Страница 48 из 59
– Скорее всего, он намного сильнее меня, да?
– Скорее всего.
– Ложа знала об источниках его силы?
– Не могу говорить за всю Ложу. Я не знал. Балор, вероятно, что-то знает, но он редко делится информацией с теми, кого считает ниже себя и кого это напрямую не касается.
– То есть, он практически ни с кем ей не делится, – сказал Ланс. – Мне знаком этот стиль руководства, но я никогда не считал его удачным. К тому же, он не рассказал об этом мне, а меня это как раз очень даже касается.
– Видимо, он не посчитал, что это важно.
– Ага, – сказал Ланс. – Знаешь, мне тут в голову пришла одна мысль. Джемаль ад-Саббах черпает энергию в смерти, так? При этом убивать людей собственноручно ему вроде бы необязательно.
– Похоже на то.
– Он идет на север войной, а война – это очень много смертей, – сказал Ланс. – И если все так, как мы думаем, то от битвы к битве он будет становиться все сильнее.
– Если сможет направить всю энергию в одно русло… Да, такое возможно.
– Интересная перспектива, – сказал Ланс. – Ну почему я узнаю обо всем в самый последний момент?
Все произошло очень быстро.
Две белые точки, появившиеся на горизонте, стремительно увеличивались в размерах, и уже через час команда «Индевора» опознала в этих громадинах корабли военного флота Каганата. Даже не особо сведущий в морских делах Ринальдо сразу понял, что уйти от них не удастся – на судах было вдое больше парусов, и казалось, что они не плывут, а летят над волнами.
На драку тоже рассчитывать не стоило – каждый корабль был вдвое больше «Индевора» и их команды не были потрепаны недавней схваткой с гулями. Капитан Мактиг решил не демонстрировать лишнего геройства и приказал спустить паруса, а оружие сложить на палубе. При таком соотношении сил ему оставалось надеяться только на милость подданных Субэтея.
Ринальдо оценил мудрость этой идеи, когда один из кораблей подошел ближе. Воины в легких кожаных доспехах стояли на его палубе так плотно, что между ними и карлику было не проскользнуть. Этот десант мог бы изрубить всю команду «Индевора» в фарш минут за десять, из которых девять бы заняло сближение кораблей и возня с мостками и абордажными крючьями.
Когда корабль подошел еще ближе, Ринальдо отметил, что его борт возвышается над палубой «Индевора» метра на три. Пожалуй, это был самый большой из кораблей, которые Ринальдо видел когда-либо в своей жизни. Его корпус по длине вдвое превосходил корпус «Индевора», на нем крепились четыре мачты, каждая из которых была в полтора раза выше мачт «Индевора» и несла в полтора раза больше парусов.
Хорошо, что я так и не решил, что мне делать с моим будущим, подумал Ринальдо. Потому что если бы мне удалось придумать хоть какой-нибудь план, сейчас бы он полетел к чертям.
Капитан Мактиг затейливо выругался, по рядам матросов пронесся испуганный шепот. Ринальдо поискал глазами леди Катрин, но она, по всей видимости, больше не выходила из своей каюты.
Абордажные крючья все-таки пошли в ход. Они впились в борта железными когтями, и десяток тросов подтянул «Индевор» почти вплотную к борту захватчика.
Видимо, сейчас начнется резня, подумал карлик. По идее, сейчас мне должно стать очень страшно, но, почему-то, не становится. Неужели именно так чувствуют себя люди, которым уже нечего терять?
А потом на палубу «Индевора» спрыгнул человек. Не было ни мостка, ни веревочной лестницы, он просто спрыгнул с трехметровой высоты, в момент соприкосновения с палубой его ноги слегка спружинили и он взмахнул руками, восстанавливая равновесие. Матросы, не делая резких движений, постарались отодвинуться от него, как можно дальше.
Выглядел этот человек вполне обычно. В легкой кожаной броне, надетой на алую тунику, в сандалиях, с коротким мечом на поясе. У человека было гладкое лицо, орлиный нос, темные волосы и смуглая кожа. Словом, он был обычным южанином, если бы не одна странностью. На его лбу красовалась татуировка. То ли древняя руна, то ли буква какого-то местного языка, выполненная ярким синим цветом. Тем не менее, на заклейменного раба он похож не был. Скорее, он был похож на того, кто такими рабами торгует.
