Страница 41 из 59
На палубе появилась встревоженная леди Катрин.
– Мы уже отплываем? – обратилась она к Ринальдо, как к единственному, кто не был занят каким-либо делом. – А разве сэр Ланселот и Джеймс уже вернулись?
Вместо ответа Ринальдо молча указал рукой на причал. Леди Катрин ахнула и схватилась руками за фальшборт.
– Это…
– Это гули, – мрачно сказал Ринальдо.
Пока Алый Ястреб занимался в столице делами немагического свойства, Ринальдо захаживал в библиотеку Штормового Замка и видел их изображения на картинках старых книгах, и вот теперь название само всплыло в его голове.
– Значит, сэр Ланселот и Джеймс…
– Все еще в городе, миледи, – подтвердил Ринальдо.
– И мы не собираемся за ними вернуться?
– Об этом вам лучше спросить у капитана, – сказал Ринальдо. – Но я полагаю, что его ответ будет отрицательным.
– Это же…
– Разумно, – сказал Ринальдо. – Оправдано.
Словно в подтверждение его слов, снова раздался вой и одна из тварей прыгнула с причала на корабль. Расстояние не стало для гуля преградой, и уже мгновением позже он оказался среди команды, повалил на палубу одного из матросов и вырвал солидный клок мяса из его плеча. Арбалетная сабля опустилась на его голову, расплескивая черную жижу.
Но это послужило сигналом для атаки. Завывая, как вырвавшиеся из ада демоны, которыми они по мнению Ринальдо и являлись, гули бросились на слишком медленно удирающий от них корабль. Не всем удалось перепрыгнуть расширяющуюся полоску воды, кто-то упал в море, кто-то ударился о борт, не долетев до палубы считанные сантиметры, но добрая дюжина тварей таки оказалась на корабле.
Один из них, с капающей с клыков мутной слюной, приземлился в считанных шагах от Ринальдо, и карлик, замирая от страха, разрядил в него свой арбалет. Болт попал гулю в грудь и опрокинул его на доски, топорик кого-то из матросов закончил дело.
Ринальдо бросил в желоб новый болт и принялся крутить ворот, натягивая тетиву, ожидая, что в любой момент зубы очередной твари могут впиться ему в глотку.
Если раньше легкий бриз дул с моря, принося в город свежий морской воздух, то теперь над Риядом властвовал горячий ветер, идущий со стороны пустыни, и свежести в нем было меньше, чем порочных стремлений в голове юной монашки. Запах гниения, ставший несоизмеримо сильнее, буквально выворачивал наизнанку, и Плачущего стошнило.
Одновременно с этим в уши путников ворвался дикий вой, берущий начало в разных концах Рияда и разносящийся над всем городом.
– Судя по звуку, их тут не десятки, а сотни, – мрачно констатировал Ланс. – А может быть, даже тысячи.
– Будь они прокляты, – пробормотал маркиз Тилсберри.
– Так они вроде бы уже прокляты, – заметил Ланс. – Если я правильно понимаю суть истории, которую ты мне недавно рассказывал.
– И они голодны, – сказал Плачущий. – Черт побери, как они могут быть голодны? Судя по запаху, где-то неподалеку должны быть свалены тысячи мертвых тел.
– Хороший вопрос, – сказал Ланс. – Полагаю, нам стоит озаботиться поисками ответа.
– Я предпочел бы убраться отсюда куда подальше, – сказал Плачущий.
– Понимаю твои чувства, – сказал Ланс. – Но мы тут вроде бы не за этим.
– Очевидно же, что Джемаля ад-Саббаха нет в городе.
– Но что-то же тут есть, – сказал Ланс. – Куда подевалось твое природное любопытство?
– Мне кажется, я только что выблевал его на мостовую.
– По крайней мере, это честный ответ, – согласился Ланс. – Ты уже готов идти?
– Куда?
– Туда, – Ланс махнул рукой.
– Порт в другой стороне.
– Я знаю. Но порт нам не нужен.
– Как же тогда ты собираешься попасть на корабль?
Ланс покачал головой.
– Ты, видимо, еще не понял, – сказал он. – Но, похоже, что нам уже никак не попасть на этот корабль. Если они слышат и обоняют то же самое, что и мы, а я не вижу никаких причин, чтобы это было не так, капитан Мактиг уже распорядился поставить паруса и «Индевор» вот-вот покинет уютную местную гавань.
