Страница 370 из 373
Внизу творилось невообразимое: туши израненных животных сваливались в каньон вместе с наездниками, создавая подобие выгребной ямы. Страшная вонь гнилых тел отравляла воздух. Отрубленные конечности шевелились в чьем-то воображении. Из раздробленных грудных клеток вырывались предсмертные стоны. Отряд выживших примкнул к товарищам, которые незримо поддерживали их на протяжении стольких дней общего горя. Окруженный трупами убитых, Мартелл отказывался передохнуть или скрыться за спинами готовых помочь друзей. Нет, он повинен в бесчинствах, что учинили его люди. Он не убил священника, когда представлялось тысяча шансов. Но искупить вину, страшный грех перед человечество все же можно. Прах к праху. Разве не так говорилось раньше?
Конная сшибка уносила десятки, сотни жизней. Вражеских стрелков перебили Кью и Тарли. Солдаты бросались из крайности в крайность: то отступали, не слушая угроз командиров, то переходили в безысходное наступление. Гвардейцы разносили ряды неприятеля, кромсая всех подряд. Заляпанные кровью латы, помятые в нескольких местах, хранили следы страшного преступления. Смертники валялись на песке, воя и плача от нестерпимой агонии. Падая на колени, они держались за распоротое брюхо, горло или рассеченное напополам тело. Красные фонтаны обагрили все вокруг: лица и порванные флаги, одежду и добрые намерения. Остались только инстинкты. Звери вышли на охоту. Ожесточенный поединок двух непримиримых врагов оборвался, не успев начаться, поскольку их разделил пронесшийся мимо безголовый всадник. Лев вынужденно увел испугавшегося друга, в то время как Волк отъехал поближе к дыре с намерением нанести точный удар с разгона. К несчастью, его блистательный план нарушила секира, неожиданно возникшая из ниоткуда и сбросившая седока.
Потеряв равновесие, Антихрист рухнул в кровавое месиво, но ничего не повредил. А виновником сего досадного происшествия оказался плечистый гигант, опустивший острое лезвие на шею упавшему коню, тем самым отделив голову от туловища. Крик боли вырвался из напряженной груди – Вельзевул был с ним с самого начала. Теперь до самого конца, ибо он близок. Вскочив на ноги, демон собрался отомстить. Однако, заметив приближающегося лорда, издал протяжный стон и сделал шаг назад. Это не реальность, лишь жалкая пародия на нее. Такое невозможно. Мертвые не восстают и никогда не восстанут. Абсурд. Содрогнувшись, неудавшийся мститель разглядывал до боли знакомые черты, пытаясь прокрутить в памяти момент убийства чертового Разрушителя. Он же всадил ему клинок в самое сердце и выбросил с балкона. Вопрос сорвался с онемевших губ:
– Майкл?
– Не угадал, подонок, – с этими словами Ренси толкнул убийцу собственного брата в пучину. Обрушившись на скопление трупов, тот потерял сознание, ударившись о чей-то доспех. Сверху посыпались изуродованные тела.
Спешившись, Клаус последовал за недобитым выродком. Нельзя оставлять его, не то он вновь спасется и продолжит бессмысленный террор. Осторожно лавируя на очень острых камнях, он скатился вниз, при этом пронзая одного из безбожников. Тут, увы, правили не живые существа, а хаос. Он преобладал, как беспорядочно разбросанные туши с нехваткой почти всех конечностей. Мертвяки повсюду. Их становилось все больше и больше. Резкий металлический скрежет, сопровождаемый топотом копыт и звуками боевого рога, вынудил сражающихся обернуться. Три черных леопарда красовались на оранжевых стягах. Их владелец, не скрывая триумфальной усмешки, вел за собой триста хорошо вооруженных ратников. Напрасно торжествовали еретики, приметив мнимых союзников – юного Виго и коварного Бэнтли. Они пришли на помощь, но не пресловутым соратникам, а законному владыке Дорна и королю Беленора.
С ними рядом был Эндрю, старший сын несравненного Звезды Востока, скачущий с мечом наперевес. Злодеи, шокированные предательством одного из самых верных приверженцев догматов инквизитора, побросали оружие и ретировались, но путь им отрезала группа под командованием гиганта с шипастым молотом. Пусть и они тоже ощутят, каково это – умирать с раскроенным черепом. Но не все тряслись от страха в надежде разжалобить спасителей. Уэйнвуд продолжал яростно отстаивать пустоту в виде предположительно мертвого господина и его рухнувшей империи. Повстречав второго племянника в общей суматохе, он без предупреждения налетел на него, дабы утащить за собой в преисподнюю. Негоже двоим сыновьям Орсона оставаться в игре. Увернувшись от опасного выпада, Рекс пошатнулся, но сумел удержаться на ногах. С гадливой усмешкой Змей принялся напирать на раненого оппонента, но тот напрочь отказывался сдаваться.
