Страница 18 из 373
Больно ударившись головой, Лев попытался перевести дыхание. Жадное глотание воздуха сопровождалось нечленораздельными звуками. Тем не менее, его ждало новое потрясение в виде острия меча, приставленного к самому горлу. Отец склонился над поверженным противником; на лице по-прежнему отражалась сотня эмоций, среди которых преобладал гнев. Раздумывая над тем, следует ли наносить финальный удар, Майкл оскалился, выставляя напоказ белоснежные зубы.
– Ты глуп и импульсивен, мой мальчик. Так что? Уже не смешно, а? – иронично вздернув брови, государь резко вскочил с места и вонзил меч в землю в нескольких сантиметрах от испуганного и побледневшего лица принца. Сталь глубоко ушла в рыхлую почву, скрывшись под землей практически по середину. Тяжелый черенок немного накренил оружие вбок. – Будет чудо, если ты все-таки выживешь.
Мэннинг едва смог пересилить себя, чтобы подойти к распростертому на земле Никлаусу и протянуть ему руку, но подобная попытка оказать какую-либо помощь была встречена громким криком Майкла, призывающего немедленно присоединиться к предстоящей экспедиции за стену замка. Расти бросил сочувственный взгляд на тяжело дышащего кронпринца, после чего аккуратно обошел его, словно побитая собака, и медленным шагом последовал за своим королем, чей указ был священен для носителя белого плаща.
Невольные зрители разыгравшейся сцены сохраняли угнетающее молчание вплоть до того момента, пока Элайджа не подал старшему брату руку и не довел его до калитки. Хойт и Малакай безуспешно пытались развлечь подавленную компанию шутками. Клаус немного прихрамывал из-за сильного удара, полученного во время падения, но на все попытки друзей подставить плечо для помощи отталкивал их и умышленно ускорял шаг. Через несколько минут они достигли королевских конюшен, откуда за несколько миль слышалось громкое лошадиное ржание.
Прямоугольное помещение пропахло навозом, сеном и потом – лучшие запахи для рыцарей и лордов. Однако у девушек они вызвали лишь отвращение, за что те сразу же были награждены насмешками со стороны Аррена. Внутри сыновья Майкла выпустили собственных коней, чтобы совершить верховую прогулку за городом. К ним присоединились Хелена с жеребцом цвета вороного крыла под именем Джастин, и Лерия с гнедой кобылой Кайли. Они осторожно вывели обеспокоенных животных из стойл, едва сумев надеть на них седла.
Нежелание попасться на глаза кому-либо из гвардейцев заставляло компанию соблюдать величайшую осторожность даже тогда, когда красные стены замка, отливающие на солнце золотом, остались позади. Перед глазами предстала поистине великолепная картина: зеленая трава была устлана желтоватым ковром из многочисленных цветов. Лето всегда было знойной порой в Королевских землях, но вместе с тем оно приносило радость каждому обитателю здешних краев. Оно располагало своей ненавязчивой красотой.
Маленький Хенрик, подняв над головой обе руки, побежал вперед, сопровождаемый громким лаем четверых щенков. Они бросились за младшим Ланнистером, спотыкаясь и падая из-за своих коротких лап. Черный щенок с маленьким белым пятном на груди сразу же помчался в противоположную сторону, откуда доносились звуки борьбы. Неприятный скрежет металла о металл приковал к себе внимание небольшого эскорта. Неподалеку от места, где всегда проводились тренировки боевых коней, происходил ожесточенный поединок между одним из рыцарей королевской гвардии и человеком в серебряных доспехах, украшенных зеленой эмалью. Клаус и Элайджа поспешно вскочили на коней, чтобы прекратить бойню, но их удивлению не было предела, когда они увидели, что одним из противников оказался дядя Мозер.
– Не хочу показаться напыщенным козлом, но в Беленоре еще не было человека, который бы смог одолеть меня, – облизнувшись, прокричал раскрасневшийся от резких движений Тирелл, ловко парируя удары соперника, коим оказался владелец белого плаща, Крэйвен Клиган.
– Ну давай, старик! Продемонстрируй, что ты умеешь! – в свою очередь откликнулся мужчина в кирасе, на которой были изображены три черных скалящихся собаки. Ручьи пота струились по красивому лицу, заставляя черные пряди ниспадать до самого подбородка. Тем не менее, это не мешало Крэйвену отражать самые жестокие атаки.
