Страница 70 из 78
- Знаешь, с этими его шоколадками и прочим… – вставил Тайга.
- Возможно. Но Акаши и Накатани его сильно недооценили. Парень не просто вменяем, так ещё и угораздило его влюбиться по уши в мамашу бешеного, Ханако-сан.
- Чего? – вылупился Кагами. – Ей же… У неё же сын уже…
- Любви все возрасты покорны, – философски заметил Химуро и усмехнулся. – В любом случае, именно из этих соображений он действовал в интересах Акаши Сейджуро, который после вмешательства Такао тайком под прикрытием своей мамы перестал принимать лекарства и постепенно выходил из наркотического дурмана. Сейджуро располагал сведениями, которые могли бы поддержать обвинение его отца более-менее во всех смертных грехах. Но он не мог выступать сам, потому что официально значился психом, и боялся, что отец сделает что-то ужасное с его матерью, если та посмеет выступить против него. Он рассудил, что, коль скоро ты уже завязан в этой истории и крайне заинтересован в том, чтобы поскорее упечь всю компанию в тюрьму, лучшего человека для поддержания обвинения ему не найти. И попросил Мурасакибару найти тебя и уговорить связаться с Имаёши. – Тацуя налил ещё кофе и снова вернулся за стол. – Я встретился с Имаёши в тот же день. Деньги этого лиса не интересовали, а вот возможность занять место Харасавы оказалась решающим аргументом. Мы много говорили, обсуждали и планировали. Я вышел от него с одной только мыслью: «Какое счастье, что этот человек играет на нашей стороне».
- Я понимаю, о чём ты, – тихо проговорил Тайга, вспомнив свои ощущение во время допроса Ханамии.
- Имаёши посчитал, что проще всего будет добраться до отца Акаши через Паука: поймать его, припугнуть и вынудить сдать всех боссов с потрохами. В принципе, он по своему плану всё и реализовал, хотя жизнь, безусловно, внесла свои коррективы. Так вот, план был заманить тебя и Куроко в какое-то уединённое место, где будет готова ловушка для Паука. Мы планировали инсценировать смерть вас обоих, на Паука повесить двойное предумышленное и заставить его сдать всех боссов, посулив смягчение наказания. Имаёши работал над ловушкой, моей же задачей было сделать всё, чтобы вы с Куроко оказались в заброшенном доме его родителей. – Химуро вздохнул. – Играть против Ханамии, не навредив при этом тебе, было действительно сложно.
Он кашлянул, потёр переносицу длинными пальцами, потом вздохнул и посмотрел в глаза Тайге:
- Это я слил адрес профессора Пауку. Кисэ тут ни при чём. Я же навёл его на мысль о том, что ты можешь пойти к своим товарищам по Пожарной академии. И это я подговорил Куроко отправиться домой. Во время того телефонного разговора, помнишь?
- Но засранец даже ничего мне не сказал, – буркнул Кагами.
- Потому что я попросил его не рассказывать ничего, чтобы ты не беспокоился. Он решил тебя поберечь, – Химуро вымученно улыбнулся. – В общем, предатель, которого ты так яростно хотел вычислить и порвать в клочки, – это я, Тайга.
Кагами молчал, сжав кулаки и бездумно пялясь на остывший омлет.
- Кто ещё знал? – выдавил он наконец.
- Такао-сан вычислил меня почти сразу, – признался Тацуя. – В тот день, когда вы сбежали из дома профессора, он позвонил мне вечером и сказал, что всё понял. Мне пришлось объяснять ему, но, на удивление, он не просто не стал меня обвинять, но даже согласился приютить вас на время, пока Имаёши будет колоть Паука и проводить арест.
- А Кисэ?