Споткнувшись о валяющееся на земле копье, Темплтон упал. Лезвие клинка сразу же коснулось шеи. Умышленно медля с расправой, работорговец совершил известную в кругу любителей молоть языком ошибку. Эндрю отреагировал моментально, выбив из рук дяди орудие. Оба брата, не тратя времени на душещипательные объятия, наставили шпаги на того, кого считали ближайшим родственником. Впрочем, палач не особо сопротивлялся. Он понимал, что рассчитывать на статус военнопленного не придется, поэтому заранее поднял обе руки вверх. Тем не менее, всегда спокойный и уверенный в себе охотник вздрогнул и отшатнулся, стоило облаку пыли рассеяться, пропуская вперед хромавшего рыцаря. Расширившиеся зрачки, дрожавшие кулаки – все выдавало животный страх.
– Помнишь меня? – осведомился Ренси, глядя на своего мучителя сверху вниз. С нескрываемым удовольствием он отошел в сторону, давая мальчишка отомстить за отца. – Мне нравится смотреть, как ты умираешь.
Шакал хотел что-то сказать, но кровь наполнила рот и потекла по подбородку. Лезвия вошли в грудь, пронзив сердце, хотя оно все равно давно перестало биться.
С неистовым воплем обезумевший Лжепророк сбросил с себя все нагромоздившиеся тела и глотнул свежего воздуха. Очнувшись, он не увидел ничего, кроме стеклянных глаз и омертвевших ликов. Это вернуло его на пятнадцать лет назад, в ту зловонную темницу Ордена. Над ним пролетела конская туша с раздробленным позвоночником, свалившаяся в общую кучу. Свыше долетало паническое визжание. Пики вонзались в мышцы несчастных скакунов, отчего те жалобно ржали и падали на наездников. Вой, плач, бесноватый смех – все слилось воедино. В одну большую трагическую пьесу, но без счастливого финала. Нолан, не прекращающий кромсать всех подряд, выбивался из сил. Но количество противников не уменьшалось. С тыла его защищал Теофиль, с аристократической непреклонностью выслушивающий мольбы собственных людей. Эрнандо благодаря недюжинной силе пробивал черепа фанатиков без особых усилий. Но Гэбриэля не волновали обыкновенные подчиненные. В конце каньона он увидел главного зачинщика резни и устремился к нему навстречу.
Пробираясь друг к другу сквозь смрадную стену, невзирая на догнивающие останки, половинчатые туловища и невыносимые стенания, они скрестили мечи. Мэннинг, не сумевший остановить неизбежное, надломленным голосом предостерег государя: “Не надо”! Упав на пропитанный кровью песок, морально искалеченный гвардеец резко закричал: “Он убил их! Он убил Дилана, Тома и… Кая”.
Весь мир перевернулся в тот миг. Хищная усмешка взыграла на устах карателя, продемонстрировавшего тот самый клинок, ранее принадлежавший убитому. Ужасающий, пробирающий до дрожи рев с явственной болью прокатился по расщелине. Отскочив от грозящего удара, Никлаус пригнулся и, ловко возвратившись к изначальной позиции, ударил соперника в лицо и едва не зарубил на месте. Однако пошатнувшийся Старк выстоял и отразил выпад. Их ожесточенная схватка невольно завораживала. Невозможно было определить, на чьей стороне был существенный перевес. Антихрист умело манипулировал юношей и постепенно заманивал на откос, при этом стараясь ударить по ногам. Но венценосец обучался у лучших фехтовальщиков трехлетней войны, посему не поддавался на такие очевидные провокации.
Тирелл, упорно отказывающийся расставаться с резвым иноходцем, маневрировал с поразительной легкостью. За ним летели стрелы, но он уклонялся, попутно давая указания рассыпавшейся армии. Генералы, не без помощи опытных ветеранов, все-таки смогли восстановить порядок в собственных рядах. Прибывшее подкрепление оказало неоценимую услугу, совершив внезапный набег сзади. Силы уравнивались, а вельможи не боялись замараться в чужой грязи. Но, разделившись на два объедения, Альянс, несомненно, внес новую главу в книги, описывающие лучшие стратегии. Час потребовался на высадку из кораблей и пересечение небольшого клочка пустыни. В погоне за устрашающей эффектностью командир – сир Келвин, сперва помчался в полном одиночестве, вызывая чистейшее недоумение. Но спустя полсекунды он уже вел за собой двухтысячное пешее воинство. Насмерть перепуганные преступники не слушали изливающихся на них потоков ругательств оставшихся в живых лидеров, а просто побросали оружие и разбежались по полю брани.