Страница 29 из 373
– Надеялся, во всяком случае, – пробурчал Кол, раздосадованный тем, что его блестящие планы потерпели крушение. Он не любил проигрывать, это сразу же приводило к дурному расположению духа. Впрочем, найдя в себе силы пережить столь сильный удар, Лев выпрямился, одаривая собеседника гордым взглядом истинного Ланнистера. – Что же делает в таком месте будущий Хранитель Севера и лорд самой обширной территории Беленора?
– Думаю, мне следует задать тот же вопрос вам, мой принц. Позвольте осведомиться, ее величество королева знает о ваших похождениях? Вы успели уведомить ее перед уходом? – поинтересовался Стефан, при этом посмеиваясь над детским румянцем, вспыхнувшим на щеках юноши. Лев попытался скрыть столь досадный изъян за маской наигранного безразличия, но от этого проклятый красный цвет только расплылся по всему красивому лицу с правильными чертами.
Старк не без удовольствия рассмеялся на столь забавные попытки молодого принца выкрутиться из ситуации. В конце концов Лев просто громко фыркнул и присел рядом, свешивая ноги вниз, к воде. Сквозь белые наросты пены можно было рассмотреть свое отражение. Гигантские корабли с разномастными парусами медленно и непринужденно следовали вдоль береговой линии. Некоторые из них готовились к скорому отплытию и долгому путешествию за дальние рубежи; остальные совершали своеобразную прогулку, чтобы не гнить на одном месте.
После разрушительной силы природы большая часть судов затонула, а те, что выдержали напор, были сильно повреждены. Их смогли восстановить за кратчайшие сроки, но порванные паруса и отломанные реи свидетельствовали о сильных повреждениях. Матросы, разгрузившие лишь два заморских судна за день, отдыхали на причале. У них редко выдавалась свободная минутка, чтобы перевести дыхание и умыть вспотевшее лицо.
Полусонные глаза равнодушно осматривались кругом в поисках очередного занятия. Капитаны давно покинул порт ради увеселительной прогулки вокруг небольшой скалы, удачно расположившейся неподалеку от столицы, в центре моря. Несколько кораблекрушений произошло благодаря ей, но теперь она представляла живейший интерес для всех командиров, поспоривших с другими о том, что их корабль гораздо быстрее. Гонки продолжались уже второй час, в течение которого столица практически полностью заполнилась людьми. Не было ни единого уголка, который не изобиловал движущимися точками, стремящимися в неизвестном направлении.
В какой-то момент компания моряков, не отводивших взгляды от красноватых стен замка, застыла в немом восхищении от представшего перед глазами зрелища. Гигантского размера корабль шел мимо отвесной скалы, чтобы пристать в порту. Поднятые паруса поражали причудливым рисунком, изображенным на них. Солнечные лучи серебрили три скрещенных меж собой клинка, в то время как черный костяной дракон в верхней части угрожал разорвать каждого, кто приблизится к кораблю. Медленно, словно опасаясь чего-то, судно двигалось в направлении Королевской Гавани. Стоявший на рее капитан крепко держался за канат, салютуя людям на берегу свободной рукой.
– Красавица, я всегда мечтал о подобном корабле, но только боевом и с золотым львом на парусах, – Кол поднялся на ноги, чтобы получше рассмотреть представшую перед глазами картину. Он даже не заметил, как его друг замер в странном напряжении. Стефан долго пронизывал знакомый силуэт дракона бесцветными стальными глазами, безуспешно пытаясь вспомнить, кому тот принадлежит.
– Ты знаешь, чей он?
– Догадываюсь. По гербу нетрудно определить владельца. Когда-то давно мы с братьями резвились во дворе, пока не пришел отец, держащий в руках массивную книгу в кожаном переплете. Он не сказал ни слова, просто положил ее перед нами и заявил, что завтра спросит все ее содержимое. Мы, побледневшие от одной мысли, что нам придется заучивать всю Библию, осторожно открыли книгу и к своему облегчению обнаружили там красивые цветные картинки.
С тех пор я знаю каждый герб, название замка и имя лорда, который им владеет. – Поймав на себе испытующий взгляд Волка, Кол слегка наклонил голову вбок, а затем, театрально прокашлявшись, продекламировал: – Виллумы из Костяных Валов. Сир Персиваль – знаменитый рыцарь, воевавший на стороне моего отца во время известной тебе войны. Убил Эмера Гонта в поединке.
