Страница 42 из 59
— Если бы всё было так просто. Наши органы ей не подойдут. — Недобро усмехнулся и прикрыл глаза, чтобы он не видел безысходности, светившейся в них. — А выращивание сердца, подходящего для неё, по словам Шинфара, займёт полтора года даже с нашими технологиями. А запускать сердце заново можно будет только четырнадцать декад — и оно износится.
В каюте ощутимо похолодало. И не только для меня.
Жалкий месяц… не хватит одной жалкой декады.
Молчание повисло тяжёлое, глухое, но от этого не менее громкое, чем гроза. Каждый из нас был погружён в себя.
— Что от меня требуется? — решительно разорвал тишину друг. — Ты же нашёл выход?
— Да. — На моём лице сама собой расползлась улыбка.
Сия.
Я не проснулась даже на ужин — так и проспала до утра. Блаженная улыбка растянула мои уста: я самый счастливый человек, который сигнализирует о своём состоянии всему миру.
Как классно было валяться в постели… Даже приняла форму звезды… Я же в космосе, как-никак… Авось кто ослепнет от моего сияния. К примеру, тот, кто опять принесёт вчерашнюю кашку.
Караул… травят… Отвернулась от вони и зарылась носом в подушку.
— Миасе, я знаю, что ты не спишь.
— Уйди, изверг.
За нехорошие слова с меня стянули одеяло.
— Редкостный…
За ворчание хлопнули в ладони — и кровать подо мной начала стремительно уменьшаться в размере, исчезая в стене. Даже мои, казалось бы, аморфные конечности живенько оказались в вертикальном положении.
А то, что меня слегка заносило из стороны в сторону и дыхание сбилось — это мелочи.
Сдувая отросшую чёлку с глаз, волком глянула на Демона. В ответ получила лишь приподнятую бровь…
Ничего… будет ещё и на моей улице праздник… месть — блюдо холодное. Откинув раздражающие лохмы со лба, чинно села за столик. Тот самый столик, с которого началась моя супружеская жизнь.
Надо отдать должное Дану — на его тарелке вольготно расползлась та же «манна небесная». Я говорила уже, что его обожаю? Нет? Теперь точно скажу.
Мы оба такие интеллигентные… аккуратно расстелив салфетки на коленях, активно принялись изображать, как наслаждаемся этим завтраком. Заталкивали комки в горле хлебцами и прятали перекошенные моськи за стаканами с отваром.
Никто не проронил ни звука. Мой аситин, видимо, тоже боялся лишний раз рот открыть, дабы всё с таким трудом съеденное не повалило обратно.
Наверняка наш общий вздох облегчения был слышен за пределами каюты.
— Чем теперь займёмся? — спросила я у него.
Вместо ответа он поднялся и, взяв меня за руку, направился к выходу.
— Амадан? — не получив ответа, заволновалась.
В груди потяжелело, дала о себе знать вновь появившаяся одышка. Р-р-р… чувствую себя старушкой. Бедные пенсионеры…
— Сия… успокойся, — покосился на меня этот манипулятор. — Сейчас увидишь, тебе понравится.
Женщины… подскажите мне, пожалуйста, что обычно следует после подобной фразы у нас на Земле? Ничего хорошего. А значит… какое там спокойствие? Сердце, наоборот, усиленно начало гонять кровь по организму.
Пробормотав нечто не слишком лестное по поводу вечно паникующих самок… «Оказывается, и у них всё как у людей!» — меня сграбастали в объятия и поцеловали.
Мр-р…
Правильно. Лучший способ закрыть нам, самкам, рот — зацеловать до полуобморочного состояния.
Зацелованная и довольная, я забыла, почему, собственно, разволновалась, когда рядом такой образчик альфа-самца. Поэтому, не возражая, последовала за ним, спокойная как удав.
Привёл он меня туда, где я ещё ни разу не была. Оказывается, у них здесь есть смотровая площадка.
Правда, пришлось немного потрудиться, взбираясь по винтовой лестнице. От этого я тяжело задышала. Два коротких пролёта, по четыре ступеньки — и на тебе. Одышка такая, словно километр пробежала.
Расстроилась. Да даже для тех, у кого «порок сердца», такой подъём не должен быть настолько затруднительным.
Постаралась окончательно не раскиснуть.
Облокотилась на стоящего рядом капитана, который просто молчал, поддерживая и дожидаясь, пока моё дыхание стабилизируется.
— Я попросил перенести сюда кресло для тебя, — сообщил он, взяв меня на руки, и первым присел в него. — Смотри внимательно.
Потом связался с Когисом, которого я видела лишь мельком.
— Можешь начинать.
С той стороны послышался смех и странная фраза:
— Никогда не думал, что доживу до этого!
И связь прервалась.
— Ты главное не бойся. Я держу тебя.
Не успела ни запаниковать, ни спросить, как корабль загудел, и всё моё внимание переключилось на окно. Точнее — на то, что открывалось за ним.
А там…
Космос, усеянный миллиардами звёзд, всё приближался и приближался, не имея ни конца, ни края. Он словно затягивал внутрь, заставляя погружаться в глубину себя.
Зрелище… и ощущения… явственно давали прочувствовать собственную ничтожность.
Атом. Среди миллиардов таких же, вроде бы незаменимых частиц, но способных потеряться среди этого великолепия.
Погрузиться в транс не давали руки, крепко державшие меня за талию.
Мы, очевидно, вошли в гиперпространство. Фантастические книги я не читала, но «Звёздные войны» — это святое. А Дарт Вейдер — это вообще легендарная личность.
А действие всё продолжалось. Звёзды мелькали, словно в перемотке, сияя всё ярче… и вдруг — рывок. Свет почти ослеплял, переливаясь множеством слоёв оттенков, о которых радуга могла только мечтать.
И в один момент — всё закончилось.
Судно, вылетев как пробка из бутылки, резко замерло. Примерно такие ощущения бывают, когда лифт останавливается на нужном этаже.
Но это было ещё не всё. Я замерла, заворожённо следя за тем, какая картина разворачивается перед нами.
Видеть галактику на фотографии — даже самой лучшей — это ничто по сравнению с тем, когда она прямо перед глазами.
Зрелище завораживало своей первозданной красотой. Созвездия кокетливо подмигивали, словно желая познакомиться. Галактика манила ощущением покоя и безопасности.
Она была прекрасной… великолепной… нет… вол—
— Как тебе?
— Волшебно… — на полном серьёзе ответила я, голос охрип от переполнявших эмоций.
За что получила нежный поцелуй в висок.
— Такой я вижу тебя.
Это было сказано спокойным тоном, в котором звучала полная гармония с собой и миром.
Откровение не было ни наигранным, ни приторно сладким. Оно было естественным.
Как сама Вселенная. Разве после такого можно остаться равнодушной? Зачатки любви, впервые пустившие корни во время моего лечения, начали расти.
А он, словно ничего не произошло, не меняя тона, продолжил:
— Поскольку ты рассказывала, что вы вышли в космос, но ещё не преодолели пределы своей галактики, я решил показать тебе твой будущий дом.
И начал перечислять созвездия
Как вы поняли, я проболталась — рассказала о Земле всё, что знала. А всё тот треклятый телепорт!
Демон в самом начале, после случившегося, начал выпытывать, что произошло после телепортации, почему у меня случился приступ паники. Я же, вспомнив, как перепугалась, яростно посмотрела на него и давай строчить обвинительное СМС.