касаться только губ друг друга, – Кетрин думает именно так. Он принадлежит только ей. Она только его. Она уже спланировала их будущее : его, себя и Деймона, который может быть нужным.
Рубашка отбросанна в сторону. Целует в плечо, расшнуровал лямы корсета, ведь халат Кетрин сбросила сама. Сейчас они принадлежат друг другу.
Все происходящее похоже на наркотик — легко начать и трудно остановиться.Стефан стал ее личным наркотиком. Наркотиком, которого ей мало. Мало. Наркотика всегда мало и без него начинается ломка. Под действием наркотика, прикусывает губу, когда тот прокладывает дорожку поцелуев от ее шеи до груди. Стефан Сальваторе ее наркотик и ей мало.
***
« Катерина. ».
И весь мир Элайджи летит в бездну, когда он убирает свою руку. Он увидел. Увидел больше, чем желал видел. Увидел ее настоящую любовь. Это никогда не был он и стояло бы ему принять это. Смириться. Почему он позволил ей остаться? Идиот, как и большинство мужчин. Идиот, который верит в ее спасение. Верит и будет сражаться за нее. Будет сражаться, даже если от нее останется один пепел. Черно-серый пепел.
Элайджа позволил ей остаться, вновь впустил в свое сердце, а ведь он не впускает людей и любовь в свое сердце.
Впустил. Элайджа вновь впустил ее, зная, что будет больно, зная, что в ее сердце
Стефан, знает, что совершает ошибку. Ошибку, имя которой « Катерина.»
Впустил даже если сгорит вместе с ней, догорит и от них останется только черно-серый пепел.
Катерина навсегда в части его сердца.
***
Утро. Уже десять часов дня. Кетрин открывает глаза, поворачивается, видит, что место рядом с ней пусто. Место, на котором лежал Элайджа пусто. Холод. Только смятые шелковые простыни. Головная боль, но сейчас это беспокоит ее меньше всего. Больше ее беспокоит то, что Элайджа не воспользоваться ею, все пошло не по плану, но она все равно находится в его постели. Ее беспокоит то, что рядом с Элайджей, ей спокойно и Кетрин даже не сходит с ума из-за вечной жизни « на чемоданах.»
Комнату освещает лучи солнца. Пирс потягивается, оборачивает голову к окну. Обычное, спокойное утро. Ей плевать на головную боль, ведь гораздо важнее, что он был рядом и они проговорили всю ночь. Они просто разговаривали, что Кетрин и не помнит, как уснула. Уснула и впервые за долгое время она так спокойно спала. Спокойно, а она даже и не представляла, что от ночного, искреннего разговора основанного на доверии ей станет так легко. Она доверилась сказала правду и иногда, проще сказать правду. Прошлой ночью она нашла в себе силы сказать правду.
Что с ней происходит?
Удобно устроилась на постели, обвила руками колени. Взглянула на мужчину стоящего у входа в комнату. В руках деревянный поднос, предназначенный специально для того, чтобы подавать завтрак в постель. Чашки с кофе, свежая выпечка, фрукты.
Лучше?
На лице проскальзывает не ехидная улыбка, а искренняя, та, которую помнит Элайджа Майклсон, и он не может не улыбнуться ей в ответ.
Усаживается на постель, ставит перед ней столик, а Пирс не упускает возможности съесть свою любимую ягоду – клубнику. Сочная и свежая ягода, с кислинкой. Кетрин всегда наслаждается съедая свою любимую ягоду.
— Доброе утро, Катерина. Позавтракаем? Кофе? – предлагает Элайджа.
— Я думала, что не заслужила подобное, - ее тонкий пальчик касается скулы на его лице. — С ума можно сойти.
— Ты заслужила лучшего, Катерина, - говорит он. — Доверься мне. Твой вчерашней поступок привел меня в ярость. Неужели ты думала, то, что ты предлагала другим мужчинам подействует на меня?
— Любой другой не устоял, а у тебя самообладание на высоте и это плюс. Но у меня еще есть много попыток попробовать, - улыбается Кетрин. — Я никому не доверяю, Элайджа. Нет. Слишком опасно, ведь тебя могут предать,выдать. Все ради, - эту фразу Кетрин прерывает, вырисовывает в воздухе одно единственное слова : « Freedom.»