Страница 32 из 59
Он услышал. Я это почувствовала по тому, как изменилось его дыхание. Тепло, которое, казалось, уже начало стихать, вспыхнуло снова — сильнее, глубже, неуправляемо.
Почему он медлит? Почему останавливается на грани? Мне этого уже было мало. Слишком мало. Я тянулась к нему, всем телом, не скрывая этого.
И он это знал. И… будто нарочно удерживал. Растягивал каждую секунду. Каждое прикосновение. Словно наслаждался не самим действием — а тем, как я постепенно теряю контроль.
Я не говорила ни слова. Но в этом уже не было необходимости. Тело выдавало меня с головой. Каждое движение, каждый вдох. Я почти задыхалась от ожидания.
И когда казалось — ещё немного, и я просто сорвусь…
Он изменился. Резко. Без предупреждения. И в этот момент мир будто сместился. Тело откликнулось мгновенно — без разрешения, без контроля.
Всё внутри сжалось, вспыхнуло, разлилось волной, от которой невозможно было укрыться.
Я перестала думать. Перестала сопротивляться. Осталось только ощущение. Яркое и полное. И в какой-то момент всё просто… оборвалось.
Как струна, натянутая до предела. И после — тишина. Пустота. И странное, почти оглушающее спокойствие.
***
Как же приятно было просыпаться…
Ощущение неги никак не хотело отпускать. Мне было лень открывать глаза — казалось, весь мир может подождать, пока её высочество, то есть я, соизволит проснуться.
Я тихо, почти лениво рассмеялась, не открывая глаз.
— Я рад, миасе, что ты очнулась в таком хорошем расположении духа, — ворвался в мои мысли хрипловатый со сна голос. — И ещё приятнее осознание того, что тому причина — я.
Я резко распахнула глаза и уставилась на соседнюю подушку, на которой покоилась голова Амадана.
Даже его улыбка и растрёпанный вид не облегчили ситуацию. Я покраснела. И в один миг вспомнила… всё.
«О боги… и это на глазах едва ли не у всего экипажа…»
Ощущение лёгкости мгновенно сменилось неловкостью. На секунду. Всего на секунду.
Потому что уже в следующий момент я отмахнулась от этого чувства. Я не ханжа — и начинать не собираюсь.
Он ведь не взял меня прилюдно. Да, кто-то видел начало… но это уже их проблемы. Пусть завидуют. Мы, в конце концов, считаемся парой.
Забавно, как быстро меняются приоритеты под давлением обстоятельств. Я взрослая, самодостаточная женщина.
А этот… демонюка выглядит так, будто выиграл главный приз в жизни. Нет. Так не пойдёт. Нужно срочно стереть эту самодовольную ухмылку.
В назидание.
— Кто ж спорит… — я демонстративно зевнула и потянулась, словно ничего особенного не произошло. — Оргазм с женщиной творит чудеса… любой.
Пусть теперь думает, как хочет.
Судя по тому, как сощурились его глаза, понял он всё правильно. «Ой… глупая!» Вчерашний инцидент ничему меня не научил?
Я даже не успела соскочить с кровати, как снова оказалась прижата к ней. Голая… Значит, раздел. Парнокопытное.
— Знаешь, маленькая… — его жаркий шёпот обжёг ухо, заставив мурашки разбежаться по всему телу. — Через пять суток мы прибудем на «Вейнитар». У меня появилась идея, как нам провести досуг до прилёта…
Да что это такое?! Он мне даже не нравится. И страшный, к тому же. А телу всё равно. Оно плавится под ним, как масло на солнце.
«Феромоны», — тут же нашлось оправдание. — «Точно они». Я уговаривала ту самую «добропорядочную землянку», которой считала себя ещё совсем недавно.
Хотя… против воли приходилось признавать — его умение манипулировать вызывает… уважение. Восхищало бы. Если бы я не была его целью.Эта мысль немного остудила меня.