- Видимо он подозревал. – Тацуя опустил взгляд. – Мы проводили много времени вместе, а у него есть какая-то поразительная способность подмечать всякие мелочи. Подозрения переросли в уверенность после той сцены в больнице. И он решил меня прикрыть перед тобой и дать доиграть партию до конца. Я выложил ему всё прямо в больничном кафе: и про то, что Куроко жив, и про наркокартель, и про своё прошлое. Как только он после этого не отвернулся от меня – ума не приложу. Наверное, Касамацу прав, он совершенно без башни. – Тацуя вздохнул и покачал головой. – В общем-то, остальное ты знаешь, за исключением, быть может, того, что Паук разгадал мою загадку и понял всё о заброшенном доме раньше, и нам с Имаёши пришлось импровизировать, поэтому «умер» только Куроко. Найти тебя в горевшем доме, заменить на труп из неопознанных и остаться незамеченными было слишком сложно, поэтому Имаёши вытащил спавшего Куроко и погрузил ко мне в машину, его ребята взяли Паука, мы убедились, что тебя вытащили пожарные, и я уехал.
- Та машина, которую я видел… – Кагами припомнил увиденное во время пожара – тёмную легковушку, которая едва не столкнулась с пожарной машиной. Тацуя кивнул.
- Всё это время я знал, что Куроко жив, что он находится у Такао-сана. И он, кстати, предлагал забрать тебя из больницы сразу, уговаривал тебе всё рассказать, – Химуро покачал головой. – Имаёши запретил, чтобы не поставить под сомнение успех операции. Я видел, как ты мучаешься, и молчал. Я предатель, Тайга.
Серые глаза Химуро смотрели открыто и выжидающе, а Кагами не мог вымолвить и слова. В голове всё ещё звучало набатом: «Этого не может быть», хотя почти с самого начала истории Кагами чувствовал, чем она закончится. Тайга даже не сразу понял, зачем Тацуя полез за ворот свитера, и только когда кольцо бряцнуло по поверхности стола, догадался.
- Я тебе его верну лучше, – проговорил Тацуя, и пододвинул накрытое ладонью кольцо к Тайге. – Вряд ли после этого разговора ты захочешь со мной ещё общаться. И будешь совершенно прав. Как там говорил Паук? «Он не тот, кем хочет казаться»? Это целиком и полностью про меня, Тайга. Я просто не заслуживаю быть твоим…
Он не договорил, потому что его руку накрыла широкая ладонь Кагами, его бордовые глаза из-под сдвинутых на переносице раздвоенных бровей смотрели строго и решительно.
- Совсем сдурел?! – выдал он и решительно отодвинул от себя кольцо вместе с рукой товарища. – Это кольцо – твоё! Думаешь, я совсем тупой, что ли? Думаешь, я не понимаю? Да если бы не ты, ещё не известно, где бы мы сейчас все были! Думаешь, Кисэ от тебя не отказался, а я откажусь? Думаешь, я такой болван?
- Тайга, – мягко проговорил Химуро, – я ведь обманывал тебя всё время. Друзья так не поступают.
- Друзья не поступают, – согласно буркнул тот. – Но ты мне и не друг, чтоб ты знал! Ты мой братишка! И это совсем другое! – Кагами шумно засопел, заглянув в наполнившиеся слезами серые глаза Тацуи. – Вот только не надо мелодрам!
- Как скажешь. – Химуро потупился, усиленно моргая.
- Теперь ты никуда не поедешь, разумеется? – сказал Кагами и тут же вздрогнул, осознав, что только что повторил словечко Шин-чана, даже скопировав его не терпящую возражений интонацию.
- Мне всё равно придётся уехать, – глухо отозвался тот. – Это часть уговора с Ниджимурой. Ни в Японию, ни в Штаты я больше не вернусь. – Он помолчал, затем как будто вспомнил что-то. – Я положил небольшую сумму на счёт в банке на твоё имя. Это на чёрный день. Я знаю, что ты ими никогда не воспользуешься, просто не возражай, ладно?
Кагами сосредоточенно кивнул и, вдруг оживившись, спросил:
- А куда ты дел остальное?
- Часть ушла на оплату лётной школы для Кисэ, – принялся объяснять Химуро. – Остальное потрачу на покупку недвижимости.
- Куда ты едешь? – выдавил Кагами.
- Пока в Европу, а там посмотрим, – слабо улыбнулся тот. – Куда нелёгкая выведет.
Кагами снова кивнул. Сердце ныло, чётко давая понять, что из его жизни вырывают какой-то очень важный кусок, вырывают навсегда. В горле прочно обосновался ком, от которого сводило связки и голос выходил каким-то чужим.
- Будешь писать или звонить? – сдавленно пробурчал он.