Стефан не успел подумать о том, где последний раз встречался с образом костяного дракона, как громкое лошадиное ржание и последующая ругань испуганных моряков привлекли внимание двоих друзей. Вновь этот белоснежный конь с золотистой гривой, отливающей на солнце, и вновь эта таинственная девушка, испортившая всю тренировку Молодого Волка. Светлые волосы развевались от бешеного ветра, устремляющего свои необузданные потоки в красивое полуовальное лицо. Старк засмотрелся настолько, что отскочил в сторону лишь тогда, когда его потянула сильная рука принца. Он не сразу понял, что произошло, пока необузданный жеребец, издав очередное ржание, не остановился у самого края пристани, махая при этом мощными копытами.
Наездница вовремя натянула поводья, позволяя своему другу встать на дыбы, приветствуя корабль отца. В этот момент за спиной двух друзей раздался приглушенный смех и перешептывание двух молодых погрузчиков. Увлекшись похабными шутками, они не сразу заметили стальной взгляд, которым их пронзил наследник Севера. В нем читалась сотня эмоций: гнев, раздражение, набирающая обороты ярость – все то, что не выражала мимика. Испуганные крестьяне поспешили ретироваться, оставляя лишний повод для Кола, чтобы вдоволь посмеяться. Лев не сразу заметил исчезновение своего друга; погруженный в собственные раздумья, он внимательно изучал огромный замок в центре многочисленных кроваво-красных стен.
– Сноуфайр, ты чего? Это же наш старый друг, – девушка ловко пресекла попытку взбешенного коня укусить непрошеного гостя. Животное не любило, когда к нему сзади подкрадывались, в особенности те, кто после подобной попытки продолжал оставаться на пути. – Стефан Старк, наследник Волчьего Логова, будущий Хранитель Севера и никудышный стрелок.
В душе огорченный сын Маркуса попытался сделать вид, что не расслышал столь колкого замечания, сказанного на его счет. Он деловито поправил растрепавшиеся от ветра волосы, после чего, выпрямившись, был готов произнести целую речь, однако налетевший на него принц испортил все начинания. Кол сразу же узнал в обворожительной незнакомке профессиональную лучницу, которая разбила самомнение Волка в пух и прах. Тут их цели практически сходились. Жаждавший немного развлечься Ланнистер сразу же повис на спине своего друга с навязчивым желанием испортить все дело.
Челюсти Стефана свело, а глаза сузились в нарастающем возмущении. Впрочем, девушка отреагировала на подобное поведение заливистым, заразительным смехом, чем окончательно покорила сердце Молодого Волка. Он попытался высвободиться из навязчивых оков в виде двух рук, опоясывающих шею, но безуспешно. В какой-то момент девушка повернулась в сторону все еще идущего корабля, на котором то и дело слышался повелительный голос её отца. Она не стала ждать, пока заинтересовавший ее человек освободится, и сразу же вскочила на нетерпеливого жеребца. Тем не менее, вновь натянув поводья, она слегка наклонилась и вложила в руку Стефана свою собственную стрелу.
– Подожди, как тебя зовут? – прокричал Старк, к тому моменту успевший освободиться от надоедливого принца. Его слова не возымели силу – девушка извлекла из-под седла длинный хлыст и со всей силы ударила им по крупу лошади, которая только и ждала повода, чтобы вновь опробовать свои силы в бешеном галопе. – Ты идиот, Кол!
– Не стану отрицать, – Ланнистер подмигнул рассвирепевшему другу, после чего резко пригнулся от угрожающего удара по носу. Ему ничего не стоило преодолеть небольшое расстояние до конца пристани, чтобы уйти от быстро выдохшегося преследователя. – Осторожнее, Стеф, с моей выносливостью трудно тягаться!
Впрочем, эти слова были адресованы кому угодно, но не наследнику Логова, поскольку тот давно бросил заведомо безуспешную попытку поймать дерзкого мальчишку. Таким образом, Кол вновь остался один посреди Улицы Рабочих, чей смрад раздражал ноздри гораздо больше провонявшей потом конюшни. Прикрыв нос рукой, сын Майкла медленным шагом направился в сторону замка. Ему не хотелось приближать момент встречи с гневливыми слугами и родителями, чьи бесконечные увещевания со временем въедались в мозг. Нужно избежать столь неприятный момент и вернуться тем же путем, что и раньше.