Страница 31 из 59
Одной рукой он ухватил меня за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза, другой отломил кусочек их подобия хлеба.
Я аккуратно приняла его… и в «благодарность» снова провела языком по его пальцам.
Сама не знаю, что на меня тогда нашло… Может, воздержание. Может, что-то другое. Но остановиться стоило раньше.
А я — нет.
Пока я старательно жевала, он гладил мои скулы, другой рукой медленно массировал шею.
А хвост…
Этот наглец уютно устроился между моих бёдер, постепенно повышая температуру моего тела.
Но я бы не была собой, если бы не ответила. Я слегка поёрзала, давая понять, что прекрасно чувствую его.
И, взглянув на него из-под ресниц… Поймала реакцию. Ему это явно нравилось. Дыхание стало глубже, взгляд затуманился…
В общем — зрелище более чем красноречивое. И что уж скрывать…
Какой женщине не будет приятно видеть, что даже от таких, казалось бы, невинных действий мужчина теряет контроль?
Вот так и проходил наш совместный ужин — мы полностью игнорировали остальной экипаж.
Сейчас было важно другое: лёгкие укусы в ушко, замаскированные под доверительный шёпот, тёплые взгляды и медленные поглаживания его мускулистой груди…
А зря.
Пока мы увлеклись друг другом, они явно наблюдали.
Заметив взгляды, я вдруг осознала — они вполне могли унюхать то, что скрывалось под столом. А я, наивная, надеялась, что никому не видно, где именно находится хвост капитана… и в каком состоянии я сама.
М-да… И «невозмутимое лицо» тут явно не спасло. Вон — у всех ноздри едва заметно подрагивают. Один вообще закашлялся и вылетел из столовой, как пробка из бутылки.
Так… пора убираться отсюда. И неважно, что самой хотелось продолжить.
«Я не дам, я не дам, я не дам — и не проси…»
И почему я совсем не удивилась, когда меня не отпустили? Наоборот — прорычав что-то недовольное, он резко перехватил меня за шею сзади.
— Ай!.. больно же…
Что-то тёплое потекло по спине.
Его это остановило?
Нет.
Капитан лишь глухо зарычал и провёл языком по месту укуса, словно сглаживая след — но ощущение осталось.
Возбуждение как рукой сняло. Это было действительно больно.
Я слышала от девчонок, что в таких играх боль лишь усиливает ощущения…
Но, видимо, не в моём случае.
Особенно когда у партнёра такие… зубы.
Я зашипела, как ободранная кошка, в сотый раз пожалев о своей затее — «подразнить капитана». И тут стало тихо. Слишком тихо. Остальные перестали делать вид, что ничего не происходит.
И в голову закралась неприятная мысль:
«А не собираются ли меня взять прямо здесь?.. устроив бесплатное шоу?..»
Обстановка накалилась до предела. Все, кто был в столовой, отложили приборы и, отодвинувшись от столов, открыто смотрели на нас.
Адреналин ударил в кровь. Особенно когда демон крепче сжал меня, притянул к себе, уткнувшись в шею, и не давая отстраниться.
— Мамочки…
Надо было что-то придумать. Срочно. И главное — никто мне помогать не собирался.
Лица вокруг стали серьёзными, даже… одобрительными. Именно это меня добило.
— Пусти меня! Пусти!!! — я начала вырываться, тянуть его за волосы, только усугубляя своё положение — острые зубы ещё сильнее царапали кожу.
В огромном помещении нарастал гул. Хвосты били по полу, отдаваясь лёгкой вибрацией под ногами. Я изо всех сил впилась ногтями в его кожу — отчаянно, почти до боли.
И… он замурлыкал. Меня пробрало холодом. Чем больше я сопротивлялась — тем сильнее его это заводило.
Когда он рыкнул, тело само замерло. Инстинкт. Почувствовав это, он довольно зарычал и развернул меня лицом к себе.
Я зажмурилась. Не хочу смотреть. Про остальных я уже вообще забыла.
