Страница 43 из 59
Мол, мог бы и предупредить. Смотря на меня, он прочитал, сделал свои выводы и задал правильный вопрос:
— У вас что, не пользуются подобными разработками?
Хочешь не хочешь, а отвечать пришлось — иначе как объяснить своё поведение? Написала: «Нет».
Одно слово… а сколько всего оно рассказало. И дальше пошло-поехало… Как бы ни изворачивалась, ни юлила — всё насмарку.
Так мы и сидели, наслаждаясь тишиной и видом приближающегося скопления звёзд. Скорее всего, Дан видел это не раз, но я была благодарна ему за то, что он позволил мне впитать в себя это незабываемое зрелище.
Не заметила, как уснула — под мерное сердцебиение и ласковое поглаживание ладоней. Проснулась где-то под вечер, когда меня нагло растормошил неизвестно откуда взявшийся Рим.
И я бы обрадовалась, честно… Если бы меня снова не накормили какой-то лабудой. Правда, теперь жидкой, но по вкусу не сильно отличавшейся от предыдущей каши.
Через час подошёл мой «муж». Странно звучит, да? И мы возобновили прерванную беседу.
— Когда перенесёмся домой… не паникуй. Во время телепортации я буду держать тебя на руках. Тем более непривычно и страшно бывает только в первый раз, потом привыкаешь.
Угу… верю.
— Может, лучше сразу полетим на Аттеру? — с надеждой обратилась к нему. — И телепорт использовать не надо.
— Сия! Прекрати быть трусишкой, — до этого молчавший друг присоединился к разговору.
Зло зыркнула на него. Лучше бы помалкивал.
Но Дан, проигнорировав комментарий, продолжил объяснять:
— Могли бы… — не успела расслабиться, как он добавил: — но не будем. На Итириду следует доставить капсулу, в которой мы тебя нашли. К тому же… неужели ты хочешь ещё три недели провести на корабле?
Я уже хотела возразить, что согласна на всё, лишь бы отсрочить новую встречу с этим ужасающим способом перемещения, как меня добили:
— Чем раньше ты привыкнешь, тем лучше. На Аттере вот уже как девятьсот лет нет никакого транспортного средства — мы предпочитаем ходить пешком. А если необходимо преодолеть большое расстояние, используются мини-порты.
Глава 20. Держи меня. Не отпускай
Дальнейшие дни не отличались друг от друга никаким разнообразием.
Утром — каша в компании Амадана. Потом созерцание звёзд под рассказы из его жизни. Меня он также расспрашивал: его интересовала моя личная жизнь, особенно на поприще любви. Старалась отвечать на общепринятом — надо же как-то развивать лингвистические навыки.
Потом обед в столовой, куда на второй день меня отпустили с условием больше никуда не соваться. Да я на всё согласна, только выпустите меня на волю!
Экипаж был удивлён, когда меня увидел. Не знаю, насколько они были в курсе того, что со мной случилось, но многие были рады.
— Наконец-то перестанем видеть кислые мины капитана и пилота, — подначивали меня. — Лишила нас такого развлечения. Ты смотри, так больше не поступай.
Даже Доусет на пару с молчаливым племянником выказали уважительное одобрение одной фразой:
— С выздоровлением.
Ближе познакомилась с нашим коком. Я впервые видела его настолько близко. Даже когда выкручивалась в ситуации с Кофисом, не смогла его встретить. Неуловимый аситин.
Сауер был мрачным типом. Сам к нам присел во время обеда. Ни слова не говорил, лишь молча смотрел на меня, даже к еде не притронулся.
Я ему что, букашка?! Которую можно пришпилить на стёклышке и разглядывать?
Надоело.
Если он думал меня этим смутить — не на ту нарвался. На откровенное хамство отвечаю хамством. Поэтому отложила ложку и так же посмотрела на него. Сбоку прыснул Рим, я же только бровь подняла, неотрывно глядя в чёрные омуты.
— Что такого интересного увидел?
— Тебя.
Больше ничего не добавив, он вышел из-за стола, напоследок положив руку мне на плечо.
Это что такое было? Им же нельзя ко мне прикасаться.
Посмотрела на резко замолчавшего товарища. Но тот лишь махнул рукой, мол: «забудь».
Ну ладно… Потом он отводил меня в каюту, куда через несколько минут подходил уставший демон. И всё оставшееся время мы принадлежали друг другу.
Это были незабываемые часы.
Они были наполнены порой покоем, всегда — уютом, тихим искушением и, наконец, наслаждением.
Эй! Вы о чём подумали? Любовью, как самим процессом, мы не занимались. Хотя совру, если скажу, что не хотелось.
Мы всё так же принимали совместный душ и под видом мытья ласкали друг друга. Каждый раз меня первой выставляли из кабины. Я примерно догадывалась, чем он там занимался.
Ложилась, потом он присоединялся ко мне, доводил до оргазма. Затем, поворачивая к себе спиной, оплетал ноги хвостом и, обнимая, засыпал.
А я ещё долго не могла уснуть, не понимая, почему он не идёт дальше. Ведь моя попа отлично чувствовала, что он хочет. Ещё как!
Один раз, разгорячённая, я провела рукой от его груди к пупку… Перехватив мою лапку, он как рыкнет — и вылетел из каюты, словно за ним волки гнались.
Обратно я его так и не дождалась. С того раза он всегда держал мои руки над головой, чтобы я не могла к нему притронуться. Так вот и прошла неделя.
Стоя на смотровой площадке, держалась за поручни. Экипаж целый день был занят. Все носились туда-сюда, подготавливая корабль к посадке. Но было видно, каким нетерпением горели их глаза.
Амадан был в рубке, Джарим — там же, чего требовало звание первого пилота. Шинфар со своими ассистентами проводили инвентаризацию и составляли рапорт о проделанной работе. Чем занимался Доусет и остальные — не задумывалась.
А я, чтобы не мешать и не путаться под ногами, пришла сюда. Полюбоваться открывшимся видом.
За окном было ещё то зрелище…
Итирида… Это название не подходило планете. Совсем не передавало её величия.
Она была серо-голубого цвета и словно сияла изнутри. Если бы не серый оттенок, была бы точь-в-точь как наша Земля. Только она имела кольца, как у Сатурна.
А хотя… Чем ближе мы приближались, тем яснее становилось, как я ошибалась.
Ничего общего с Сатурном.
Поскольку у того кольцевые образования появились естественным путём. А то, что увидела я, иначе как искусственным возникнуть не могло.
Мы приближались к космической станции, которая опоясывала планету в два ряда. Тысячи кораблей разных размеров и моделей направлялись к ней, напоминая пчелиный улей.
Впечатляющее зрелище. Если бы не наш современный кинематограф, я бы ещё долго пребывала в прострации.
Мне надоело стоять с открытым ртом, поэтому тут же одёрнула себя:
«Подумаешь! Да я и не такое видела!»
При этом благополучно старалась забыть одну немаловажную деталь — видеть-то видела, но только в кино.
Мы медленно подлетали к этой махине. Станция была огромной. Видимо, не только люди в стародавние времена страдали гигантоманией.
Наконец очередь дошла до нас. Операторы притянули наше судёнышко в образовавшийся отсек. Почему «судёнышко»? Да потому что за окном мимо проплывали крейсеры.
Я даже испугалась размеров корабля, состыковывающегося рядом с нашим проходом. Его закрепили у входа в отсек, мы же полетели дальше — по светлому тоннелю.
Я покрепче вцепилась в поручни, ощутив толчок. Значит, приземляемся. А дальше… Началась целая эпопея.