– И ты так спокойно об этом говоришь? – изумился Плачущий. – А, ну да… Тебе-то это как раз на руку.
Ланс вздохнул.
– Ладно, я не буду больше ныть, – сказал маркиз Тилсберри. – И каков план?
– Я думаю, нам стоит посмотреть на источник этой вони.
– Зачем? – скривился Плачущий. – Я тебе и так, не сходя с этого места, могу сказать, что это за источник. Там куча мертвых тел. Подозреваю, что человеческих.
– Это объясняет наличие в городе большого числа падальщиков, – согласился Ланс. – Но не дает ответа на вопрос, почему они до сих пор голодны.
Вой, ненадолго прекратившийся, раздался снова. Первому гулю ответили другие, и на этот раз несколько источников шума оказались гораздо ближе, нежели раньше. Ланс обнажил меч. Маркиз Тилсберри последовал его примеру.
– Ты понимаешь, что их слишком много для нас двоих? – поинтересовался он. – Если сюда заявится хотя бы половина нынешних обитателей города, нам конец.
– Ага, – сказал Ланс. – Может быть.
– То есть, мне конец, – поправился Плачущий. – Тебе-то что, ты же бессмертный.
– Ага, – повторил Ланс. – Может быть.
– Хотя… а вот допустим, если тебя разорвут на мелкие клочки, которые в итоге окажутся пережеванными и перевариваемыми десятком разных желудков, как это скажется на твоем бессмертии?
– Не знаю, – сказал Ланс. – У меня еще не было шансов проверить такой вариант на практике.
– Сейчас будет, – мрачно пообещал Плачущий.
Гуль вывернул из-за угла. Он передвигался на четырех конечностях – так было быстрее – и когда до Ланса с Плачущим оставалось бежать еще около пяти метров, он прыгнул.
Ланс сделал шаг вперед и встретил его ударом меча. Рычание гуля перешло в булькающий хрип, который, впрочем, был недолгим.
– Хороший удар, – оценил маркиз Тилсберри. – Если они будут нападать на нас по одному, то мы обязательно победим.
– Тебе никогда не говорили, что чувство юмора у тебя проявляется в самые неподходящие для этого моменты? – осведомился Ланс.
– А кто тебе сказал, что я шучу?
Следующий гуль прыгнул с крыши. Ланс, услышавший шорох за мгновение до этого, легким движением ушел влево и пропорол твари бок. Гуль взвыл от боли. Обратным движением меча Ланс перерезал ему глотку.
– Ты как будто всю жизнь этим занимаешься, – восхитился Плачущий.
– По крайней мере, большую ее часть, – сказал Ланс. – Но получать удовольствие от процесса я так и не научился.
– Досадно.
Сразу трое гулей приближались по улице со стороны порта. Эти двигались на двух ногах, медленно, периодически останавливаясь и запрокидывая голову в призывном вое, на который отвечало все больше особей. Очевидно, хоть какой-то инстинкт самосохранения у тварей присутствовал и в данный момент он оказался таки сильнее голода.
Еще несколько шагов, и они подойдут на расстояние прыжка, подумал Плачущий и крепче сжал меч. Но сэр Ланселот не стал ждать, пока гули подойдут поближе. Он произнес короткую команду, Плачущий не расслышал отдельных слов, но ему показалось, что на ругательство эта композиция походила больше, чем на заклинание, и с меча Ланселота сорвалось три молнии, ударившие в гулей. Тех отбросило на добрый десяток метров, и их тела рухнули на брусчатку. Плачущему почудился запах горелого мяса, но он не стал бы за это ручаться. Царящий в городе аромат был слишком силен и слишком отвратителен, чтобы у маркиза Тилсберри возникало желание разбираться в его оттенках. Но, по идее, от тел должно было пахнуть горелым, потому что поднимающийся от них дым он видел довольно отчетливо.
– Проклятие! – выругался Ланс. Он отшвырнул в сторону клинок, с лезвия которого капал расплавленный металл. – Все время забываю, что с обычными мечами этот аттракцион показывать не стоит.
Мгновением позже Ланс уже держал в руках Призрак Ночи. Тогда Плачущий впервые подумал о том, что, возможно, им еще удастся выбраться из этой истории живыми. Целыми и невредимыми, конечно, вряд ли, но хотя бы живыми.