— Посмотри на меня.
Голос — низкий, глухой, пробирающий до костей. Я замотала головой.
— Посмотри.
На этот раз выбора не было. И так заигралась… Я открыла глаза.
— Умница… — тихо.
Он схватил меня за волосы и притянул к своей шее.
— Кусай.
Я опешила. «Что?..» Такая резкая смена выбила из колеи. И… я послушалась. Укусила — туда, где под кожей пульсировала жилка.
— Сильнее… — недовольно.
— До крови.
Последнее слово он почти прорычал. И вот тут во мне что-то щёлкнуло. «Серьёзно?» Ну хорошо.
Я сжала челюсти сильнее. И тут же почувствовала вкус — солоноватый, с металлической ноткой…
Он застонал и опрокинул меня на стол, предварительно скинув с него посуду. Пришлось отпустить его шею и удивлённо на него уставиться.
Я даже не успела испугаться, что мои опасения сейчас подтвердятся, как он резко поднял голову и свирепо рявкнул на подчинённых:
— Вон!!!
Затем снова посмотрел на меня, задержав взгляд на моих губах… и в следующую секунду накрыл их своими.
Я снова ожидала боли. Но нет. На этот раз он был… осторожен. И я в который раз удивилась, как ему удаётся не задевать мои губы клыками.
Я лежала тихо, принимая поцелуй, всё ещё ожидая резкости. Но её не было.
Он целовал — медленно, настойчиво, оттягивая мою нижнюю губу, втягивая её в себя… снова и снова.
Переходил к скулам, легко прикусывал мочку уха… и каждый раз возвращался к губам.
Это длилось долго. Слишком долго. Словно он не торопился, не давил… а уговаривал.
Просил. Наши тела соприкасались лишь в нескольких точках — губами и бёдрами. Я отчётливо ощущала его напряжение — близко, слишком близко.
Руки его упирались по обе стороны от моей головы, не давая отстраниться, но и не удерживая насильно. Когда ему надоело моё бездействие, он углубил поцелуй, осторожно раздвинув мои губы своими.
Его язык коснулся моего — мягко, но настойчиво. И это неожиданно отозвалось внутри. Теплом. Слишком ярким.
Я не понимала, как это возможно… Но было горячо. Безумно. А он продолжал — медленно, терпеливо, будто действительно не спешил никуда дальше.
Будто ему достаточно этого. Будто он получал удовольствие именно от этого — от касания, от отклика. И именно этой неторопливостью… сломал моё сопротивление.
Я ответила. Осторожно, сначала почти неуверенно… а потом уже осознанно включилась в эту игру. Обвила его бёдра ногами, не давая отстраниться.
Притянула ближе за волосы. Хотелось… ближе. Сильнее. На что получила недовольный рык:
— Симаи…
Я открыла глаза. Его взгляд пылал — голодный, напряжённый. И я не сразу поняла… Почему он остановился.
Я не успела толком об этом подумать. Мои руки оказались подняты над головой и прижаты его ладонью.
Свободной рукой он коснулся моей шеи, слегка сжал — не больно, но достаточно, чтобы я замерла. Предупреждение. И снова — по кругу.
Медленные поцелуи, от которых сбивалось дыхание. Он будто нарочно тянул время, снова и снова возвращаясь к губам, скулам, уху…
Это начинало сводить с ума. Мне уже было мало. Я сильнее сжала его бёдра, давая понять — этого недостаточно. И на этот раз он не стал тянуть.
Рука соскользнула с моей шеи ниже… Я почувствовала, как он медленно, почти нарочито, ослабляет застёжки.
И в этот момент у меня сорвался короткий, едва слышный вдох. Слишком остро. Слишком… нужно. Его ладонь легла на обнажённую кожу — тяжёлая, тёплая. И это ощущение оказалось неожиданно сильнее всего, что было до этого. Я не сдержалась. Звук сорвался сам — тихий, срывающийся, предательский.