Причем не поштучно, а крупным оптом.
– Кто тут капитан? – на общем языке Севера он говорил почти без акцента.
– Я, – Мактиг сделал шаг вперед.
– Ваш корабль – больше не ваш корабль, – заявил заклейменный. – Он захвачен военный флотом великого Субэтея, да продлится его правление на века.
– По какому праву? – спокойно поинтересовался Мактиг.
– По праву сильного, – осклабился заклейменный. – Кроме того, я подозреваю, что ваше судно перевозит контрабанду.
– Наши трюмы пусты, – возразил Мактиг.
– Так это еще подозрительнее. Значит, вы не контрабандисты, а шпионы. Куда вы направлялись?
– В Лонгхилл.
– Который находится значительно севернее, – заклейменный издал короткий смешок. – Давайте? расскажите мне, что вы оказались в эти водах совершенно случайно.
– Шторм сбил нас с курса.
– И вы думаете, я поверю, что вы настолько не разбираетесь в навигации?
– Мы думали зайти в Рияд, чтобы пополнить запасы воды.
– Вы лжете довольно неумело. Ни один северный капитан, находящийся в своем уме, не пошел бы в Рияд, зная, что город контролирует Джемаль ад-Саббах.
– Уже не контролирует.
– Но вы-то не могли этого знать, – заметил заклейменный. – Последние отряды его армии покинули город всего неделю назад.
– У нас не было выбора…
– Достаточно лжи, – сказал заклейменный. – Ваш корабль отныне принадлежит Великому Каганату, а вы сами являетесь нашими пленниками и будете доставлены в столицу, где и решится ваша дальнейшая судьба. Вы можете принять это, как данность, или можете начать сопротивляться, и в таком случае ваша дальнейшая судьба решится прямо сейчас.
На ночлег они устроились в небольшом домике на самой окраине города, откуда открывался прекрасный вид на крепостную стену. Главным критерием, благодаря которому выбор Ланса пал именно на это жилище, была массивная деревянная дверь. И хотя для надежности Ланс подпер ее тяжелой скамьей, Плачущий все равно не чувствовал себя в безопасности. Тем более, что на улице стремительно темнело, и гули снова завели свои невеселые песни.
Убедившись, что жилище относительно безопасно, и какой-нибудь одинокий гуль не коротает время в соседней комнате, Ланс скинул сапоги и улегся на хозяйскую постель и слушал, как Плачущий гремит ящиками и скрипит дверцами шкафов.
– Еды нет, – доложил маркиз Тилсберри, появляясь в дверях спальни. В правой руке он держал глиняный кувшин. – Фрукты сгнили, мясо протухло. Есть немного масла и муки, но я не представляю, что из этого можно приготовить.
– Я не голоден, – сказал Ланс.
– Я тоже, – сказал Плачущий. – Но я думаю о будущем. Например о том, что утром нам захочется позавтракать. Ну, если мы доживем до утра и все такое.
– В кувшине масло? – осведомился Ланс.
– Нет, я нашел немного вина и теперь думаю, можно ли его пить, – Плачущий понюхал горлышко кувшина. – Пахнет нормально.
– А воды нет?
– Нет. К тому же, я слышал, что местная вода может быть небезопасна. Опытные путешественники рекомендуют воздерживаться от питья воды в чужих краях.
– Тогда выпей вина.
Плачущий с сомнением посмотрел на кувшин в своей руке.
– Я не уверен, что и это безопасно.
Ланс сел на кровати, забрал кувшин у маркиза Тилсберри, тоже понюхал содержимое, а потом сделал большой глоток.
– Вполне сносное, – вынес он вердикт. – Слабое, но чтобы утолить жажду, вполне пойдет.
– Угу, – Плачущий подождал, пока Ланс напьется, потом вернул себе кувшин и тоже основательно к нему приложился. -Ну, хорошо. Давай подведем промежуточные итоги нашей миссии. Корабль отчалил без нас. Рияд полон гулей, дворец его правителя полон трупов и кое-чего похуже. Джемаль ад-Саббах ушел из города вместе со своей армией и сейчас пересекает пустыню, дабы обрушиться своей яростью на северные королевства. А мы остались тут, без транспорта, без запаса еды и воды, и ничего не можем сделать. По-моему, все очень здорово получилось. То есть, оно, конечно, могло быть и хуже, и, по крайней мере, мы оба все еще живы, но…