– Старик?! – возмутился нападающий, легко отскакивая от угрожающего острия. – Тот факт, что я являюсь ветераном войны с Луцианом Таргариеном, еще не делает из меня старика.
В этот момент Клиган заметил двух подъехавших принцев, что стало причиной его поражения. Мозер, воспользовавшись временным замешательством соперника, резко отвел меч в сторону и плашмя ударил им по ноге гвардейца. Боль пронзила все его тело, словно разряд электричества, но Крэйвен смог удержаться и упасть на руки. Сбивчивое дыхание, тяжело вздымавшаяся грудь и капли пота, падающие на траву – все это говорило о том, что борьба продолжалась уже достаточно давно.
Тирелл не без удовольствия подошел к поверженному и протянул широко раскрытую ладонь. Он не сразу обнаружил присутствие двух посторонних наблюдателей, но, подняв глаза, немного склонил голову набок. Клиган уже давно стоял на ногах и очищал собственный меч от грязи.
– Решил поучить молодых уму-разуму, – насмешливо произнес Рыцарь Цветов, внимательно изучая черты обоих братьев. – Не хотите составить компанию?
– Мы предпочитаем более безопасное времяпрепровождение, – усмехнулся Элайджа. – Ну, точнее, все мы, кроме Клауса, который решил, что сможет обуздать дикого жеребца из Дорна.
– Ты про Акаме? Коня Рубена Мартелла? Я просто обязан на это посмотреть! – воскликнул воодушевленный Тирелл, давно желавший найти себе другое занятие.
– Да, посмотреть, как Клауса затопчут копытами – это как на представление сходить, – Элайджа сразу же поспешил увернуться от грозящего удара по плечу, в результате чего едва не упал с коня.
Мозер не стал дожидаться особого приглашения, а сразу же схватил ножны от меча, предусмотрительно снятые с пояса, и поспешил к месту сбора. Знаменитый караковый жеребец оставался привязанным к лошади Кая. Он то и дело старался вырваться, громко ржал, взрывал копытами землю и пытался встать на дыбы. Собравшиеся с опаской смотрели на этого безудержного коня, чьи массивные копыта с легкостью могли пробить человеческий череп. Белый щенок, принадлежавший Элайдже, остановился в нескольких шагах от бушующего животного и громко залаял. Лерия сразу же поспешила схватить его за лапы, чтобы не позволить добраться до тяжелых копыт с железными подковами.
Мозер подоспел как раз вовремя и, не мешкая, критически осмотрел мустанга, который не так давно скакал по выжженной пустыне Дорна вместе со своим табуном. Прекрасная лоснящаяся грива темного оттенка прикрывала небольшое белое пятнышко в центре лба. Коричневые вкрапления на поджаром теле сливались в великолепную палитру.
Слабая попытка протянуть к жеребцу руку закончилась громким недоброжелательным ржанием и щелчком зубов в сторону дерзкого нарушителя личного пространства. Мозер отпрянул в сторону, словно угроза была приведена в действие, и сразу же отошел на безопасное расстояние.
– Мне кажется, что лучше этого не делать, Клаус.
Однако заботливый совет был пропущен кронпринцем мимо ушей. Он уже давно отвязал норовистое животное и взобрался верхом, отчего Акаме дернул задними копытами.
Почувствовав свободу, мустанг взвился на дыбы, размахивая передними ногами, затем резко взревел и бросился в сторону, противоположную от замка. Не разбирая пути, он мчался по извилистым дорогам, подскакивая на каждом углублении, возвышенности или гористой местности. Ланнистер старался держаться крепче, ощущая, что под ним находится не спокойный и послушный Брего, а совсем другое продолжение наездника. Странное чувство неловкости постепенно исчезало, как и необдуманное желание жеребца побыстрее сбежать. Он стал чаще поворачивать в те моменты, когда ощущал во рту металлический привкус трензеля. Поводья, отличавшиеся от тех, к которым он привык, уже не беспокоили язык и зубы. Неудобное седло перестало въедаться к худые бока, а подковы более не раздражали. Таким образом Акаме признал своего нового хозяина. Признал все его попытки стать лидером в их совместном тандеме.