Страница 11 из 30
- Это один из парадоксов науки, Шинтаро, – чуть улыбнулся Акаши. – Как только у человека появляется какая-то интересная и нестандартная теория, его сразу объявляют сумасшедшим.
- Так ты мне веришь? – с надеждой проговорил тот.
- Скажем так, я не исключаю возможности, что твоя теория может оказаться верной. – Акаши немного помолчал. – Как не исключаю и возможности, что на фото просто человек, похожий на твоего Такао. Что палку могли заменить твои родители, которые случайно сломали ту, что обронил тот самый инструктор, но не хотели тебя расстраивать, поэтому купили новую. И что фамилию актёра ты мог слышать от Кисэ, просто не придать этому значения. А потом она просто выплыла из подсознания.
Шинтаро с ужасом осознал, что тщательно выстроенная теория путешествий во времени рушится, как карточный домик, планомерно возвращая его к мысли о возможном безумии.
- Я не физик, Шинтаро, – тем временем продолжал Акаши. – Я не могу с уверенностью апеллировать к теории пространства и времени. А вот у тебя есть такая счастливая возможность. И я уверен, что если Такао действительно существует, то ты найдёшь способ это доказать.
Мидорима внимательно посмотрел на товарища: Акаши поднялся, взяв со стола свой журнал и небольшую кожаную папку для бумаг, и собрался уходить, отсчитывая в бумажнике деньги за чай.
- Мне пора, – проговорил он. – У меня встреча с научным руководителем через пятнадцать минут.
- Спасибо, что уделил мне время, – поблагодарил Шинтаро, пытаясь понять, доволен он разговором или нет.
- Не стоит, Шинтаро, – мягко улыбнулся Акаши. – Я рад, если действительно тебе помог. И я верю, что ты сможешь доказать.
Акаши вышел, дверь за ним закрылась, звякнул колокольчик. Шинтаро продолжил сидеть за столиком, изучая свои записи. Он докажет существование Такао. Он уже почти придумал, как это сделать.
========== Глава 1.7. Ремиссия ==========
Мидорима внимательно оглядел помещение, кивнул собственным мыслям и, ухватившись за оконную ручку, взобрался на подоконник. Набрав в грудь побольше воздуха, он на долю секунды прикрыл глаза и решительно распахнул окно. Холодный ноябрьский ветер тут же забрался под выбившуюся из-под ремня рубашку, скользнул обжигающим льдом по коже, взъерошил и без того растрёпанные волосы, заставил вцепиться пальцами в раму и откос. На долю секунды захватило дух. От высоты седьмого этажа, от хлынувшего в кровь адреналина, от собственной безрассудности.
Хотя какой у него был выбор? Никакого, разумеется. Он должен был доказать, что не сумасшедший. И этот вариант на самом деле был единственным. Он пришёл ему в голову ещё в процессе разговора с Акаши, на подготовку ушло ещё пару дней. И вот теперь всё было готово: аудитория была заперта изнутри, ключ покоился в переднем кармане брюк Шинтаро, а камера стояла в самом тёмном углу помещения, из которого хорошо просматривалось всё пространство, и была почти незаметна, хотя и мигала периодически красной лампочкой для индикации режима записи. Теперь оставалось только ждать появления Такао, который непременно должен был прийти, Мидорима был в этом уверен.
- Шин-чан, – с некоторым осуждением раздалось за спиной, и Мидорима облегчённо прикрыл глаза, едва заметно выдохнув. – Что это ты удумал?
- Такао, – проговорил он, неловко обернувшись.
- Слезай сейчас же! – приказал Такао, подбоченившись, сурово сдвинув брови и бескомпромиссно сверкнув глазами. – Мало, что ли, тебе случайностей, ты ещё и сам решил добавить мне работы?
- Работы? – повторил за ним Шинтаро.
- Ну конечно! – возмутился Такао. – То и дело влипаешь в какие-то неприятности, и мне приходится тебя из них вытаскивать. Но мало этого! Теперь ты решил ещё и с седьмого этажа сигануть!
- Ты… – Шинтаро поморщился, нервно поправив очки, – ты сказал «работы»? Что это значит?
- Слезай! – скомандовал Такао, красноречивым жестом показав, что ждёт Мидориму на полу. – И мы поговорим.