И я наконец смогла ответить:
— Не думаю, что это уместная идея. К тому же ты обещал научить меня читать и писать.
— Уверена? — взгляд стал выжидающим, почти испытующим.
Я промолчала. И, не дождавшись ответа, он всё же отстранился и протянул мне руку.
— Идём в очистительную кабину.
Смысла отказываться я не видела, да и смущаться, по-моему, было уже поздно. Не после вчерашнего.
Ещё никогда мне не приходилось принимать душ вместе с мужчиной, и я решила рассматривать это как… дополнительный опыт.
Пропустила его вперёд. Надо же полюбоваться на то «добро», которое само прибилось к моему порогу. Не удержалась от ехидной мысли.
Если смотреть с этой стороны — жаловаться мне не на что.
Мужчина явно не бедный (да, немного меркантильно, знаю), состоявшийся, уверенный в себе. Тело — конфетка. А в постели, судя по вчерашнему… вообще без комментариев.
Так что, дорогуша, хватит носом вертеть. С остальным… «стерпится — слюбится». Каждый сам кузнец своего счастья. И мне совсем не хочется прожить остаток жизни в роли жертвы. Значит — будем пользоваться шансом. Начать с нуля.
Попробовать «подогнать» этот инопланетный костюмчик под себя… чтобы нигде не жал. Кто знает — может, всё не так уж и плохо.
Мне даже стало немного жаль его. Кстати… Кем он мне теперь приходится? «Пара» — это понятно. Но ещё я слышала в свой адрес «астниера», «миасе»… жаль, переводу они толком не поддаются.
К мужчинам обращаются «син» (что-то вроде «мистер»), к женщинам — «тьера»… Отвлеклась.
Бедняга со мной ещё намучается. Я, конечно, не знаю, какое у них положение у женщин, но собой помыкать и указывать, что мне делать, я точно не позволю.
Как же пафосно это звучит… А на деле? На деле весь мой феминистический настрой о равенстве закончился тем, что меня — такую независимую — просто подхватили, как ни в чём не бывало, и потащили в душ.
Авторитарной рукой. В лице бескомпромиссного капитана.
Он намыливал, проводил ладонями по коже и буквально пожирал меня взглядом. Слышались лишь короткие команды:
— Подними голову… — Руки… — Развернись… — Наклонись…
От его хриплого голоса невозможно было отмахнуться, как и уклониться от прикосновений.
Стоило лишь раз попытаться — я тут же ловила недовольный взгляд… и становилась послушной.
Хотелось бы соврать, что меня это возмущало до глубины души. Но себе не соврёшь. Мне нравилось. В его прикосновениях чувствовалось сдерживаемое желание… и, странно, даже что-то похожее на осторожность.
Я ощущала себя… женщиной. Желанной — точно. И, если быть честной, уже только ради этого ощущения можно было закрыть глаза на его инопланетное происхождение и властные замашки.
Со временем… приручим.
— Теперь ты.
Я слишком расслабилась и не сразу поняла, о чём он. Выгнула бровь, требуя уточнения.
— Твоя очередь… меня мыть.
Он протянул губку, пропитанную мыльной пеной. Вот оно. «Укрощение строптивой» во всей красе.
Выбора у меня не было с того самого момента, как я согласилась на эту авантюру с «помолвкой». Пришлось подавить вздох и взять эту… космическую мочалку.
Помня, что дразнить его сейчас не лучшая идея, начала с шеи. Пришлось встать на носочки, опираясь одной рукой о его грудь, чтобы дотянуться выше.
Старалась не смотреть на его лицо, полностью сосредоточившись на деле. Широкие плечи, мощная спина… Завораживало.
Чтобы быстрее закончить и не отвлекаться на лишние мысли, подключила вторую руку. Под моими пальцами его кожа реагировала — едва заметно, но ощутимо. И это почему-то показалось забавным.
Я даже улыбнулась.