- Нет, – Шинтаро упрямо ухватился за оконную раму и замотал головой. – Я слезу, и ты исчезнешь, разумеется. – Он негодующе уставился на Такао.
- Ты можешь оступиться, придурок! – возмутился тот. – К тому же на улице не май месяц! Простудишься! Не глупи, слезай, и поговорим. Я не исчезну, обещаю.
- Уж лучше я рискну, – упрямо поджал губы Шинтаро. – Мне нужны ответы и ты мне их дашь.
- Ты совсем помешался со своей физикой, Шин-чан! – воскликнул Такао, сделав несколько шагов к окну. – Отвечу я на твои вопросы! Только спускайся вниз, я тебя очень прошу.
- Не двигайся! – предупредил Мидорима, выставив вперёд руку. – Я не хочу в психушку, разумеется. Уж лучше разбиться в лепёшку. – Он бросил осторожный взгляд на улицу.
- Нет гарантии, что ты разобьёшься насмерть, – вдруг совершенно спокойно проговорил Такао. – Но ноги переломаешь точно. Можешь остаться инвалидом на всю жизнь. Такой исход тебя тоже устраивает? – он прищурился, сканируя лицо Мидоримы.
- Д-да, – неуверенно произнёс тот, поморщившись от слишком живых картинок, промелькнувших перед глазами.
- Брось, Шин-чан, ты ведь этого не хочешь, – отмахнулся Такао, сделав ещё один осторожный шаг к окну. – Никто этого не хочет. Давай руку! – Он потянулся к Шинтаро. – Помнишь, как тогда, в лифте? – Такао заглянул в глаза. – Хватайся! – повторил он слова Мидоримы, произнесённые в кабине лифта три дня назад.
Шинтаро растерянно моргнул: ясные серые глаза убеждали, дарили уверенность. Он перевёл взгляд на протянутую ему раскрытую ладонь с чуть подрагивавшими пальцами. Безумно хотелось ухватиться за неё, сжать сильнее, и почему-то верилось, что этот кошмар сразу бы прекратился. Мидорима потянулся к Такао помимо воли, сглотнул и, собрав в кулак остатки здравого смысла, всё же отдёрнул руку, спрятав её за спиной.
- Нет! – сквозь стиснутые зубы процедил он, зажмурившись. – Нет! – повторил уверенно, мотнув головой.
Шинтаро не успел сообразить, когда и как Такао умудрился ухватить его за запястье всё ещё сжимавшей распахнутую оконную раму руки и со всей силы дёрнул на себя. Он потерял равновесие, беспомощно взмахнул в воздухе руками и упал на пол аудитории, придавив своим весом Такао.
- Чёрт, Шин-чан, – сдавленно прохрипел Такао, стараясь скинуть с себя тушу.
- Прости, – машинально пробормотал Мидорима, поднявшись на локтях, и замер на мгновение, уставившись на лежавшего под ним Такао.
- Может, ты всё-таки слезешь? – предложил Такао. – Или, если тебе и в самом деле так удобнее, можем поговорить лёжа.
Шинтаро вмиг покраснел, поспешно скатился в сторону и суетливо уселся. Поджилки тряслись, пальцы заметно дрожали, и голова немного кружилась, он не был уверен, что сможет сохранить равновесие стоя, поэтому предпочёл остаться на полу и поправил сползшие на кончик носа очки. Такао же напротив быстро поднялся, захлопнул окно, прекратив завывания ветра. В аудитории стало неожиданно тихо.
- Знаешь, Шин-чан, вот такого я от тебя не ожидал! – Такао потёр лицо руками и принялся расхаживать туда-сюда по аудитории, время от времени бросая гневные взгляды на сжавшегося в комок Мидориму. – Я, конечно, не слишком хорошо тебя знаю. И ты странный, разумеется, – он хмыкнул, повторив словечко Шинтаро, – но чтоб такое! – Такао мотнул головой в сторону окна. – Это уже слишком, даже для молодых одарённых учёных физиков!
- Я должен был убедиться, – тихо ответил тот, подтянув ноги к груди и обхватив их руками, словно ребёнок. – Должен был, разумеется.
- Ради всего святого! В чём убедиться? – воскликнул Такао, картинно всплеснув руками.